Чтение онлайн

Месяц спустя

Моя беременность меня радовала всякими бзиками, а уж Гриня то, как был рад. Ещё бы! Когда ему бы пришлось ехать в круглосуточный гипермаркет в три часа ночи и искать там резиновые сапоги, потому что я не могу уснуть, не понюхав резину? Без меня точно не пришлось бы.

Мне постоянно чего-то хотелось странного. Огурцы и сырые яйца вначале были милыми цветочками. Ягодки настигли меня недели через две, когда начался токсикоз. Я не могла ничего съесть без сырого репчатого лука. Даже шоколадка шла вприкуску с этим овощем, а Мамонт лишь умилялся, сменив мне прозвище. Стала я не Кошкой, а Луковкой.

И вот сейчас, час ночи, надо спать, а я смотрю с мужем второй сезон про крутые яйца, уминаю мармелад, закусывая луком, и запиваю это всё безобразие квасом.

— Какой-то богатырь растёт. — сказал Мамонт, нежно погладив мой незаметный ещё живот.

— Почему богатырь? — удивилась я.

— Лук и квас, ещё репы не хватает. Чисто русская пища богатырей. — привёл доводы, хрипло смеясь.

— Ну это то понятно. А почему богатырь? Может быть русская красавица. Или они квас с луком нет, наверное? — представила, как от меня вечно разит, но ничего не могла с собой поделать, зато поняла сестру, испытывая эффект беременного хочу, на собственной шкуре.

— Родим мальчика, назовём его Савелием. Градов Савелий Григорьевич. Звучит? — с гордостью спросил.

— Звучит, а если девочку родим?

— А если девочку… — Мамонт тут задумался, имя для девочки не придумал, — Ну девочку Светой назовём, в мамину честь. Градова Светлана Григорьевна, тоже хорошо. — улыбнулся довольно, как кот сметанный.

— Мне нравится. Савелий и Светлана… — замечталась, как оба варианта носятся по гостиной, — Красивые имена.

— Ты доела? Давай спать, а то завтра рано вставать. В семь утра. — напомнив, о визите к врачу Мамонт расстроил.

— Кровь брать будут. Теперь точно не усну. — буркнула я, потому что я трусиха и до холодящего душу ужаса боюсь врачей.

— Ты же уже сдавала и ничего же страшного. — посмеиваясь, вспоминал Мамонт тот жуткий день, когда я впервые пошла с ним сдавать кровь, чтобы убедиться в правдивости теста.

Сдавали вместе. Мамонт сидел на стуле у стола для забора крови, а я сидела на нём. Отвернувшись, прятала лицо уткнувшись ему в шею, пока из меня выкачивали кровушку.

— Я уже забыла, что не страшно. Страшно. Халаты эти белые. Брр. Надо запретить белые халаты, почему бы не носить как у тебя? С косточками там всякими, мышками.

— Ага, с человечьими черепушками и лабораторными крысами. — проворчал Мамонт, нагло демонтируя меня с дивана.

— Я чаю хочу. Сладкого. И огурчики с солью, и лука ещё подрежь, этот несвежий уже. — протянула Мамонту пустую тарелку, невинно глядя в глаза.

— Ох! Луковка! Завтра, точней уже сегодня, не встанешь ведь. — мягко возмущался, но пошёл в зону кухни, выполнять мой заказик.

— Ещё одну серию посмотрим и точно лягу спать. — пообещала я, надеясь, что спать захочется, через эти несчастные сорок минут.

Кажется, в сон я провалилась чуть раньше, так как совершенно не помнила, каким образом очутилась в спальне.

— Луковка. — позвал меня Мамонт, и погладив по животику, окончательно разбудил. — Собираемся, ты помнишь? Мы едем в больницу. — нежно так говорил, а от этого ещё сильней хотелось спать.

Я посмотрела на часы в надежде, что ещё не семь утра, но нет. Есть. Даже уже семь ноль пять.

