Радужная Нить
Шрифт:
Извернувшись, мерзавка избавилась от не слишком крепкой после сна хватки — лишь для того, чтобы вцепиться в мои ладони.
— Хитэёми-сама, это я, я! Неужели вы меня не узнаете? О, что с вами сделали?!!
— Замечательное представление, — прошипел я сквозь зубы, в свою очередь высвобождаясь и отталкивая нападающую к стене. — Только откуда настоящей Коюки знать это имя? Хватит морочить голову! Где мои спутники?!!
Девушка отступила на шаг, мгновение смотрела на меня с сомнением в глазах, а затем склонив голову, пролепетала:
— И впрямь проговорилась, господин Хитэёми. Но лишь потому, что переживала! Я знаю ваше имя, поскольку бывала в Зимней Резиденции столь же часто, как и вы сами. Клянусь, что не обманываю вас в этом!
Интересный поворот. Верить или нет? Мало ли, кто скажет «клянусь»? Хотя… Ю совсем недавно обмолвился, что обещаниям и клятвам в подводном мире верить можно. Случайно ли? Случайно от него дождёшься, как же!
— Хорошо, — решился я. — Поговорим потом, но поговорим обязательно, слышишь? У меня эти недомолвки вот где сидят! Почему ты… вы решили, что нам грозит опасность?
— Потому что вы почти прозрачный, — всплеснув руками, она снова схватила мою ладонь и сунула её мне под нос. Хм… и впрямь. Что?!
— А ну прекратите эти шуточки! — заорал я, обращаясь неизвестно к кому. — Кто бы вы ни были — с гостями так не обращаются! Химэ, надо увидеть Химэ! Где Фуурин? Хватаем подмышку — и к ней!
— Я заснула, успокаивая его, а пробудил меня ваш светлячок. Он кружился так назойливо, что я открыла глаза, а затем побежала следом, как тогда, в лесу! И… и совсем забыла о Фуурине!
А я — о светлячке. Даже не знал, что ты последовал за мной под воду, приятель! Должно быть, снова в волосах притаился — впрочем, не до тебя сейчас. И не до Фуурина, если хорошо подумать. С Коюки всё в порядке, совёнок и вовсе — волшебное животное. Почему же опасность угрожает одному мне?
Схватив девушку за руку, я метнулся к выходу, чуть не сорвав завесу из водорослей. Тропа, где тропа? Ю строго-настрого запрещал сходить с неё! Неужели меня, спящего, унесли туда, где силы Мира Грёз истощились и перестали подпитывать моё тело? Разумное объяснение, но как это мог допустить юмеми? И где он, ради Пяти Великих Сил — где он?!
— Когда вы вошли, в комнате никого не было? — на бегу я обернулся к кивнувшей девушке, взглянул на ладони и прибавил прыти. Повсюду мерно колеблющиеся стены. Зачем столько поворотов? И развилки… Если хотя бы раз свернули не туда, нам конец.
Но, по всей видимости, дорога попалась верная. На очередном разветвлении что-то выпорхнуло у меня из-за уха, замельтешило перед лицом. Надо же, под водой ещё и летать можно! Похожим образом передвигаются морские жучки — рывками. В Тоси мне так нравилось наблюдать за жителями полосы прибоя…
— Туда? — понятливая девушка указала направо. — Мы неправильно поворачиваем? Точно, надо в другую сторону. Спасибо, миленький!
Впереди стремительно светлело. А где свет — там и надежда! А также Химэ.
Но Ю мы увидели раньше, чем Владычицу Подводных Чертогов. Он выпрыгнул из-за поворота, заступая дорогу, как некогда на болотах. Человек?! Почему в таком виде? Ах да, чего ещё ожидать за пределами Юме?
— Остановись, — спокойно сказал он, будто прозрачность — естественная моя черта. — К чему такая спешка? С тобой ничего дурного не происходит. Иди к себе.
Он отмахнулся от светлячка, спикировавшего было ему на щёку. Затем на другую. Как пчела, норовящая ужалить.
— Ю, что происходит? — я незаметно отступил на полшага. Питомец никогда раньше не проявлял враждебности по отношению к юмеми. Значит ли это?.. — Слушай. Я поступлю, как ты советуешь, но при одном условии. Дай слово, что ты и есть ки-рин. Многоцветный. Мой друг. Поклянись!
— Нет нужды, — знакомый голос раздался из-за спины, мы с Коюки слаженно обернулись, встретив грозный взгляд юмеми, теперь уж точно настоящего. — Я могу поклясться Пятью Великими Силами во всём, перечисленном тобой. И ещё много, что могу… и хочу… сделать.
Потеснив меня плечом, он шагнул навстречу двойнику, тот плавным движением утёк в сторону. Не тут-то было! Прыгнув вперёд, Ю залепил моему обидчику такую пощёчину, что я сам непроизвольно дёрнулся и потёр челюсть. Рука у него, помнится, тяжёлая… Ого, но чтоб настолько?!!
Очертания тела лже-юмеми поплыли волнами, словно бахрома медузы. Существо сделалось прозрачным, тотчас же напомнив о моём бедственном положении. Я поднёс ладонь к лицу и застонал — просвечивалось сквозь неё куда больше, чем прежде.
— Ю, что со мной творится? — лишь на миг я упустил из вида противника, и теперь с отвращением взирал на шевелящееся нечто, и впрямь напоминавшее медузу или что-то в этом роде, слизистое и противное. — Боги, что это за пакость?!
— Сейчас и впрямь не важно, — юмеми поманил нас за собой, более не обращая внимания на корчащееся существо. — Идём, Морская Дева ждёт. Фуурин уже там и готов к путешествию.
— А я к чему готов? — упрямо повторил я занимающий меня вопрос и удостоился лишь хмурого виноватого взгляда. Так-так…
— Мы заговорились с Химэ и слегка потеряли счёт времени. Точнее, для нас прошло совсем немного, а вот для тебя… Ты уверен, что не помышлял о бесконечном отдыхе? Ладно, не отвечай, это такой же мой промах, как и твой. И кто-то решил им воспользоваться.
Боги, теперь понятно, что подразумевала наша хозяйка, говоря о времени, зависящем от личных желаний каждого! Так вот, в чём кроется опасность Подводных Чертогов, покинуть которые удавалось лишь мудрым и удачливым героям сказок. Останешься на одну ночь — заснёшь навсегда. Растворишься в солёной воде вечности. Стоит лишь забыть, зачем явился сюда, какова твоя цель. А ведь это совсем, как в жизни, только там — медленнее и незаметнее…
И сколько охотников до чужого времени скрываются за хорошо знакомыми масками… иногда до тех пор, пока не будут выпиты последние капли.
Гораздо позже, затронув в разговоре с ки-рином эту тему, я удостоился поощрительного кивка и совета извлекать урок из неприятностей почаще.
Прощание с Химэ вышло каким-то скомканным, будто Морской Деве было неловко за случившееся. Чем они так увлеклись с Ю?.. Ладно, их личное дело. Надеюсь, бедняга хотя бы чуток вздремнул.
Совёнок, которого мы обнаружили при хозяйке, перебрался на руки к своей защитнице и «скис» окончательно. Несмотря на яркое освещение, он оставался покрыт перьями, в воде почти незаметными, и в человека не превращался. Почему — это меня сейчас занимало меньше всего. Даже красоты подводного царства перестали восхищать после всего пережитого. Лишь в море постигаешь, как дорога земля.