Чтение онлайн

Роуэн

«В конце, когда наши веки найдут свою бесконечную тьму, ты поймешь, что наши тела были крошечными вселенными, и что я любил тебя тысячей морей».

~ Кристофер Пойндекстер

Мой дорогой Роуэн,

Я знаю, что сейчас твое сердце разбито. Что это сломало тебя во всех смыслах. Я решила не говорить тебе, потому что знала, что это произойдет в любом случае, но если бы ты знал и попытался остановить его, Эйвери потеряла бы нас обоих. Она нуждается в тебе так сильно и будет нуждаться в тебе каждый день своей жизни.

Спасибо тебе. Спасибо за то, что освободил меня, за то, что убил ту пустую оболочку, которой я была. Спасибо за то, что любил меня, когда ты верил, что не способен любить вовсе. Спасибо за твое сердце, которое, знаю, ты отдал только мне. Спасибо за тьму, которая так идеально дополняет тебя, и за то, что позволил мне любить даже эту часть тебя.

Роуэн, я любила тебя, все еще люблю и буду любить тебя, где бы ни была сейчас. Я люблю эту озорную улыбку, которая играет на уголке твоего рта. Люблю, как твои глаза говорят со мной, когда твой голос не может. Я люблю, что ты заставил меня чувствовать. Я люблю, как твои руки могли зажечь пламя под моей кожей одним прикосновением. Я люблю шепот в твоем голосе, когда ты говорил со мной во сне. Я люблю, что ты любил меня, даже когда я была сломана без возможности на исцеление. Я люблю, что ты любил и моего монстра тоже. Я люблю тебя, Роуэн.

Больше всего благодарю за нашу прекрасную дочь. Ничто в этой жизни не могло бы сделать меня счастливее, чем встретить ее. Она — лучший подарок, который я когда-либо получала, и теперь я отдаю всю ее — тебе. Люби ее, Роуэн. Люби ее всем, что у тебя есть. Научи ее всему, что знаешь и покажи, кто она такая; сделай ее сильной, бесстрашной и прекрасной. Пожалуйста, не позволяй ей думать, что я не любила ее. Говори обо мне; я хочу, чтобы она знала, кем я была. Всю меня, Роуэн, не только красивые части. Больше всего покажи ей, кто ты есть, потому что, Роуэн, ты — кто-то настолько сильный и удивительный, ты всегда будешь ее героем. Каждый папа — король для своей маленькой девочки.

Не забывай меня, Роуэн, потому что я не ушла, я живу в твоем сердце, и ты можешь говорить со мной в любой момент, когда тебе это нужно. Пожалуйста, не переставай быть собой, не позволяй этому определять тебя, не позволяй ему победить. Он забрал у меня все, не позволяй ему забрать у тебя ни одного мгновения. Он ушел, я знаю, что он оставит тебя и Эйвери в покое. Я прошу тебя игнорировать потребность в мести, которая тянет твою душу, и отпустить это. Оставь его; он заплатит за свои грехи со временем. Но не твоей рукой, Роуэн.

Я буду любить тебя всегда, ты раскрасил мое уродство и сделал меня целой. Не переставай жить, Роуэн.

Прощай, мой монстр.

Я никогда не перестану любить тебя.

С любовью,

Лаури.

Я слишком сломан, чтобы плакать, бороться или чувствовать что-либо. Черт возьми, я так ненавижу чувства, а теперь у меня их совсем не осталось. Я просто пуст. Я даже не могу зайти в комнату, где сейчас Эйвери. Робин взял на себя все приготовления, мы знаем людей, которые сделают все тихо, не давая властям узнать, что действительно произошло. Мне вообще не следовало уходить на работу. Если бы я был здесь, я мог бы спасти ее.

Однажды, когда она только приехала сюда, она спросила меня: «Кто заплатит за твои грехи, Роуэн?»

