Чтение онлайн

У нас не было времени обдумывать это и дальше, потому что перерыв вскоре закончился. Ганнибал призвал всех к порядку, а судебный пристав возвратился... с Нифоном.

Мой живот взбунтовался при виде него, как и в прошлый раз. Нифон всегда напоминал мне горностая. Он носил серый костюм, выглядел по-деловому, как и все бесы, но в слишком сильно приглаживал гелем волосы, что отнимало способность внушать доверие. У него были тонкие губы, маленькие глаза, и жёлтовато-коричневый цвет лица. Казалось он убежит, если дать ему хоть малейший шанс. Ошибка, которую он попытался скрыть, теперь вскрылась. Его препроводили к месту для дачи свидетельских показаний на скамью. Нифон осторожно сел, явно потея. Я волновалась о Хью, если он будет втянут в это подобным образом, боялась последствий, с которыми он столкнется. Нифон, вероятно, боялся того же: быть наказанным за помощь в моем деле. Различие было в том, что Хью, по крайней мере, испытает некоторое удовлетворение от помощи мне. У Нифона же, в любом случае, не было никакой выгоды от этого.

– Пожалуйста, сообщите ваше имя, - сказал Ганнибал.

Бес облизал губы.
– Нифон, ваша честь. В вашем распоряжении.

– Ты ли заключи эти два контракта?
– спросил Ганнибал, указывая на свитки, которые Дорис только что поднесла к месту дачи свидетельских показаний.

Нифон демонстративно изучил их и ответил: 

– Я полагаю да, Ваша честь. Мое имя на них, но это было так давно. И мне нелегко их вспомнить.

Я усмехнулась.
– А казалось, что в прошлом году ты помнил, особенно, когда старался прикрыть свою задницу.

– Давайте сохранять цивилизованность и справедливость суждений, - проговорил Ганнибал снисходительно. В самом деле? Я, тем не менее, не рассчитывала на любезность и справедливость?

– Знали ли вы, когда составляли контракт Кириакоса, что Лета был той, кого он искал?
– спросил Роман. Видя, как Нифон скорчился, Роман добавил, - И будьте осторожны в своих высказываниях, если вы "не помните" - уважаемые Ангелы-присяжные узнают, если вы солжете.

Нифон сглотнул и бросил тревожный взгляд на скамью присяжных, после чего пристально посмотрел на Романа.

– Я... да. Я знал.

– И с тех пор, как вы составили контракт Леты, вы знали, что её условие включало в себя, чтобы все, кого она знала,как человек, забыли её. Факт, что он вообще отыскал её, был знаком, что контракт нарушен. Вы были не в состоянии заставить его забыть.

Нифон скривился.
– Он не упоминал её имя. Он просто помнил, что она исчезла.

Роман громко шлепнул мой контракт на стол. 

– Контракт не определяет, в какой степени о ней должны были забыть, только то, что она существовала. Точка.

Пот лился с Нифона так, будто его окатили ведром воды. Он дернул один из свитков к себе и раздраженно просмотрел его глазами. 

– "У всех смертных, знакомых с "Проклятой" в ее человеческой жизни, должны быть стерты все воспоминания о ней....

Тут он оторвался от свитка.

– Это - перевод. Я думаю, что в оригинале на греческом языке все становится более понятным, забывают ее лишь те, кто знал ее в человеческой жизни . Поэтому, если бы он помнил ее позже, не было бы никакого нарушения. Мы сейчас можем получить греческую копию?

– В этом нет смысла, - сказал Роман.
– Даже если это действительно так. Мы уже установили, что душа определяет личность человека в любом его перевоплощении. Даже теперь он формально - все еще человек из ее человеческой жизни, и он помнит. Вы были неспособны выполнить условия договора.

– Едва ли это моя ошибка!
– воскликнул Нифон. Теперь было неясно, с кем он говорил: со мной и Романом, или же с начальством в зале. 

– Я сделал стандартное предложение на потерю памяти для ее договора. Я не знаю, почему это не сработало. И да. Я знал, что он был ее мужем, когда подготавливал его договор, но я не думал о нем с этой точки зрения, что это нарушение ее контракта. Я только обеспечивал другую душу.

Марсель обратился к присяжным:

– Он говорит правду? Он заключил второй контракт из невежества и при этом не было злонамеренного умысла? Я имею в виду, больше злонамеренного умысла, чем обычно требуется в этих ситуациях.

Некоторые ангелы кивнули, явно неохотно.

– Не имеет значения, было ли это невежеством, -сказал Роман.
– Это никогда не было оправданием для нарушения закона. Ты ошибся и при этом, ты лишил законной силы оба контракта.

– Да ну, - сказал Марсель.
– Но ни один из "Проклятых" не был обижен. Это все технические детали, она действительно была стерта из воспоминаний всех, кого она знала. А он получил еще девять жизней. Целых девять жизней! Все мы знаем, как редки соглашения о перевоплощении. Он получил только то, что он попросил. Он даже воссоединялся с нею. Ад выполнил эти условия договоров настолько, насколько это было возможно, и Вы не можете считать всех ответственными за неудачу одного, при том, что о ней никто больше и не знал.

О-о-о, - протянул Роман с хищными нотками в его голосе.
– Я думаю, что есть и другие, кто знал о сбое. Другие на более высоком посту. Ваша честь, я могу вызвать другого свидетеля?

– Кого?
– спросил Ганнибал.

– Моего отца, - ответил Роман.
– Джерома, Архидемона Сиэтла.

Многие затаили дыхание, но было ли это результатом того, что Роман назвал Джерома своим отцом или просто того, что вызвали такого высокопоставленного свидетеля, - я не могла сказать. 

Ганнибал кивнул.

– Допустим. Нифон, вы можете спуститься. Джером, пожалуйста, подойдите к нам сюда.

Нифон не мог выйти оттуда достаточно быстро. Он фактически несся на Джерома, когда они были в проходе. Со своей стороны, Джером двигался вперед небрежно, как если бы все это было ниже его, и было большой уступокй с его стороны. Он сел, скрестив аккуратно руки и смотря скучающим взглядом.

– Джером, - произнес Роман.
– Это правда, что вы знали о связи между Сетом и Джорджиной? Точнее, между Кириакосом и Летой?

Джером пожал плечами.
– Я знал, что они оба - души, заключившие контракт.

Это был ответ, достойный ангела. Часть правды, но не вся. Я надеялась, что некоторые ангел укажут на эту неполность ответа, пока прискорбный факт не поразил меня. Демоны могли лгать без обнаружения. Не было никакого способа доказать, говорил ли он правду.

– Вы знали условия ее контракта?
– спросил Роман.

– Конечно, - ответил Джером.
– Я делаю всё для своих работников.

– Так вы знали, что контракт позволяет ей ичезнуть из памяти всех тех, кого она знала, когда была человеком?

– Да, - сказал Джером.

– И вы знали, что Сет был когда-то её мужем с контрактом, который затрагивал её.

– Нет, - категорически ответил Джером.
– Я определенно не знал этого.

Ложь, ложь, подумала я. Но не было никакого способа это доказать.

– Если так, - сказал Роман, - тогда почему вы использовали Сета Мортенсена чтобы помочь вернуть Джорджину, когда она была захвачена онейридами в прошлом году?

– Я не помню особенностей того инцидента, - сказал Джером деликатно.