Чтение онлайн

— Когда ты это сделал? — восхищённо спросил я.

— О, я собрал его на заказ в свободное время — ответил он, выдвигая из-под стола пару ножек и опуская их на землю — Теперь мне не нужно бегать к трейлеру за тем или иным ингредиентом. Нравится?

Ещё один пример того, как далеко он продвинулся.

— Да, мне очень нравится.

— Я приготовлю нейтрализующее зелье, если ты хочешь начать с ограничивающих заклинаний — сказал он.

— О, слушай, пока мы не начали… А как же Мардж?

— Она проспит ещё несколько часов, и чем меньше она сейчас знает, тем лучше, верно?

Я кивнул в знак согласия. К тому же так она не сможет отрицать, что мы были здесь, когда шериф Тёрнер обнаружит наше отсутствие. Джеймс достал пару походных котелков и электроплитку, которую где-то подключил к аккумулятору, и мы принялись за дело. Наши намерения и магия снова сработали сообща.

К тому времени, как мы закончили, у каждого из нас в желудке было нейтрализующее зелье от магии фейри, в карманах, свежие зелья, а подвески гудели от скрытой магии. На этот раз мы пошли по главной подъездной дороге, минуя загон для скота. Вскоре мы уже проходили под аркой, на которой было написано "РАНЧО РОЙАЛ". Тут и там валялись части кованых ворот, ожидающие, когда их соберут.

Когда мы обогнули особняк, Джеймс прошептал:

— Там, наверху.

Я проследил за его взглядом и увидел занавешенное окно на верхнем этаже, за которым мерцал и тускнел свет, как и описывал Клинт.

— Как ты хочешь это сделать?

— Настолько, насколько это возможно. Сейчас у нас есть элемент неожиданности. Но в доме мы можем его лишиться. Помнишь, как я спросил, доверяешь ли ты мне, и ты ответил "да"? Что ж, это чувство взаимно.

Мне не понравилась его улыбка.

— Взаимно в каком смысле?

— Ты меня туда забросишь.

— что?

— Точно, дружище. Преврати один из своих щитов в цилиндр, а затем с помощью силового взрыва под давлением вышвырни меня в окно. Проще не придумаешь, и я видел, как ты это делаешь — Он подмигнул — А вот и доверие в действии.

Я снова повернулся к окну и представил, как Фатьма доводит до совершенства свое усиливающее заклинание. Я поймал себя на том, что оцениваю силу и расстояние. Может, дело было в моем статусе преступника, но я кивнул.

— Ладно — сказал я.

Джеймс вскинул кулак.

— Черт, да!

— Но будь готов произнести заклинание, если я промахнусь.

— Не понадобится — ответил он, проверяя свои кольт-револьверы.

Глубоко вдохнув, я превратил трость в меч и посох. Я произнес первое заклинание, вращая посох, пока вокруг моего напарника не сформировалась колонна из затвердевшего воздуха. Джеймс сжал оружие в руках и присел на корточки. Я собрал еще немного энергии и начал направлять ее в нижнюю часть наклонной колонны, усиливая давление, которое должно было вытолкнуть его наружу. Еще раз прикинув расстояние до окна — слава богу, это было большое окно с балконом, я в последний раз скорректировал угол.

Затем, прежде чем я успел передумать, я крикнул:

— Разряд!

Давление высвободилось с низким гулом, отбросив меня назад и отправив Джеймса в полет по ночному небу. Я быстро восстановил равновесие и, держа посох наготове, проследил за траекторией его полета. Я не попал в цель, но в целом все прошло неплохо. Когда Джеймс по дуге устремился к роскошному окну, он начал стрелять из обоих револьверов. Холодные железные пули пробивали защиту фейри над стеклом, оставляя после себя вспышки света, а затем мой напарник влетел в окно, пробив стекло и магическую преграду.

Внутри снова раздались выстрелы.

Твоя очередь, сказал я себе, вкладывая меч в ножны.

На бегу я направил трость вниз и назад.

— Форза Дура! — крикнул я.

Взрывная волна ударила в землю и подбросила меня в воздух, заставив описать дугу. Из-за этого я не попал в цель. Я неловко взмахнул тростью и в последний момент зацепился за перила балкона. Меня бросило на каменную стену с такой силой, что зазвенело в ушах. Каким-то чудом я удержался за трость. К тому времени, как я выбрался на балкон и пролез в разбитое окно, бой уже подходил к концу.

Джеймс обхватил ногами талию Фатьмы, а его ступни в носках сомкнулись на ее лодыжках. Он надел на ее запястье одну из холодных железных манжет, но левая рука Фатьмы оставалась свободной и отчаянно сжимала позолоченное яйцо.

— Хватайте эту штуку, которую она держит! — крикнул Джеймс.

Из-за самонадеянности фейри такое случалось редко, но некоторые из них хранили запас силы в фокусирующем объекте. Яйцо Фатьмы ярко пульсировало, нарушая нейтрализующую магию Джеймса и придавая ей новые силы. Когда она покрутила скованным запястьем, я увидел, что манжет сжимается и вот-вот соскользнет. Я мысленно перебрал список заклинаний, но решил, что здесь они бесполезны. Как и зелье, сковывающее движения, которое мы сварили для ковбоев.

Но то, как Фатьма держала яйцо, очень напоминало подставку для мяча для игры в ти-бол…

Я сделал шаг вперед и взмахнул тростью, вкладывая силу в движение бедрами, как меня учил мой первый тренер по бейсболу.

— Импатаре! — выкрикнул я.

В тот же миг трость засияла, и дерево ударило по металлу. Фатима вскрикнула, яйцо вылетело из ее рук и врезалось в стену, разлетевшись на множество мелких осколков. Они посыпались на нас, а помятое яйцо упало на пол, источая магию фейри.

Рука Фатимы обмякла, и Джеймс смог защелкнуть наручники на ее другом запястье и туго затянуть их. Ее обмякшее тело повисло на нем, кожа побледнела, а затем приобрела синеватый оттенок, так на нее действовало холодное железо.

Я прислушался, но из-за закрытой двери никто не выбежал. Либо остальные домочадцы были слишком далеко, либо они подчинились приказу не входить в ее комнату. На всякий случай я наложил на дверь запирающее заклинание.

— Эй, ты в порядке? — спросил я Джеймса, который так и не сдвинулся с места рядом с Фатьмой.

— Да — простонал он, когда я помог ему подняться — Она сопротивлялась сильнее, чем я ожидал.

Пока мой напарник хромал в поисках своих ботинок, я оглядел просторную спальню фейри. Камин с тлеющими углями бирюзового цвета озарял стены неземным сиянием. Пол был устлан замысловатыми коврами с постоянно меняющимися узорами в виде арабесок. Тонкие занавески прикрывали резную кровать с балдахином.

Но мое внимание привлек перевернутый чайный столик с выгравированной медной поверхностью, которая отливала лазурью в мистическом свете камина. Я опустился на колени, чтобы рассмотреть разложенные на нем магические карты, измельченные лепестки странных цветов и коллекцию крошечных хрустальных стаканчиков, в некоторых из которых еще оставался пепел. Я не осмелился ничего трогать. Очевидно, что именно здесь фейри творила свои чары до того, как мы ворвались на ее вечеринку.