Чтение онлайн

Гаррет размахнулся и что было силы швырнул стакан в стену. Тот разлетелся вдребезги, и в этом жесте выплеснулась вся сжигавшая его ярость. Остались лишь холод и одиночество, которые давно поселились в его пустом доме. Он прислушался: может, Си Джей еще не ушла, может, она вбежит в комнату и окажется в его объятиях…

Напрасные надежды — она исчезла навсегда.

Разбойник Джейми Килдонан неодобрительно глядел на нее с холста. Все те же густые нахмуренные брови, тот же неукротимый огонь в глазах, те же мужественные, красивые черты.

И что нашла Сибилла в этом жестоком и дерзком гордеце? Груб, самонадеян, привык действовать нахрапом. Все должно быть по его, а она слова поперек не скажи. И в постели только требует, ничего не обещая взамен.

Все мужчины таковы! Кроме боли и страданий, от них ничего не жди, а мы тем не менее все им прощаем и любим их так же беззаветно, как Сибилла своего пирата.

Закусив губу, Си Джей сняла с мольберта натянутый на раму холст и пошла с ним в кухоньку. Довольно! Она устала от этих преследующих ее повсюду задумчивых и опасных глаз.

Она поставила портрет в кладовку, лицом к стене, и захлопнула дверцу.

И тут же по небу эхом прокатился гром. Си Джей вздрогнула, взглянула в окно и увидела стену ливня, то и дело освещаемую вспышками молний. Струи бешено хлестали в оконное стекло — вот-вот треснет. Си Джей поежилась от столь неприятной перспективы и мысленно обратилась к небесам с просьбой о помиловании.

Шторм достиг залива на рассвете. Волны разбивались о берег, громадные, пенистые, желтые от смешанного с водой песка. Пальмы вдоль берега раскачивались под ветром, словно тряпичные куклы, роняя ветви и листья, вихрем кружащиеся в воздухе.

В такой день сам Бог велел посидеть дома и всласть поработать.

Первое ей удалось, со вторым она потерпела полное фиаско.

Какая тут работа, когда слезы так и льются из глаз, подобно этому ливню. Надо же быть такой дурой — влюбиться в Гаррета Джеймисона!

Вот и расплачивайся теперь! Верно говорят: любовь лишает разума!

Си Джей глубоко вздохнула и прошлепала к шкафу, где начала наводить порядок. Она уже вымыла пол в своем бунгало, пропылесосила коврики, прибралась на кухне. Вчерашний день она посвятила разбору книг, видеокассет и компакт-дисков. А завтра… если шторм уймется, съездит в Форт-Майерс, пообедает в хорошем ресторане, походит по магазинам, непременно купит себе что-нибудь легкомысленное, а потом вернется домой, полежит в пенистой ванне и уляжется в постель со стаканом хорошего вина и приключенческим романом.

Ветер настойчиво рвался в дверь и в окна. Си Джей покосилась на дребезжащее стекло, увидела сначала какой-то промельк среди мутных потоков, а потом сложенные козырьком руки и лицо, приникшее к окну.

Он, Гаррет! Шевелит губами, пытаясь перекричать шум, и показывает на дверь — открой!

Она замотала головой, и слезы снова подступили к глазам. Господи, только бы он их не заметил! И зачем он явился?

Гаррет скрылся из виду, но тут же раздался оглушительный стук. Некоторое время она пребывала в нерешительности, потом стремительно подошла к двери.

— Уходи, мне некогда!

— Си Джей, ради… — несколько слов подхватил и унес порыв ветра, поговорить! Я тону, черт возьми! Открой!

Ну да, конечно! У нее вид потерпевшей кораблекрушение — волосы слиплись, нос распух, глаза покраснели. А он ничего лучше не придумал, как пожаловать на остров именно в такой момент. Ему будет довольно одного взгляда, чтобы все понять, если он уже не понял. Ведь он не велел ей влюбляться, предупреждал, что она будет страдать, и теперь нравоучительным тоном напомнит ей об этом.