Я плачу. Я, черт возьми, плачу за каждую цифру, которую ношу на себе с ее душой. Я плачу, и это убивает меня. Мне нужно выбраться отсюда. Мне нужно на свежий воздух, бежать или что-то в этом роде. Я ухожу и иду, куда глаза глядят. Я выхожу в виноградники и останавливаюсь, когда добираюсь до старого сельского кладбища.

Сажусь под дерево и снова плачу. Я заплатил самую страшную цену за свои грехи. Я заплатил любовью всей своей жизни.

Роуэн

«Есть вещи хуже, чем одиночество. Но часто требуются десятилетия, чтобы понять это. И чаще всего, когда ты это осознаешь, уже слишком поздно. И нет ничего хуже, чем «слишком поздно».

~ Чарльз Буковски

Сегодня Эйвери исполнился месяц. Она спит у меня на руках, пока мы предаем земле ее маму на маленьком кладбище на территории поместья. Для Лаури это всегда было домом, и это правильно, что она останется здесь навсегда. Я все еще чувствую ее во сне и везде, куда бы ни пошел. Не думаю, что когда-нибудь буду готов отпустить ее полностью. Здесь только наша маленькая семья и католический священник, который был должен Робину. Я не спрашивал подробностей, но хотел, чтобы священник сделал для нее все возможные обряды и похоронил ее как положено.

Я пока не могу сказать, что чувствую. Я оцепенел, и единственное время, когда я не чувствовал оцепенения, — это когда Эйвери у меня на руках. Я не мог держать ее первые несколько дней после того, как вернулся домой и нашел Лаури мертвой. Я просто не мог ничего делать в те дни. Ее письмо вырезало мое холодное сердце из груди. Она знала, знала и не сказала мне. Это ранило меня так глубоко, что рана никогда не заживет. Боль, которую я раньше искал, теперь живет во мне, там, где раньше была Лаури в моем сердце.

Когда Робин отдал мне пачку писем, адресованных Эйвери, через несколько дней боль стала невыносимой, и я сорвался. Я хотел убить его за то, что он хранил ее секрет, я ненавидел и любил его за то, что он сделал, и больше всего мне нужно было, чтобы он не дал мне полностью развалиться.

Амия заботилась о моей маленькой девочке без остановки с той ночи, и я понял, что у меня был шанс развалиться, но теперь, теперь мне нужно быть ее отцом. Мне нужно было взять себя в руки и сделать то, о чем просила Лаури. Мне нужно было любить свою дочь.

И, Боже, как я люблю эту крошечную девочку. Сегодня горько-сладкий день, пока мы стоим здесь и прощаемся с Лаури. Не могу представить жизнь без нее, но знаю, что она хотела, чтобы я продолжал жить. Я боюсь, что это может быть слишком большим запросом для меня.

Я хочу пойти за Ренцо всем своим существом, но не могу предать ее желания. Она понимала его «почему», я — никогда. Все, что я видел, — это дьявол, который украл ее у меня. Дважды. Я не могу дождаться дня, когда он встретит свое наказание за то, что сделал с ней. Я только надеюсь, что узнаю, когда это произойдет.

Я попросил Роба и Амию переехать сюда и пожить с нами какое-то время. Я боюсь оставаться совсем один с Эйвери, и знаю, что мне нужно будет работать. Нет никакого способа жить без этого. Если я не мог отпустить это ради нее, то никогда не смогу. Я также не доверяю няням, я просто никому не доверяю сейчас. Я почти сразу закрыл кафе, не хочу, чтобы кто-то был на территории поместья, кроме семьи или персонала. Я не верю, что мы когда-нибудь будем в полной безопасности.

Солнце ярко светит на нас, когда мы выходим из маленького каменного кладбища и идем обратно к дому. Моя маленькая девочка начинает шевелиться и открывает свои сладкие глазки. Я вижу так много в этих двух крошечных глазах, но больше всего вижу Лаури. Я вижу любовь, которой она научила меня.