Чтение онлайн

Мы с Вики будем вместе, и никто нас не разлучит. Хотя бы какое-то время. Мы будем в безопасности и под защитой генерала Сторма. Меня не посмеет тронуть даже сам Верховный каратель.

На своём опыте я знаю, что генерал Сторм бывает в замке редко и наездами, а значит, его присутствие не слишком-то будет нас напрягать.

Остаётся неизвестная величина в лице некоей Джиральдины, его любимой женщины. С которой мне делить нечего! Если она разумная женщина, то поймёт, что я согласилась на эту сделку исключительно ради дочери.

И последнее условие Сторма. Я покину дочь, когда рожу ему сына. Но чтобы родить, надо сначала забеременеть. Чем дольше этого не случится, тем дольше я пробуду с дочкой. Я смогу сколько угодно времени оттягивать беременность. Я знаю специальные травы и смогу сама приготовить нужное зелье.

И как-то всё так хорошо уложилось в голове по полочкам, что на душе стало спокойней и тише. Новый план звучал очень даже неплохо. В теории.

14. Почему?

Мелинда

Когда на лагерь опускается ночь, я поправляю одеяло на засыпающей дочке. Мы в уже знакомом шатре, освещённом уютным светом десятков свечей. В личном шатре генерала Сторма, как я теперь понимаю. Вот только кровать здесь одна. Как раз для нас с дочкой.

Рэйвену ведь не придёт в голову заявиться сюда? Ведь нет?

— Мамочка? — шепчет Вики, не размыкая подрагивающих век.

— Да, солнце? — невесомо пробегаюсь пальцами по её расплетённым волосам.

— Папа сказал, что забрал бы нас раньше, если бы знал про меня. А ты ему не сказала.

Первой мыслью — раздражение от этого её «папа», от которого аж зубы сводит.

Одёргиваю себя, ведь дочка ни в чём не виновата. Во время наших вылазок на рынок она, конечно же, видела, других детей с отцами. И конечно же задавалась вопросом о том, почему у нас не так. Пришлось сказать ей, что её папа ушёл на войну и не вернулся, и что с ним стало, я не знаю, и мне неприятно и грустно лишний раз вспоминать о нём.

Как тонко чувствующий ребёнок, Вики поняла всё правильно и расспросы прекратились, вот только жажда встречи с отцом, похоже, не только не угасла в дочке, а разгорелась с новой силой. И сейчас она, наконец, удовлетворена.

Хочу я того или нет, с появлением в жизни Вики Рэйвена придётся считаться. Вставать между ними — прямой путь к тому, чтобы отдалиться от дочки, поэтому делать этого ни в коем случае нельзя.

— Я просто не могла сказать, солнце, — шепчу одними губами.

Потому что знала, что случится беда! Собственно, так оно и вышло.

— Это ничего, мамочка, — сонный шёпот дочки прерывается сладким зевком, — теперь мы всегда будем вместе.

Вики уже сладко спит и не слышит моего нервного шумного вдоха. Длинные ресницы отбрасывают тени на её пухлые щёчки. Моё сердце наполняется щемящей нежностью, а ей на смену приходит решимость. Я сделаю всё и даже больше, чтобы никто и никогда нас не разлучил. Никто! Даже всемогущий генерал Сторм.

Разминаю пальцами затёкшую шею. Встаю. В отличие от дочки у меня сна ни в одном глазу.

Внимательно осматриваю шатёр. На этот раз могу сделать это основательно и неспешно.

На квадратном низком столе в окружении кресел разложены пожелтевшие пергаментные карты местности с красными и чёрными фишками. Наверное, здесь генерал Сторм проводит совещания со своими офицерами.

На спинке стула висит сменная белая рубашка с длинным рукавом. Сминаю её в пальцах, подношу к лицу. Нос и гортань наполняются запахом дыма от костра и холодом стали. Возвращаю рубашку на место. Плечи и грудь покрываются мурашками.

Снаружи слышны разговоры стражников. Совсем рядом со входом бряцает железо, затем всё стихает. Наверное, состоялась смена караула.

Поворачиваю голову. На тумбе в углу небрежно брошена коричневая кожаная портупея с золотым императорским гербом, из неё торчат рукояти нескольких клинков. Подхожу ближе. Наклоняю голову к плечу. Вытаскиваю один из клинков. Украшенная искусной резьбой рукоять из тёмного дерева увесисто тяжелит ладонь. Светло-голубая острейшая сталь призывно поблескивает в оранжево-жёлтом свете свечей.

Интересно, Рэйвен нарочно оставил здесь опасное оружие?

Призывный блеск стали завораживает.

— Положи! — раздаётся за спиной хриплый приказ. — Очень медленно и без резких движений. Сейчас же!

Чужой тяжёлый взгляд ощутимо буравит затылок. Мне даже не нужно поворачивать голову, чтобы понять, кто у меня за спиной.

Воздух вокруг вмиг напитывается давящей тьмой. Я физически ощущаю её, привычную ненависть Сторма.

— Сейчас же положи нож! — рычит тихо, но угрожающе. — Просто сделай это!

Не хочет, чтобы я даже прикасалась к его вещам? Но зачем-то заявился сюда на ночь глядя.

Внутри растёт неожиданный бунт. Я не хочу больше делать, как сказано!

Вместо того, чтобы подчиниться, провожу по острию клинка подушечкой указательного пальца, и на нём тут же проступает капелька крови.

За спиной раздаются тяжёлые шаги. Вздрагиваю, когда на запястье смыкается горячая ладонь Рэйвена и с силой отводит мою руку в сторону.

— Ц-ц-ц! — шиплю раздосадовано от острой боли, пронзившей запястье, разжимаю пальцы. Дракон тут же забирает из них клинок. Бросает его поверх портупеи. Сдавливает мои плечи и рывком разворачивает к себе:

— Какого хрена ты творишь? — лазурные глаза мрачнее тучи, а рокочущий голос заставляет поёжиться. — Зачем взяла нож? Отвечай, мать твою!

Светлейший, да он не в себе! Отчего-то мысль о том, что ему противны даже мои прикосновения к его вещам болезненно колет.

Взмахиваю руками, сбрасывая его руки со своих плеч:

— Я просто! Хотела посмотреть! Что, нельзя?

— Нет! — рявкает зло, шаря по мне взглядом. — Ты не умеешь обращаться с оружием и могла… пораниться…

Рэйвен прищуривается, затем перехватывает мою руку и подносит к своему лицу. При виде алых потёков крови, окрасивших не только мой палец, но и ладонь, лицо дракона багровеет, на острых скулах угрожающе играют желваки.

Смотрю на него во все глаза и пытаюсь понять, что его так разозлило на самом деле?

На кончиках пальцев дракона вдруг вспыхивает огненно-жёлтая магия.

— Аах! — инстинктивно пытаюсь отдёрнуть руку, но Рэйвен не даёт.

— Спокойно! — раздаётся повелительный тон.

Дракон сжимает моё запястье и смотрит на порез сосредоточенно и невозмутимо. Всполохи магии тянутся от его руки к моей, вызывая тепло и лёгкое покалывание. Ранка затягивается бесследно прямо на глазах.