Чтение онлайн

«И какова вероятность, что это случайность, мистер Джонс?»

Что бы здесь ни происходило, это было важно. Грейс была в этом уверена. Теперь встал вопрос, что делать дальше. Лютер бы знал, но его тут не было. Хороший агент должен быть готов принимать самостоятельные решения.

Ничего страшного не случится, если она пройдет мимо комнаты, в которую только что вошла поющая горничная, чтобы до конца убедиться, что это действительно номер 604. Для нее, как для будущего специалиста «Джонс и Джонс», будет не очень хорошо, если она облажается с важными деталями.

Грейс не спеша пошла по коридору с ключом-картой в руке, будто бы направляясь в свой номер. Других постояльцев вокруг не было.

В дальнем конце коридора, толкая сильно нагруженную тележку, появилась еще одна горничная. Она остановилась перед номером и тихо постучала.

— Уборка номеров! — крикнула она.

«А вот этого оперная дива тоже не сделала», — вспомнила Грейс. Женщина вошла в комнату без стука и не назвала себя, как будто отлично знала, что внутри никого нет.

Подойдя к тележке поющей горничной, Грейс взглянула на закрытую дверь: 604.

Она продолжила идти по коридору, не зная, что дальше делать. Казалось логичным, но опасным, если независимый агент «Джонс и Джонс» проследит за поющей горничной и последует за ней, когда та выйдет из номера Юбэнкса. В конце концов, это была наблюдательная миссия.

Также обязательно надо было уведомить Лютера, что женщина с паранормальным талантом высокого уровня, являющаяся или нет членом персонала отеля, только что вошла в комнату одного из членов «Ночной тени».

Грейс вытащила телефон и быстро набрала текстовое сообщение: «Талант в номере Ю. Буду следить».

Положив телефон обратно с сумочку, Грейс огляделась по сторонам в поисках места, где могла бы спрятаться, пока будет ждать появления певицы. Все, что она увидела, — это длинный коридор с дверьми по обе стороны. Коридор заканчивался, пересекаясь с другим коридором. У Грейс было два варианта: или вернуться туда, откуда пришла, и спрятаться на лестничной площадке, или повернуть за угол в дальнем конце и ждать, пока откроется дверь в номер 604.

Выбор пал на лестничную площадку. Она была ближе. Грейс поспешила обратно мимо номера Юбэнкса и почти дошла до двери, когда почувствовала сзади какое-то движение. Она повернулась, чтобы взглянуть через плечо, и увидела, как вторая горничная решительно приближается к 604-му номеру.

Грейс напрягла свои чувства и изучила ауру женщины. То была обыкновенная аура не обладающего паранормальными способностями человека, но было очевидно, что горничная раздражена. По каким-то причинам ее беспокоила еще одна тележка, находящаяся в коридоре. Возможно, потому, что это была ее территория.

Грейс вдруг поняла, что горничной лучше не сталкиваться с женщиной, только что вошедшей в номер.

Поддавшись порыву, она направилась назад к номеру, но горничная уже вовсю стучала в дверь. Не дожидаясь ответа, женщина засунула ключ в замок и открыла дверь. Она оглядела комнату. Ее тело было напряжено, а аура отражала растущее беспокойство.

— Кто вы? — спросила она. — Это мой этаж, и я не просила сегодня дополнительную помощь. Вы, должно быть, новенькая.

В комнате возобновилось пение, сильное и такое мрачно захватывающее, что Грейс почувствовала угрозу быть раздавленной под тяжестью нависшего бремени. Сила и жестокость, переданные чистым колоратурным сопрано совершенно гипнотизирующего голоса, вылились в коридор.

Исполненная ужаса аура второй горничной пульсировала. Женщина сделала шаг назад и слегка повернулась, словно собралась бежать. Но вместо этого застыла, как статуя. Затем, будто ее влекла нечистая сила, направилась к затененному дверному проему шестьсот четвертого номера.

Энергия песни трепетала в паранормальном спектре. Грейс почувствовала, как ее неумолимо притягивает, хотя интуитивно ощущала, что притяжение было нацелено на горничную, а не на нее.

Горничная была очарована музыкой. Она сделала еще один шаг к роковому дверному проему. Еще чуть-чуть, и она исчезнет в номере 604.

— Стойте! — громко крикнула Грейс, надеясь разрушить чары музыки силой приказа. — Остановитесь. Не входите туда.

Горничная проигнорировала ее предупреждающий крик. Ее аура уже не пульсировала в нормальном режиме. Грейс с ужасом наблюдала, как та становилась нестабильной и непредсказуемой. Однако в ауре все же продолжала пульсировать паника. Женщина знала, что близка к смерти, но не могла остановиться.

Грейс рванула вперед, максимально усилив собственную ауру. В коридоре музыка звучала приглушенно, но контролируемая ею сила, казалось, заполнила все свободное пространство.

Не так давно Грейс была вынуждена сделать то, что собиралась повторить сейчас. Но она не забыла неизбежную реакцию своих чувств. Ей будет больно.

Приготовившись к удару от физического контакта, она схватила горничную за плечо, одновременно отталкивая волны вселяющей страх музыки и пытаясь оградить загипнотизированную женщину своей аурой.

Грейс пронзила боль. Тонкая ткань униформы горничной не предоставляла почти никакой защиты. Грейс изо всех сил стиснула челюсти, стараясь не выпустить плечо женщины.

По инерции они обе сделали еще пару шагов по направлению к двери, затем споткнулись и упали на ковер. Грейс быстро откатилась в сторону, изо всех сил пытаясь избавиться от неподвижного тела женщины.

Потом встала на колени и посмотрела на дверь номера 604.

Занавески внутри были плотно задвинуты, запечатывая комнату в полумрак. Певица стояла около кровати, ее рот был все еще открыт на последних нотах ужасающей песни. Сочетание огромных темных очков, тяжелого парика и тусклого света лишало возможности четко рассмотреть ее лицо. Но Грейс все еще была начеку. Она без труда наблюдала за аурой женщины, в которой росла ярость.

Огненный каскад новой песни обрушился на Грейс. Каждая нота била по ней с силой ударной волны, как от невидимого взрыва. Ее чувства дрожали под этим натиском. Была тяжело дышать. В груди бешено колотилось сердце. Коридор завертелся перед глазами.

Инстинктивно Грейс собрала всю свою энергию и направила ее против музыки. Коридор перестал кружиться. В голове прояснилось.

Ярость в ауре певицы стала еще сильнее, но сила ее музыки уменьшилась. Звучащие кристально чистые ноты внезапно раскололись.

— Кто ты? — завизжала она. — Как ты посмела прервать мое выступление?

Грейс удалось встать на ноги прямо над лежащей на полу горничной.

— Вы собирались ее убить.

— Глупая женщина заслуживала смерти. Она мне мешала.

— Я тоже вам мешаю, — возразила Грейс. — Вы и меня собираетесь убить?

— Да.

Единственное слово должно было прозвучать как крик, но оно пронеслось через тени в облаке темной тонко контролируемой энергии, предназначенной заманить Грейс в комнату. Нота была такой силы, что причиняла боль. Грейс снова почувствовала, как бешено бьется сердце.