Чтение онлайн

– Добрый день, Экка, мы тебя ждали.

Кассандра Холлош встретила ее своим знаменитым взглядом: холодным, цепким и оценивающим. Плавным жестом она пригласила девушку сесть. Экка повиновалась, заняв кресло напротив.

Эта женщина, ходившая в чине генерала, являлась настоящим эталоном слова «военный». Прямая осанка, идеально выглаженная форма, властный голос. Все ее движения были четкими, и в них чувствовалась сила. Ее короткие волосы блестели серебром, она принципиально не красила их и пользовалась минимумом косметики.

– Курсант Вель, – произнесла ректор, – позвольте перейти сразу к делу.

Экка машинально кивнула, хоть и понимала, что ее согласия не требуется.

– Курсант Вель, – продолжила генерал, – это последний раз, когда я обращусь к вам в таком звании. С сегодняшнего дня вы становитесь выпускником нашей военной академии. Это произошло чуть раньше официального выпуска, но ваши навыки и способности понадобились для защиты нашей страны. Такое часто случается с лучшими из курсантов. Нами уже получено предписание перевести вас на новое место службы… получено только что, – произнесла она, смерив тяжелым взглядом человека, стоящего в глубине кабинета и рассматривающего книжные полки.

– Знакомьтесь, полковник Паэнула. Вель, отныне вы переходите в его распоряжение.

Экка развернулась в кресле, уже зная, кого там увидит.

«Все-таки не призрак».

Человек в сером плаще держал шляпу в руке. После обращения Холлош он оторвался от книг и подошел к столу ректора, позволив Экке разглядеть свое лицо: ему было не больше сорока, может сорока пяти, он носил короткую военную стрижку и гладко выбривал худощавое лицо. Из-за бледной кожи синяки под его глазами зияли только отчетливее, но в остальном он ничем не выделялся, его внешность казалась обычной, поэтому сразу же забывалась.

– Полковник Паэнула введет вас в курс дела, – сказала Холлош, вновь завладев всеобщим вниманием. – В скором времени мы подготовим документы о вашем повышении. Теперь вы лейтенант, поздравляю.

– Спасибо, – скомкано поблагодарила Экка.

– У вас есть час, чтобы собрать вещи и попрощаться с друзьями.

– Не нужно, ректор Холлош, – покачала головой Вель, – я уже. Только захвачу несессер и буду готова выдвигаться.

– Я и не сомневалась, – лицо генерала никак не выдало ее настроение, но цвет тени стал ярче, теплее, чем обычно.

– В таком случае…

Холлош встала и вышла из-за стола.

– Я бы пожелала вам удачи, лейтенант, но она вам не поможет. Доверяйте только своим глазам.

Экка тоже вскочила с места. Она поборола в себе слезы и желание обнять ректора, поэтому просто выпрямилась и поднесла руку к виску.

– Непременно, ректор! Я вас не подведу!

Холлош не сдалась, не позволила себе и мимолетную улыбку, формально ответив на воинское приветствие девушки.

После этого Экка помнила лишь закрывшиеся двери академии и спину человека в плаще, медленно спускающегося по каменным фасадным ступенькам. Из-за всех последних событий, свалившихся на нее сегодня, она осознала, что совсем забыла испугаться и немного попереживать.

Локофос, столица Архелона, находилась на северо-западе Старшего материка, прямо у побережья океана, и всегда славилась хорошей погодой и почти что вечным летом, однако теперь темно-синие мрачные тучи не сходили с неба ни на секунду, лишь изредка вспыхивая раскатами фиолетовых молний. Когда Экка впервые пришла сюда вместе с остальными беженцами, грязная, худая, с перевязанным покалеченным ухом, страна уже попрощалась с солнцем на долгие годы. Тогда ее очень удивили бледные люди, спокойно разгуливающие по улицам. Они не озирались по сторонам, не бросали испуганные взгляды в небо, не искали укрытия. Нет, они не были беспечными. Девушка понимала, что каждый житель города без исключения напуган войной, но никогда ее не видел.

