Чтение онлайн

— А разве это было бы так плохо? — спросила Лайана с горечью в голосе. — Пусть мое сердце высохнет и съежится.

— Это будет большим горем, — сказал Офао от лица обоих слуг. — Ибо вы созданы для того, чтобы дарить любовь. Вы хотите перекрыть поток этой любви сейчас, в самом расцвете жизни? Об этом невозможно и думать. Стремительный поток развернется, встретив препятствие, и уничтожит вас. Пожалуйста, дорогая моя госпожа, ради всех богов, подумайте о прощении. Если не ради Солдата, то ради вас самой.

— Я некрасивая, — пробормотала Лайана, — но на свете есть еще один мужчина, который согласится взять меня в жены.

— Даже не помышляйте! — простонала Дриссила. — Это очень жестокий и честолюбивый человек.

— И все же он меня любит. Я знаю.

— Но будет ли он всегда вас любить? Быть может, скоро вы ему надоедите, и он избавится от вас, возможно даже поместит в сумасшедший дом. Он не моргнув глазом заявит, что сделал это ради вашего же блага, моя госпожа. Он прогонит нас, ваших преданных друзей, а затем во время одного из приступов безумия заточит вас в какую-нибудь темную дыру, и вы больше никогда не увидите солнечный свет. А Солдат никогда не сделает ничего подобного. Он любит вас до беспамятства. Да, он сделал вам очень больно, но любовь его ничуть не ослабла.

— Его измене нет оправданий.

Офао кивнул.

— И все же вы обладаете даром прощения.

— У меня нет желания прибегать к нему.

Наконец слуги ушли, оставив Лайану наедине со своим горем. Принцесса испытывала смешанное чувство гнева и боли. Да, она видела, что Солдат стал жертвой двух коварных созданий, но все же она считала, что ему следовало бы принять все меры предосторожности. В его силах было избежать злых козней.

С другой стороны, Лайана сознавала, что Солдат представляет собой странную смесь силы и уязвимости. Когда она видела его в последний раз, в плену у ведьмы, он был совершенно беззащитен. Если бы она, Лайана, не обезглавила ведьму, Солдат покинул бы этот мир. Однако каким-то образом ему всегда удается остаться в живых, даже если рядом нет Лайаны, чтобы его защитить. «Если бы не мое безумие, — думала принцесса, — я была бы рядом с ним, оберегала бы его от таких существ, как этот господин и его жена».

Впрочем, если бы не ее болезнь, Солдат никогда не отправился бы в эту волшебную страну, в обитель всемогущих богов, в край чудовищ и извергов. Более того, если бы не ее безумие, вышла бы она за него замуж?

— Капитан Кафф, моя госпожа, — фыркнула появившаяся в дверях библиотеки Дриссила.

Вошел Кафф, в полном боевом снаряжении, держа в руке шлем.

— Сударыня, — учтиво поклонился он, — рад видеть, что ваша болезнь прошла.

— У нас по-прежнему зима? — спросила Лайана, глядя на комки снега, облепившие сапоги капитана. — Или пришло потепление?

— На улице вьюга. Я должен был присоединиться к красным шатрам, выступающим в поход на север. Снова на людей-зверей. Но погода резко ухудшилась. Говорят, еще до полудня земля будет скована льдом, и до оттепели дороги станут непроходимыми.

— О! — воскликнула Лайана, вставая со стула и подходя к окну. — Неужели все так плохо?

— Вы что, собирались идти гулять?

Принцесса покачала головой. Она думала не о том, чтобы выйти на улицу. Лайана пыталась представить себе, как сейчас в западных горах. Там переходят через перевалы Солдат и Спэгг. Бесстрашным путникам грозит гибель от голода или от холода, они могут попасть в лапы какого-нибудь горного чудовища. Пока Лайана осуждала Солдата за измену, он находился в самых опасных, самых страшных краях, пытаясь найти исцеление от ее безумия. Принцесса еще не могла его простить, но — о! — она не могла не переживать за него.

