Чтение онлайн

В общем, сторож повел меня не в «Библиотеку имени Ленина», а на ближайшую стройку, где до апокалипсиса рабочие пользовались какими-то чудесными бесшумными генераторами, а именно такой Ван-Ванычу и был нужен, чтобы заряжать гаджеты и читать через них книги, которых сторож закачал себе бесчисленное количество, пока еще интернет работал.

Ничего другого Борису Ивановичу Иванову для полноценной жизни не требовалось. Оружие и патроны у него были. Церковных запасов продовольствия должно было хватить не на один год. Тем более, на одного человека. Весь состав прихода эвакуировали почти сразу после начала. Ван-Ваныча с собой никто звал и, как выяснилось, на его счастье. Никто из уехавших не вернулся, что, вероятно, означало, что все они мертвы. Барьер вокруг Москвы за прошедшее время никуда не делся.

— Его пробовали отключить? — об этом я еще в монастыре спросил.

— Взрывали. Кажется, даже поезд пускали. Ничего не помогло.

— Но связь он пропускает?

— Спутниковые телефоны работают. Интернет тоже, но только отдельные сайты.

То есть, теоретический шанс связаться с братом оставался. Для этого нужно было раздобыть спутниковый телефон… или, точнее, модем, подключить его к ноутбуку и написать брату на одну из почт. Ну а потом… ждать, пока брат также обзаведется спутниковой связью… Черт, сложно. Хотя Глеб ведь мог написать письмо до того, как все отключилось…

— А какое число сейчас?

Это также следовало проверить. Уж коль с пространством все оказалось непросто, вдруг и на «четвертое измерение» путешествия между мирами каким-то образом влияли? Если не влияли, то по моим подсчетам сейчас должно было быть число тринадцатое или четырнадцатое.

— Четырнадцатое…

Глаз — алмаз!

— … июня.

— Июня?!

— Да.

Это меня немного сбило с толку. Должно было пройти почти два месяца, а прошел… всего месяц? У меня вдруг сердце в пятки ушло.

— А год какой?!!

— Две тысячи…

Глава 4

— А год какой?!

— Две тысячи…

Хоть бы не семнадцатый! Черт, да хотя бы не двадцатый или тридцатый!

— … шестнадцатый.

Фу! Получается даже хорошо. Правда, непонятно. На Земле время текло медленнее? Или дело в Острове? Ладно! Пока это ни на что не влияет, разница в месяц — терпимая.

— Для чего сейчас солодежную используют?

Если сторожа и удивил вопрос, внешне он это не показал.

— Просто комнаты, — ответил он. — Для отдыха.

— На первом этаже?

— Да.

— А подвал?

— Подвал?

Чуть ли не впервые, Ван-Ваныч, говоря, посмотрел не куда-то в сторону, а прямо мне в глаза. Впрочем, он почти сразу отвернулся.

— Просто подвал. Не знаю.

— В нем делали ремонт?

— Вряд ли. Хотя, может, трубы какие-нибудь. Можно поискать в архиве, там бланки на стройку должны быть.

— Гм… понятно.

Арку наверняка строили в тайне. Пусть это происходило в годы его работы, Ван-Ваныч вполне мог об этом не знать. Хотя слова об архиве какую-то надежду дали. Дотошные люди, разумеется, позаботились бы и о том, чтобы все документы уничтожить, но что если они были не дотошные, а хитрые? Тогда постройку арки вполне могли бы сделать частью общего ремонта здания. По смете кальянную для батюшки закладывали, а по факту к кальянной — ну или что у них там «для отдыха» — еще кое-что присовокупили. Почти идеально, особенно если с каждым из строителей после этого по несчастному случаю бы произошло. А если нет? В накладных должны были остаться имена, названия фирм и прочее. Ниточка тоненькая, но заняться нужно. Да и саму солодежную обыскать.

— Кто такие ополченцы? — спросил я Ван–Ваныча уже на пути к новостройке.

— Люди, — ответил сторож. — Выжившие.