Несколько одиноких капель рухнули Вель на макушку, на секунду выдернув из размышлений. Полковник Паэнула уже успел пересечь небольшую аллею перед главным зданием, с обеих сторон обрамленную рядом высоких чугунных фонарей с вытянутыми плафонами, и ждал ее у КПП. Натянув на голову капюшон, сделанный из прорезиненной ткани, и закинув на плечо вещмешок со своими скромными пожитками, девушка бросилась вдогонку, преследуемая искусственным светом и собственной тенью.

«Ты счастливица», – сколько раз она слышала эти слова. Часто? Больше чем часто? Иногда эта фраза звучала как похвала, а иногда как упрек.

Стать курсантом академии Архелона для беженца было не то что невозможно, но очень близко к невозможному. И дело даже не в том легком проблеске ксенофобии, что иногда проскакивал во взгляде у местных. Нет, вся проблема заключалась в идеологии: они чужие, и одного этого хватало, чтобы им не доверять.

Прошло около года, прежде чем Кунэш понял, что грубой силой «Грозовое небо» не прорвать. Войска Федерации отступили, решив уделить время внутренним проблемам и устранению партизанских движений. Нарастить мощь, чтобы в следующий раз непременно достигнуть успеха. Именно тогда к границам Архелона потянулись волны беженцев. Люди приходили отовсюду, бежали не за лучшей жизнью, а подальше от войны. Архелонцы считали себя народом цивилизованным и не могли просто бросить этих людей на произвол судьбы, однако чрезмерное гостеприимство сулило лишь неурядицы, потерю контроля и серьезную угрозу шпионажа. Учитывая все вышесказанное, руководство страны вынесло решение о скорейшем начале экспансии: Архелон стал присваивать соседние земли, вводить войска, строить заводы, поддерживающие целостность кучевых облаков, и устраивать здесь беженцев. Продвигались осторожно, не наглели, стараясь обеспечить несчастных всем необходимым: едой, медицинской помощью и маломальским кровом.

Однако угроза со стороны Кунэша так и оставалась серьезным препятствием. Это был лишь вопрос времени, когда их войска вновь потянутся сюда, чтобы пресечь любые попытки на расширение.

Так наступило время для требований. «Все боеспособные мужчины из числа беженцев должны отправиться на фронт», – резонное условие для военного времени. Мужья и вдовцы, сыновья и сироты – у всех имелись свои причины вновь ступить на поле боя, вернуть долг спасителям и захватчикам. Долги они действительно вернули, а вот сами вернуться не смогли. Однако их жертва не стала напрасной. Благодаря ним на свет появилась Особая зона для беженцев, где старики, женщины и дети теперь могли спокойно жить и строить планы на будущее.

В итоге границы Архелона так и остались закрытыми, но дюжину особенных детей, в основном беспризорных, отобрали и вывезли вглубь страны, чтобы уже там заняться их подготовкой и вырастить новое поколение союзных войск. Одной из этих детей оказалась Экка Вель – девочка с удивительной интуицией и цветовой синестезией.

Паэнула был рядом все время, пока они проходили посты охраны, но ни один из сотрудников не задал ему даже малейшего вопроса. Экку же заставили сдать пропуск и подписать ряд документов, которые неспешно протягивали ей через небольшое оконце, встроенное в толстое прозрачное стекло. Пока девушка их изучала, расписываясь в местах, заблаговременно отмеченных галочками, сотрудник охраны не мог спокойно усидеть на стуле, постоянно ерзая и приподнимаясь.

Экка отчетливо видела это, как мог видеть и любой другой на ее месте, но с одним-единственным исключением: глазам девушки открывалось гораздо больше.

Красный цвет имел много обозначений: уверенность, сила, страсть, но этот оттенок казался чересчур ярким, неприятным. Так могла выглядеть только боль.

Экка всегда жутко стеснялась, пытаясь описать свои видения. В языке не существовало нужных слов для классификации этого процесса. Он был слишком сложным, слишком личным, слишком непостоянным, ведь человек удивительно противоречивое существо, – загадка для самого себя.