— За что?! За что эти Эскулапы над нами издеваются?! — взывала я, откидывая одеяло, а заодно и просыпаясь от своей экспрессии, — Почему в такую рань-то?! — встать было очень тяжело, в последние недели я спала из-за беременности с утра до полудня, и сейчас была совершенно не в силах оторвать голову от подушки.

— УЗИ, конечно, можно и вечером сделать, но нужно сдать анализы, а их принимают только с утра. Собирайся, а то оголодаешь скоро. Чем быстрей сдадим анализы, тем быстрей ты сможешь покушать. — голос его стал ещё мягче и взгляд ещё добрей и мягче.

— Встаю. — куксясь, встала с кровати и пошла в ванную комнату.

— Воду тоже не пей. — крикнул Мамонт вслед.

Быстро собравшись, мы спустились к стоянке. В машине Мамонт отпустил мне сидение, чтобы я могла поспать в дороге, и бережно накрыл ноги пледом.

— Сапог надо? — поинтересовался, уже выезжая на проезжую часть.

Те резиновые сапоги что Мамонт искал в ночи по гипермаркету сразу разделили на всякий случай. Левый сапог катался теперь в гормональной Тундре, правый спокойно полёживал дома на спинке дивана.

— Давай. — на самом деле не очень-то и хотелось его нюхать, но всё равно взяла, чтобы Мамонта не расстраивать.

Пусть не думает, что зря старался.

По дороге в центр я так и не смогла уснуть, лежала в обнимку с резиновым сапогом, а перед глазами иголки-иголки-иголки и белые халаты. Нехотя выбралась из машины и меня сразу начало морозить, так с пледом и пошла как чучундра.

— А вот и наша девочка маленькая пришла с охраной. — встретила радостно медсестра, бравшая у меня кровь в прошлый раз, и забрала у Мамонта направления.

— Доброе утро. — от такой милой встречи, я, конечно, бояться меньше не стала, но на душе стало радостней, а от этого и доверия побольше.

— Что по той же схеме? — поинтересовалась с радушной улыбкой.

— Да. — ответил Мамонт, словно боялся сам, что я откажусь от его помощи, а этого он не хотел.

Ведь ему важно было всё держать под контролем и ему моя боязнь врачей была на руку, и на все приёмы и процедуры я ходила строго в его сопровождении.

— Тогда присаживаемся. — пригласила нас на стул. — Сегодня побольше кровушки возьмём, анализа четыре. — предупредила женщина.

— Ничего, я потерплю. — выдохнула с чувством тошноты и сев к мужу на руки уткнулась лбом в его плечо.

После того как сдали все анализы и побывали у врача, который ещё раз подтвердил беременность и дал рекомендации по питанию с витаминами, мы отправились в кабинет УЗИ.

Как заворожённые смотрели с Гриней в монитор, пытаясь высмотреть в изображении человечка. Уже можно было различить, где голова, а где будут ручки и ножки, но главное — это сердечко.

— Всё хорошо. Смотрите, какое хорошее плодное яйцо, — по монитору стрелочка сделала круг, — Вот тут у нас желточный мешочек, а вот и главный герой нашего весёлого мероприятия. — Вероника Сергеевна чуть надавила ультразвуком на мой живот и малыша стало лучше видно.

— Вот он наш товарищ. Посмотрите какой же хороший у нас товарищ. Вот тут одна ручка наметилась, вот тут вторая, тут у нас тельце. И сердечко, вот сюда смотрите, видим как бьётся?

— Да. — ответили с мужем хором.

— Примерно семь — восемь эмбриональных недель. Всё, как и должно быть, невероятно прекрасный пупсик. Сердечко сейчас послушаем, вот оно у нас какое красивое, — Вероника Сергеевна снова указала куда смотреть, и включила динамики, так мы и услышали сердечко нашего прекрасного товарища.