— А омонцы?

— Тоже.

— Другая группа?

— Да.

— А сколько их всего?

— Несколько.

Без больших подробностей, но постепенно Ван-Ваныч все мне рассказал. Ну и с учетом того, что я от себя додумал, получалось примерно следующее.

Первую неделю после моего «отлета» в городе ничего особенного не происходило. Часть людей сидела по квартирам, часть пыталась вырваться и погибала под барьером. Как выяснили, под ним происходило что-то вроде нокаута. И если человека вытащить, то потом его можно вернуть в сознание. Если он там не более чем на два часа застревал. Я спросил ради интереса, как все это выяснили, и сторож сказал, что это ему у омонцев рассказали, а как они догадались, он не знал.

На исходе той самой недели в городе будто война началась. По зомби и до этого стреляли, но это были цветочки. Неожиданно выяснилось, что еды, оружия, укрепленных зданий и красивых баб в Москве не бесконечное количество. В условиях апокалипсиса и, что еще важнее, барьера, много чего из этого стало не хватать. Магазинчики с аптеками подвывезли, баб поперекусали, а оружие и прежде далеко не у каждого было. Началась борьба за зоны влияния, которая длилась без малого две недели и завершилась разделением столицы на несколько зон, в каждой из которой властвовала та или иная группировка. Ван-Ваныч знал о нескольких:

«Ополченцы».

Самая многочисленная и самая разношерстная группа. В нее собирались люди, которые не принадлежали ни к силовым, ни к национальным, ни к религиозным структурам. Им не хватало оружия, и они были уязвимы перед мертвецами из-за своей численности. Хотя, последняя, несмотря на нападения зомби, росла за счет присоединения многочисленных одиночек. У ополченцев не было общего центра, условно их делили на «южных» и «восточных», но могли быть еще — в других районах.

Как я понял, «ополченцы» представляли из себя сборище мелких команд, которые время от времени объединялись для защиты от мертвецов или для добычи еды. У отдельных товарищей там можно было зарядить гаджеты от генератора, либо воспользоваться спутниковым телефоном для связи с внешним миром.

Кстати, клуб «Шен», в котором я оставил Ирину с Ромкой и девушек располагался как раз на территории восточных ополченцев. Так что навестить их стоило в любом случае.

«Омонцы»

Само название говорило за себя. На удивление, Ван-Ваныч отзывался о них лучше, чем об остальных. Они тоже заряжали гаджеты и делились интернетом, но стоило это у них дороже. Зато, в отличие от тех же ополченцев, омонцы сторожа ни разу не обманывали. Среди них и правда было немало бойцов ОМОНа, ходивших в форменных куртках и бронежилетах, но далеко не только их. Как и ополченцы они принимали к себе людей, но уже выборочно. Нужно было иметь оружие, хотя бы одно на семью, либо быть ценным специалистом: врачом или крутым автослесарем, к примеру. И даже со всем этим могли не взять, если не пройдешь собеседование. Сторож и сам думал уйти к ним — все же безопасней — но в итоге решил остаться в монастыре.

База омонцев находилась в Нагатинском Затоне. Их было заметно меньше, чем ополченцев, но действовали они слаженнее. Главным у них был то ли Бурев, то ли Буря, в общем, какой-то мужик, который всем управлял. Сам Ван-Ваныч его ни разу не видел и не стремился к этому. Да и в Затоне он при их власти не бывал. Они держали что-то вроде рыночка на пристани в парке «Печатники», туда сторож и приходил время от времени.

«Камазовцы»

Еще одна сравнительно небольшая, но известная в городе группа. Где у них база Ван-Ваныч не знал, но видел их частенько. Они рассекали по столице на… КАМАЗах и отстреливали крутых мертвяков. Не простых зомби, а именно «суперов». Зачастую по заказу других группировок. Хотя, нередко и просто так: то ли ради удовольствия, то ли еще по какой причине. Они были хорошо вооружены и ничего не боялись. Сам сторож старался с ними не пересекаться.