Расстрелять или жениться?
Шрифт:
Я был порядком огорошен такими словами. Честно говоря, они болезненно кольнули в самое сердце.
– Ты так говоришь, будто я не способен любить в принципе.
– Конечно, не способен!
– громко фыркнула Агнесса.
– Ты можешь только выбрать наиболее выгодную партию и хитростью связать клятвой. На большее ты не способен. А это чухня, а не любовь, знаешь ли.
– Любым чувствам требуется время, чтобы раскрыться, - осторожно сказал я.
– Может быть, и мне нужно время, хммм?
– Чухня, - уверенно сказала Агнесса.
– Ты вообще - одна сплошная чешуйчатая чухня. А у меня времени нет. Ни на чувства. Ни на что. Нету времени. Совсем.
Она шмыгнула носом, а ее глаза неожиданно заблестели от подступающих слез.
– Ты вообще с какой целью ко мне пришла? Не к Филу, не к Гордону, а ко мне. Считаешь, что я лучше смогу настроение тебе поднять?
– Пусть валяется, - царственно махнула рукой Агнесса и еще раз предательски шмыгнула носом.
Я вздохнул, дернул с дивана подушки и уселся на них рядом с Агнессой, не зная, как себя сейчас лучше вести. Очень хотелось обнять ее и пожалеть, что ли... Как она к этому отнесется?
– Эта дрянь убивает меня, - произнесла Агнесса, всхлипывая чаще.
– Этот хаасков африон, он меня убивает, и ты это знаешь. Мне больно уже почти все время, даже когда просто в тепле сижу спокойно, а не только на морозе скачу по сугробам. А мне страшно. А я жить хочу... Очень сильно хочу. У меня дома брат остался. Родители... Знаешь, как я их всех люблю? У-у-у как! А если еще и тебя полюблю? Совсем плохо бу-у-удет, - завыла Агнесса.
И всё-таки разревелась. Громко так, по-детски открыто. Это она молодец. По моим наблюдениям, когда человек вот так вот начинает реветь, ему скоро становится намного легче. Так что пусть себе плачет. Ей сейчас можно и даже нужно.
Я привлек к себе Агнессу, обнял ее крепко-крепко. Позволил уткнуться себе в плечо и рыдать там взахлёб, заливая горькими слезами камзол. Гладил по шелковистым волосам, целовал в макушку, шептал какие-то успокаивающие приятности.
Такая она сейчас беззащитная была, эта Агнесса. Уставшая от гнёта обязательств, замученная постоянной немощью и болью. Отчаянно желающая жить.
Мы долго сидели так в обнимку, пока Агнесса не уснула прямо в моих объятьях, уткнувшись носом в шею. Она так сладко засопела и крепче обняла меня во сне, что я невольно расплылся в широкой улыбке. Не смог заставить себя отойти от нее, поэтому просто сдернул одеяло с кровати и укрыл им нас обоих.
Агнесса устроилась поудобнее на моем плече, щекотала горячим дыханием, которое постепенно выравнивалось, успокаивалось. Спала она крепким беспробудным сном.
А я все смотрел на нее, гладил по волосам и пытался понять... А я-то сам что к Агнессе чувствую? Только желание поиграться? Добиться желаемого и забыть? Или... нечто большее?
"Думай, - вновь всплыл в сознании Савьер.
– Быстро думай. Мало времени".
"Знаю, что мало, - мысленно вздыхал я.
– Но оно у нас пока есть..."
Глава 24. О притяжении и напряжении
Проснувшись поутру, обнаружил, что Агнессы рядом больше не было. Усмехнулся, представив себе ее выражение лица, когда она обнаружила себя спящей в моих объятьях. Наверняка была в ужасе и вылетела из спальни, как ужаленная.
Я широко зевнул и неспешно привел себя в порядок. Время было не раннее, но в доме было тихо после вчерашней масштабной гулянки. На первом этаже я обнаружил остатки угощений на столе и остатки одинокого Фила, сидящего в обнимку с целым тазиком салата.
– Доброе утро, - кивнул я ему и уселся напротив, придвинув к себе тарелку с какими-то булочками.
– Агнессу не видел?
– Видел, - буркнул Фил, почему-то очень недовольно глядя на меня.
– Она ушла в ближайшую лавку за одеждой для нас.
Он помолчал какое-то время, наблюдая за мной. Потом спросил отрывисто и как-то зло:
– Что, поигрался и бросил?
– Чего?
– не понял я.
– Добился, говорю, своего?
– скривился Фил.
– Поигрался с Агнессой, и всё? Я вчера ушел спать раньше ее, с ней Гордон остался. А я утром хотел зайти проверить, как она там, но в отведенной ей комнате Агнессы не было. Тогда я направился к тебе и увидел, как Агнесса фурией вылетела из твоей спальни, злая и взъерошенная. Подозрительно растрёпанная. И с такими красными глазами, как будто всю ночь плакала. Ну чего ты ухмыляешься? У тебя совесть вообще есть, а?
– Фил, - устало вздохнул я.
– Между нами ничего не было. Ну что я, похож на маньяка, который будет домогаться до пьяной девушки?
– Пьяной?
– Фил ушам своим не поверил.
– Агнесса - и пьяная? Ты о ней ли говоришь? Агнесса вообще не пьет! Ну так, бокальчик может пропустить, не более... Но пьяной?..
– Все когда-нибудь случается впервые, - пожал я плечами, намазывая булочку джемом.
– Видимо, ей вчера нужна была разрядка. Нет, не та, о которой ты подумал, - усмехнулся я, глядя на исказившееся лицо Фила.
– Прорыдаться ей нужно было как следует. Так что я вчера подрабатывал жилеткой. В качестве платы за хорошо выполненную работу получил обнимашки и заснувшее чудо прямо на полу.
Фил заметно успокоился и спросил уже другим тоном:
– Слушай, а чего она плакала-то?
Я в двух словах рассказал ему о вчерашнем вторжении Агнессы на мою территорию.
– Нервы у нее сдают, - закончил я.
– Африон с каждым днем тянет из нее все больше силы, она это чувствует, понимает. Боится. Понятно, что боится, любой бы на ее месте в панику впал, а она еще при этом ясно действовать умудряется и демонов с орками по углам раскидывать.
Фил понимающе усмехнулся и покачал головой.
– Что ты к ней чувствуешь, Салли?
– спросил он меня в лоб.
Я неопределенно пожал плечами. Не хотел распространяться о буре эмоций в душе.
– Что бы я ни чувствовал, а у меня пока нет даже возможности нормально пообщаться с Агнессой один на один. Ночные слезные обнимашки не в счет. А после них, полагаю, со мной и вовсе откажутся общаться.
Вот как в воду глядел.
Я заканчивал завтрак, когда в дом вошла Агнесса. На лице не осталось ни следа от ночных слез, волосы снова собраны в высокий хвост.
– Вот вам новые рубашки, - сказала она и кинула на стол сверток с одеждой.
– На всякий случай я взяла запасные, мало ли что еще в дороге случится.
Она демонстративно разговаривала с Филом и на меня даже не посмотрела. Голос ее был холоден, как сталь, губы плотно сжаты. Ну прям мисс серьезность, куда деваться.
– Хозяйка сказала, что даст нам лошадей, любых, на выбор. Они конюшню содержат на окраине деревни, надо сходить туда. Идем со мной, поможешь пригнать лошадей.
– А я... Я не могу!
– невинно захлопал глазками Фил.
– У меня... голова болит. Да! Сильно. Пойду сейчас как раз настойку себе намешаю...