Чтение онлайн

Пальцы Грейс стиснули ручку чашки, но выражение лица оставалось совершенно безразличным.

— Данная ситуация не так идеальна, как выглядит. У него это второй брак. От бывшей жены у него есть дети, которые сейчас уже взрослые и не в восторге от наличия сводных брата и сестры.

— Особенно когда дело доходит до раздела трастовых фондов и наследства?

— Борьба за наследство будет крайне жестокой, потому что первая семья не получила того, что прямо сейчас получает вторая.

Лютер приподнял бровь:

— Тонны внимания от любящего папаши, наслаждающегося второй молодостью?

— Именно.

— А что насчет нее?

Грейс небрежно махнула рукой.

— Обычная история, когда молодая женщина выходит замуж за мужчину намного старше. Она идет на это ради денег и статуса. Пока что сделка ее устраивает, но на днях она заведет любовника.

— Ты строишь предположения или действительно видишь это в их аурах?

— Конкретных подробностей я не вижу. И чтоб ты знал, невозможно читать чужие мысли. Но я могу различать образы, модели и связи в аурах. Мой талант позволяет мне толковать эти элементы и делать определенные выводы. Это интуиция.

— Неудивительно, что Фэллон счел тебя полезной. — Лютер посмотрел на пару с двумя детьми. — Однако я не думаю, что нужно быть экстрасенсом, чтобы разгадать динамику в этой семье. Пожилой человек, красивая молодая жена и маленькие дети. Часто встречающийся сценарий.

— Точно, — согласилась Грейс. — Но мне хорошо удается эта игра. Хочешь попробовать с другим столиком? С тем, где динамика не так очевидна?

— Игра, говоришь?

Она пожала плечами:

— Я придумала эту игру, когда была ребенком. Назвала ее «Идеальной семьи не бывает». Я играла в нее все эти годы. Покажи мне семью, абсолютно любую, и я расскажу тебе, какие у нее проблемы.

Лютер тихонько присвистнул:

— Ничего себе. Как цинично.

— Да, — Грейс смущенно покраснела, — думаю, звучит и правда цинично. Но это, разумеется, всего лишь механизм самозащиты. Будучи ребенком, я чувствовала себя не так плохо из-за того, что у меня нет собственной семьи, если могла смотреть по сторонам и видеть напряженные отношения и проблемы в семьях других людей. В какой-то момент игра превратилась в привычку.

— Проклятье. Думаю, ты еще циничнее, чем я.

— Ну, это не трудно. — Ее глаза вдруг весело заблестели. — Ты настоящий романтик.

— С чего, черт возьми, ты это взяла? — Настала очередь Лютера почувствовать себя оскорбленным. — В моем теле нет ни одного романтического атома. Спроси любую из моих бывших.

Грейс бросила на него сначала удивленный, затем осуждающий взгляд:

— Твои бывшие плохо тебя знали, да?

«После одной-единственной ночи они определенно не могли узнать меня так, как ты, барышня», — подумал Лютер, но решил, что сейчас неподходящий момент, чтобы говорить это вслух.

— Если верить им, я их не понимал, — сказал он вместо этого. — И они были правы. Разводы происходили по моей вине.

— Почему ты так говоришь?

Он пожал плечами:

— Потому что это правда. Если вспомнить прошлое, думаю, я пугал их обеих. Просто им требовалось некоторое время, чтобы понять, что они меня боятся. В каждом случае около года.

— У твоих жен были паранормальные способности?

— Нет.

Грейс понимающе кивнула:

— И ты держал свои способности в тайне от них, пока вы не поженились, так?

Лютер почувствовал, что краснеет.

— Думал, будет легче все объяснить, как только они узнают меня получше. Но в обоих случаях картина была одинаковой. Стремительное начало, затем провал. До них доходили слухи обо мне от жен моих коллег. Они задавали вопросы. Каждый раз я пытался дать им легкое представление о парапсихическом таланте, но это только усугубляло ситуацию. В конце концов, они приходили к выводу, что я не просто странный, а сумасшедший. Возможно, даже опасный. А затем подавали на развод.

— Думаю, все было несколько сложнее, чем ты рассказываешь.

— Что ты имеешь в виду?

— Любая сила поначалу привлекает. Уверена, что обе твои жены ощутили твою силу и сочли ее интригующей, даже если и не осознавали, что именно привлекло их внимание. Но через некоторое время они начинали испытывать неловкость, так как интуитивно понимали, что ты слишком силен для них. Вероятно, они начинали бояться, а может быть, были немного потрясены, несмотря на то, что не знали почему. Суть в том, что баланс сил даже близко нельзя было назвать равноценным. А неравные отношения всегда непрочные.

— Серьезно? Ну а почему же ты убеждена, что я романтик?

— Это в твоей ауре, — просто ответила Грейс. — И, разумеется, в карьере, которую ты выбрал.

— Разумеется?

— Ты не случайно стал полицейским, и то, что ты сейчас работаешь на «Джонс и Джонс», не совпадение. Ты рожден, чтобы защищать и оберегать.

— А еще я бармен, — сказал Лютер, желая бросить ей вызов. У него были большие сомнения в том, что ему нравится подвергаться детальному анализу. Скорее, он даже был уверен, что ему это не по вкусу. — Как сей факт вписывается в твою маленькую теорию?

— Еще не знаю, но уверена, что скоро все равно пойму. Скажи, ты когда-нибудь задумывался о возможности воспользоваться услугами брачного агентства «Тайного общества»?

— Нет, — ответил Лютер. — Я слышал, что свахи Общества плохо справляются, когда дело доходит до поиска партнера для экзотического таланта, и особенно это касается клиентов, которые врут о своем уровне по шкале Джонсов. Слишком много неизвестного и непредсказуемого. А ты?

— Нет, — ответила Грейс, не вдаваясь в подробности.

— Когда-нибудь была замужем? — не отставал Лютер.

Грейс снова покачала головой:

— Нет.

— Почему?

— В отличие от тебя, — она сладко улыбнулась, — я не романтик.

— Врешь, — возразил Лютер. — Думаю, причина в том, что ты ждешь мистера Совершенство.

— Считай, что мне трудно угодить.

Новоприбывшие начали заселяться перед обедом. Лютер сидел рядом с Грейс на широкой затененной веранде отеля. Слева находился бассейн, а за ним — пляж. Справа открывался свободный вид на фойе под открытым небом и стойку регистрации. На маленьком круглом столике между двумя стульями из ротанга [28] стояло два стакана с чаем со льдом. В руках у Лютера был экземпляр «Уолл-стрит джорнал» [29] . Грейс, казалось, с головой ушла в роман в мягкой обложке, который привезла с собой. Оба были в солнцезащитных очках.

Глядя, как коридорные выгружают из багажника лимузина комплект дорогих клюшек для гольфа, Лютер предавался приятным фантазиям. Последняя включала в себя их с Грейс на Мауи в медовый месяц, за который заплатил он сам, а не «Джонс и Джонс». В той же фантазии не было и намека на слежку за убийцей, обладающим паранормальными способностями.

Из лимузина вышли мужчина и женщина. Получив по гирлянде из орхидей в качестве приветствия, они прошли за одним из членов персонала отеля к стойке регистрации. Лютер машинально взглянул на их ауры. Мужчина излучал частые зеленые вибрации, свидетельствующие о закипающем раздражении, которое при верной провокации могло вылиться в гнев.