Чтение онлайн

У Вселенной, безусловно, есть чувство юмора.

Я бросаю взгляд на часы. Уже почти восемь. Скоро нам нужно будет начинать наш рабочий день. Ее галерея откроется только в десять, а мне сегодня нужно быть в «Лазурном», но я опаздываю. Я уже пропустил открытие рынков Континентальной Европы. Мне было абсолютно наплевать. Я буду следить за открытием FTSE со своего телефона. Проверю свои позиции.

Но сначала кофе. Я усмехаюсь про себя, осторожно выбираясь из постели и, совершенно голый, пробираюсь по полу спальни. Надеюсь, эспрессо, приготовленный обнаженным и полным обожания мужчиной, поможет моей красавице начать день на позитивной ноте.

На кухне я ставлю чашку под кофеварку и жду. Небо, видное сквозь французские окна в каартире родителей Белль, кажется туманно-голубым. День обещает быть прекрасным. Идеально подходит для того, чтобы проводить Белль на работу через парк.

Я смотрю в окно и рассеянно почесываю живот, когда звук открывающейся двери заставляет меня замереть.

Этот тяжелый щелчок похож на стук входной двери. Этого не может…

О, черт.

Словно в замедленной съемке, открывается внутренняя дверь.

Та самая, к которой я прижимал свою девушку, когда жадно ел ее киску прошлой ночью.

Входит отец Белль.

ГЛАВА 38

Белль

Меня вырывает из сна громкий, оглушительный рев, от которого я не только прихожу в сознание, но и резко сажусь в постели.

Я знаю этот звук.

Папочка?

О Боже мой. Ох, Господи.

Я выскакиваю из постели так быстро, что путаюсь в пододеяльнике и чуть не падаю лицом вниз. Бросаясь в ванную, хватаю халат и натягиваю его, крепко завязывая пояс.

Повышенные мужские голоса, доносящиеся из главного холла, оставляют только одно возможное объяснение, и это абсолютный кошмар.

По какой-то неизвестной причине папа вернулся домой на несколько недель раньше.

И он нашел Рейфа у себя в доме.

Черт, черт, черт, черт, черт.

Я, вероятно, выгляжу как после секса и пахну так же. Это — кошмар, который становится реальностью.

Делаю глубокий вдох и выхожу из своей комнаты, мое тело мгновенно переключается в режим «Бей или беги», и я чувствую, что у меня сейчас либо случится сердечный приступ, либо меня стошнит.

Ситуация оказывается еще хуже, чем я могла себе представить, потому что Рейф стоит голым, прижимая кухонное полотенце к себе так, что это выглядит комично — но сейчас это просто унизительно. Загорелое папино лицо стало совсем фиолетовым, а его дорожная сумка стоит на полу рядом с моим вчерашним платьем и стрингами.

Боже мой, боже мой, боже мой, боже мой.

Это самый ужасный момент в моей жизни.

Рейф резко поворачивает голову в мою сторону, как будто папа — неуравновешенный стрелок, и Рейф боится, что мое присутствие заставит его нацелиться на меня.

— Белль, — хрипло произносит он, и его взгляд безмолвно передаёт сообщение, что мы в полной заднице.

— Папа, — кричу я, — отпусти Рейфа одеться. Иди, Рейф. — я киваю в сторону своей спальни, потому что больше ни секунды не могу выносить, как мой парень стоит обнаженный перед мужчиной, который до сих пор считал, что его единственная дочь бережет себя для замужества. У меня пересохло во рту. Словно сухая Сахара. Какой-то отдаленной частью своего мозга я замечаю, что мой голос принадлежит человеку, который до смерти напуган. Моя шея так раскраснелась, что горит. Я чувствую, как жар ползет вверх по подбородку, по щекам.

— Собирай свою одежду и убирайся из моего дома, извращенец! — орет папа на Рейфа.

Проявляя наглость, которой я не могу не восхищаться, Рейф поворачивается и направляется мимо меня в спальню, оставляя свой обнаженный зад на виду у папы. Он слегка касается моего плеча и говорит:

— Я не оставлю тебя с ним. Буду через тридцать секунд, милая. Просто подожди.

— Белина. — папа делает шаг ко мне, но, слава Богу, останавливается. Он весь дрожит от ярости, злее, чем я когда-либо его видела, и это о чем-то говорит. — Что, черт возьми, происходит? — выплевывает он.

— Почему ты вернулся? — безмолвно выдыхаю, придерживая отвороты халата.

— Срочные дела. Джейк пытается уволиться — его переманили. Мне нужно отговорить его от этого. — он раздувает ноздри, и, о боже. Это наихудший вариант идеального шторма, потому что Джейк Тиллер управляет всеми глобальными фондами папиной инвестиционной фирмы. Он является примером для подражания и единственной причиной того, что их активы продолжают расти.

— Оу. Где мама? — я определенно пытаюсь выиграть время, оттянуть неизбежный срыв. И снова чувствую себя заложницей, которая удерживает своего сумасшедшего похитителя от того, чтобы он не устроил стрельбу по всей комнате.

— Все еще в Риме. Я вылетел первым же рейсом. — его взгляд то и дело устремляется на закрытую дверь моей спальни. Надеюсь, что Рейф поторопится. Одно его присутствие еще больше разозлит папу, но мне, как ребенку, нужна моральная поддержка. Прямо сейчас мне нужен взрослый человек, потому что я определенно не чувствую себя таковой.

— Он сделал тебе больно? — шипит папа с почти безумным взглядом, и внезапно я понимаю, что в своей голове он уже придумывает жуткую историю.

Конечно, я ни в чем не виновата. Я глупая, невинная маленькая девственница, которую сбил с пути большой злой волк в тот момент, когда мама и папа отвернулись. Папа будет винить Рейфа, и себя, но не меня, потому что, как бы ему ни было больно думать, что мной воспользовались или каким-то образом манипулировали, гораздо больнее было бы поверить, что я просто шлюха.

— Нет! — воскликнула я. — Боже, папочка, конечно, нет. Рейф был настоящим джентльменом.

Как только я произношу эти истеричные слова, я сожалею о них, потому что ничто не может быть дальше от правды. И тот факт, что папа, предположительно, видел, как Рейф варил кофе и размахивал своим барахлом у себя дома первым делом с утра, означает, что игра окончена.

Папины брови презрительно приподнимаются, и он открывает рот, чтобы что-то сказать, но Рейф выбирает этот момент, чтобы появиться, полностью одетый, что ничуть не портит его шикарный внешний вид, несмотря на неопрятные волосы.

— Ты воспользовался моей дочерью, — говорит папа низким, дрожащим от ярости голосом, от которого меня чуть не тошнило от напряжения всякий раз, когда он так говорил в прошлом. Поверьте, сейчас меня чуть не стошнило.

Рейф смотрит на меня так, словно пытается понять, какой линии поведения я от него хочу. Знаю, что ради меня он готов броситься под колеса автобуса, и, хотя я ужасно боюсь папу, чувствую, что защищаю Рейфа больше, чем себя.

— Папочка! — кричу я, прежде чем Рейф успевает открыть рот. — Это неправда. Он мой парень. Мы встречаемся, у нас отношения. Я точно знаю, что делаю. Я взрослая.