Ну нет! Она не доставит ему такого удовольствия.

— Я сказала, что занята! — прокричала Си Джей через закрытую дверь. Иди в дом, я приду позже.

Да, она сделает что-нибудь с лицом и волосами, попытается взять себя в руки и придет.

Гаррет что-то пробормотал, потом вроде отошел. С минуту она, затаив дыхание, прислушивалась, потом облегченно вздохнула.

Так или иначе, он приехал не к ней. Должно быть, в кабинете остались его вещи, к тому же он должен до конца прояснить ситуацию с Берти. Си Джей проглотила ком в горле и смахнула влагу со щек. Когда-нибудь она будет благодарить Бога за то, что удержал ее от падения в пропасть. Во всяком случае, жить с Гарретом под одной крышей, спать в одной постели, рожать от него детей и притворяться, что ничего к нему не чувствует, выше ее сил.

Окна и дверь вздрогнули от страшного удара. Си Джей подумала, что ураган сломал шпалеру, с бугенвиллеями, и уже хотела выглянуть во двор, но ее остановил новый сокрушительный удар, и дверь с треском распахнулась.

На фоне ливня в дверном проеме возникла высокая фигура. Джейми Килдонан, выследивший Сибиллу в старом заброшенном аббатстве и вломившийся в дверь среди такого же ненастья!

Он плечом захлопнул дверь, сбросил плащ на пол, отряхнулся, как мокрый пес, и взглянул наконец на нее.

Мне надо с тобой поговорить.

Она отпрянула при виде нависшего над ней великана, пожирающего ее глазами.

— Ну, знаешь, это уж слишком! — пробормотала она, утешая себя тем, что перед нею все-таки не разбойник Джейми, а бизнесмен Гаррет. Что тебе нужно?

— Ты.

Она уставилась на него, не веря своим ушам.

— Что ты сказал?

— Я сказал, что мне нужна ты — В его глазах горела такая мрачная решимость, что Си Джей отступила еще на шаг. — Черт побери, ты моя законная жена, без борьбы я от тебя не отступаюсь! — В два шага он преодолел разделяющее их расстояние, схватил ее за плечи и жадно впился в полураскрытые губы своими холодными, мокрыми от дождя губами.

Когда он выпустил ее, она едва удержалась на ногах.

— Послушай, я знаю, ты меня не любишь, но ведь ты… мы даже не пытались… — В свете лампы его мокрое лицо искривилось в усмешке. Даже Сибилла дала Джейми последний шанс.

Вот и я прошу лишь небольшой отсрочки. Если ничего не получится, мы аннулируем брак. Но прежде давай попробуем еще раз. А вдруг ты все-таки сумеешь полюбить меня?

— Но я и так… — пролепетала она, до сих пор не в силах поверить в реальность происходящего.

— Ты вправе считать меня сумасшедшим, но… — Гаррет осекся. Слегка сдвинул брови. — Что «и так»? Любишь?

— Конечно.

— Но ты… Черт! — Он откинул прилипшие ко лбу волосы. — Ты ни разу мне об этом не говорила!

— Ты не велел. Ты более чем строго, раз и навсегда запретил мне влюбляться в тебя.

— Должно быть, я сам не знал, что говорил.

— Ах, вот как? Значит, впредь я не должна верить ни одному твоему слову?

— Должна. — Гаррет улыбнулся ей чуть дрожащими губами, заглянул в глаза. — Кое-чему ты просто обязана поверить. Например, тому, что мне без тебя плохо, что я не могу ни спать, ни работать, ни думать ни о чем, кроме как о том, чтоб ты вернулась. Что я закрываю глаза и вижу тебя, что ты мерещишься мне в каждой встречной женщине, что мне ничего на свете не надо лишь бы изо дня в день, всю жизнь просыпаться рядом с тобой и видеть тебя повсюду — дома, на улице, на службе, в глазах наших детей… Вот то немногое, чему ты определенно можешь поверить.