Чтение онлайн

– Какие проблемы? – спросил Кэшин. – С адресом?

Уже совсем стемнело, в струях дождя неясно светились фонари, капли падали с ветвей деревьев, в темных силуэтах прохожих были смутно различимы бледные пятна лиц.

– Еще нашли Марка Кингстона Денби. Вышел из тюрьмы чуть больше двух месяцев назад. Сидел шесть лет за вооруженный грабеж. С ним привлекался еще один…

– Кто же?

– Некто Джастин Фишер, – сказал Финукейн, – и, кстати, получил столько же.

Кэшин подумал, что надо позвонить Виллани, потом решил, что лучше не стоит, и объяснил Даву, куда ехать.

Передние фары осветили столбы и двустворчатые ворота – литые, узорчатые, высотой метра два, не меньше, когда-то крашенные, а теперь по-осеннему бурые от ржавчины, все покрытые чешуйками. За ними начиналась подъездная дорожка, и тень от ворот заплясала на темных неухоженных кустах.

– Если этот кадр дома, берем его под арест, пока не получим ордер на обыск, – сказал Кэшин.

У него ныло все туловище, и боль волнами докатывалась до самых бедер.

Дав выключил фары. Здесь было темно хоть глаз выколи, одинокий фонарь горел метрах в пятидесяти от того места, где они стояли. Они вышли на холод, дождь как раз ненадолго перестал.

– Что делать будем? – спросил Дав.

– Постучим, – ответил Кэшин. – Что еще делать-то?

Он протянул руку, нащупал с другой стороны ворот крючок, с трудом открыл его. Правая створка ворот сначала не слушалась, но потом легко подалась.

– Не закрывай, – сказал Кэшин.

Они пошли по дорожке бок о бок, стараясь не задевать мокрые ветки.

– Оружие с собой? – спросил Дав.

– Ты что? – удивился Кэшин. – Мы же идем к старому педофилу, бывшему священнику, а не на вечеринку к «Ангелам ада». [39]

Хотя, конечно, оружие надо было захватить. Отвык, инстинкт не сработал.

Показался дом – двухэтажный, кирпичный, с арочными окнами, высоким крыльцом и передней дверью, проем которой обрамляли цветные витражи. Слева, из-за неплотно закрытой шторы, пробивалась полоска света.

– Кто-то есть, – сказал Кэшин. – С проблемами…

Они поднялись по лестнице, он взялся за тяжелое медное кольцо, стукнул несколько раз, подождал, стукнул снова.

Витраж слева медленно расцвел красной, белой, зеленой, фиолетовой красками, и они увидели библейскую сцену – группа мужчин, у одного нимб вокруг головы.

– Кто там? – раздался твердый мужской голос.

– Полиция, – ответил Кэшин.

– Киньте удостоверения в почтовый ящик, – распорядились за дверью.

Кэшин кивнул Даву, тот вынул свое удостоверение, протолкнул его в щель. С той стороны потянули, заскрипели засовы, и дверь отворилась.

– Чего надо?

Перед ними стоял высокий небритый человек в черном, со множеством складок под подбородком, в круглых очках, с редкими вьющимися волосами, зачесанными назад.

– Вы Дункан Грант Вэллинз?

– Ну я.

– Старший сержант Кэшин, отдел по расследованию убийств. Детектив Дав.

– Чего вы хотите?

– Войти можно?

Вэллинз, поколебавшись, все же впустил их. Они прошли в холл с мраморным полом, в центре которого вверх уходила лестница, разветвляясь в обе стороны, на галерею. С потолка свисала многоярусная хрустальная люстра.

– Сюда, – сказал Вэллинз.

Они направились следом за ним, в комнату налево. Это оказалась большая столовая, освещаемая единственной лампочкой без абажура и одиноким торшером у камина. Мебель вся была старая, разномастная – и стулья, и колченогий диван в ситцевой обивке. Пахло сыростью, мышами и сигаретным дымом, как будто пропитавшим шторы, обивку и напольное покрытие.

Вэллинз опустился в кресло рядом с торшером, скрестил ноги, поерзал, поудобнее устраивая свой толстый зад. Тут же, на столике, стояла белая чашка, в медной пепельнице дымилась сигарета с фильтром. Он взял ее длинными тонкими коричневыми от никотина пальцами, глубоко затянулся и снова спросил:

– Ну, так что вы хотите?

– Вы помните Артура Полларда? – спросил Кэшин и оглядел комнату: высокий потолок, в углу на столике семь или восемь бутылок из-под виски, только две из них полные.

– Так, смутно. Давно познакомились.

– А знаете ли вы Робина Грея Бонни?

Вэллинз, причмокнув, затянулся сигаретой и махнул рукой.

– Тоже сто лет тому назад. Зачем это вам?

– Чарльз Бургойн, – сказал Кэшин. – Его вы, вероятно, тоже помните. Смутно. С давних пор. И мистера Крейка, конечно.

Вэллинз промолчал, вытянул из пачки следующую сигарету, прикурил от предыдущей и обеими дрожащими руками с трудом засунул в рот. Окурок первой сигареты он с силой вдавил в пепельницу.

– Что еще за ерунда? – вопросил он высоким строгим голосом. – Зачем вам понадобилось меня беспокоить?

– Может быть, вы сами попросите о предупредительном заключении, – предложил Кэшин. – Посидите, расскажете о лагере «Товарищей», о прежних золотых денечках. Вы здорово выглядите на фотографиях. Упражнялись тогда много, мистер Вэллинз? С мальчиками?

– Ничего я вам не скажу, – ответил Вэллинз. – Ни единого слова. Всё, свободны.

– Не одиноко вам тут, мистер Вэллинз? Совсем одному в этом приюте для несчастных англиканцев…

– Не ваше дело. Выход найдете сами.

Кэшин и Дав переглянулись. Дав грустно почесывал в затылке. Что, неужели лысая голова тоже чешется? Почему бы это?

– Отлично, – сказал Кэшин. – Ну, тогда мы пошли. А вы оставайтесь размышлять, как замучили ваших друзей Артура и Робина. Робин очень плохо выглядел. Ему засунули в жопу что-то горячее, типа точилки для ножей. Знаете такую стальную штучку? Говорят, докрасна разогрели над газовой горелкой. Вышла спереди.

У Вэллинза вытянулось лицо.