— До сих пор нет никаких известий от вашего супруга, — сказал Кафф, не в силах сдержать злорадные нотки в голосе. — Подозреваю, он погиб.

— Нет, он жив, — резко возразила Лайана. — Пока что жив.

— Откуда вам это известно?

— Чувствую сердцем.

Кафф поднял брови. Однако он понимал, что, когда принцесса говорит с таким пылом, спорить с ней бесполезно.

— Надеюсь, вы правы. Сюда прилетал верхом на сове тролль. Он встретился с Малдрейком, Лордом-хранителем замков, и передал ему, что Солдат захвачен в плен.

Лайана нахмурилась.

— И что предпринял Малдрейк?

— Что? Естественно, ничего. С троллями нельзя иметь дело.

Повернувшись к капитану, принцесса выплеснула на него ту ярость, которую на самом деле испытывала к Солдату.

— Вы не хотите, чтобы мой муж вернулся домой живым! Была бы ваша воля, вы бы его убили! Не надо лицемерить.

Кафф покачал головой.

— Я не лицемерил. Да, я хочу, чтобы Солдат погиб. Но вы, миледи, хотите, чтобы он возвратился живым и невредимым. Я сказал это ради вас, а не ради себя.

Покинув библиотеку во Дворце Диких Цветов, капитан Кафф вернулся в кордегардию. Как всегда после встречи с принцессой, его охватило уныние. Лайана никак не желала выбросить из головы бредовую мысль о том, что она любит этого чужестранца, пришельца, именующего себя Солдатом. Кафф не мог понять, чем пленил Лайану Солдат. Принцесса спасла незнакомца, выйдя за него замуж. Сострадание каким-то образом трансформировалось: Лайана возомнила, будто любит человека, которого избавила от казни. Кафф был уверен, что все это не более чем разыгравшееся женское воображение.

— Почему заколдованная кольчуга не погубила его? — ломал голову Кафф. — Гумбольд уверял меня, что она отравит его, как только он ее наденет!

Капитан был в бешенстве. Он знал, что Лайана обладает даром ясновидения, когда речь заходит о близких ей людях. Раз она сказала, что Солдат еще жив, у Каффа не оставалось никаких сомнений, что это действительно так. Но чужестранец, отправившийся в западные горы, наверняка должен был столкнуться с какой-либо смертельной опасностью! Почему же он не надел свою кольчугу и не умер в считанные минуты с пеной на губах?..

Кафф ничего не понимал. Создавалось впечатление, что у Солдата не одна жизнь, а целая дюжина.

— Я сам приму меры к тому, чтобы Солдат никогда не вернулся в Зэмерканд, — пробормотал Кафф. — Надо связаться с Олгатом.

Приняв решение, капитан пожалел о том, что не подумал об этом раньше. Олгат, воин-колдун, наполовину волшебник, был все же в большей степени человеком, тем не менее обладал способностью превращаться в зверей и птиц. Олгат примет обличье какого-нибудь животного, лучше приспособленного к путешествию в плохую погоду, догонит Солдата и расправится с ним. Страдающий пагубным пристрастием к вину, воин-колдун жил в трущобах Зэмерканда. Этот сильный умный человек опустился на самое дно и посещал городские таверны каждую ночь, каждый день и почти все время в промежутках. Когда он был трезвым, в единоборствах ему не было равных. Пьяный, он сам страдал от собственных кулаков.

Взяв с собой стражников, Кафф, как и предполагал, отыскал Олгата в одном из кабаков.

— Эй, пьяная морда, — крикнул капитан, — выходи на улицу!

— Поцелуй меня в зад! — прорычал Олгат, потрясая громадными кулачищами.

После непродолжительной драки стражники стащили пьянчугу с лавки. Олгат заработал кулаками, валя каждым ударом одного из гвардейцев. Но стражников было слишком много. Кафф терпеливо дождался, пока они вытащили Олгата на улицу. Швырнув противника в сугроб, гвардейцы принялись колотить его ногами и древками пик.