Чтение онлайн

И Ива протянула мне визитку со стола.

— Спасибо. Я была очень рада знакомству. А собака… — Я открыла двери, и Питер вышел в коридор. — Видимо, мы с ним вместе уезжаем…

***

— Вера, вылезай, — хмуро попросил я друга, но тот не пойми как вообще оказался рядом с машиной и, стоило мне разблокировать замок, материализовался на пассажирском сидении. — Тебя Питер потеряет.

— Ты когда сказал про воздух и подышать, я подумал, что улизнешь бить морду Суржеву, — укоризненно заметил он. — Яр, тут стоит все обдумать.

— О чем тут думать? — прорычал я. — Стоит тебе оказаться на моем месте, думать тебе вряд ли захочется.

— Значит, я буду надеятся, что ты в этой ситуации окажешься на моем и останешься рядом. Яр, не стоит пороть горячку.

— Нужно воздать ублюдку за смерти, которые он устроил!

— Я опущу тот момент, что мы еще не знаем наверняка, и ты можешь угодить за решетку, а то и на смертную казнь…

— Докажешь его причастность посмертно.

— Ярослав, мы иногда ошибаемся. Я не хочу тебя терять. И, уверен, я не один. А Суржев этого не стоит.

Я опустился на водительское и спрятал лицо в дрожавших ладонях, пытаясь восстановить дыхание. Глаза действительно застилала кровавая пелена. Я словно оглох и ослеп. Все, что от меня осталось — пылающее гневом нутро.

— Можно доказать его причастность, — осторожно продолжил Вера. — А вот потом, уверен, тебе его отдадут на расправу. У нас закон «зуб за зуб» все еще действует.

— Это если эта гнида не даст заднюю! — рявкнул я.

— Я понимаю, что ты хочешь мстить! — повысил голос Верес. — Может, лучше, чем кто-либо другой! Но как тот, кто там был, уверяю тебя — не стоит это того! Не принесет облегчения и не успокоит!

Мы замерли в звенящей тишине, глядя в глаза друг друга.

— Что ты предлагаешь? — наконец, спросил я.

— Все очень просто, — начал Вера, пристегиваясь. — Поехали к Суржеву, назначай ему стрелку. Только спокойно. А я по дороге тебе все расскажу. И ты бы начальнику сыскного отдела отписался, или кто он там по званию. А то он у тебя весьма шустрый — мы и глазом не успеем моргнуть, как упремся лбами в холодный асфальт перед ступеньками какого-нибудь ближайшего участка.

— Горький поймет, — смутился я.

— Обязательно. Только как и я, он не позволит тебе подставится. И будет прав. Поехали. И его включай на громкую. Кроме того, Суржева надо будет кому-то брать официально.

Пришлось подчинится. Но я все еще думал, что лучше бы задавил тварь голыми руками, а на последнем вздохе он бы все равно мне во всем признался. Лев — трус. Это исподтишка травить он мастер, а в глаза посмотреть он мне сейчас не сможет. И это не значит, что я его не заставлю. Но Вера прав — нет такой пытки для Льва, которая бы обещала мне облегчение душевных ран. Я горел жаждой его крови изнутри, и было чувство, что к утру от меня останется лишь пепел.

Сначала я списался с Суржевым и назначил встречу. Говорить с ним лично был пока что не готов. Тот сказал, что будет ждать в клинике. Потом я набрал Давида.

Горький неожиданно одобрил план Веры. Да и я сам, когда услышал его, признал, что в изобретательности другу не откажешь. Мобильник обрывали Стас с Игорем попеременно, и если Игорю удалось наплести, что мы закончили вскрытие, и я просто повез Веру домой, то со Стасом это не сработало.

— Женщина твоя уехала домой с собакой, — укоризненно заметил младший племянник. — Ива была с ней, когда ты ей звонил. Поэтому у меня все тот же вопрос — куда ты сорвался?

Я напряженно вздохнул.

— Ловить начальника отдела безопасности моей клиники и доказывать, что он — убийца, — выдавил я. — Горький в курсе. И я не один.

— Дядь Яр, ну как ты мог не взять меня? А если тебе прикрытие понадобится?

— Стас, у меня есть Горький.

— Горький — это официальная структура, он зад твой своим не прикроет.

— Не стоит это все твоего риска, — отрезал я. — Едь домой к жене!

— Ага, как же! Жена моя твоей породы, черта с два домой загонишь!

— Глаза видели, что брали? — усмехнулся я.

Стас вздохнул:

— Ладно. Держи в курсе.

— Питер с Ларой уехали, — сообщил я Вере, отбивая звонок.

— Он за ней присмотрит, — улыбнулся он ободряюще. — Не хочешь ей позвонить?

— Нет, — мотнул я головой. — Позвоню, когда разберемся со Львом.

Но на самом деле я вообще не представлял, как сейчас думать о Ларе. Там, где проклюнулась надежда на жизнь с ней, все выжгло напалмом этого ужасного открытия, которое сделал Верес. В голове кровавый туман сплетался с последними воспоминаниями о Лизе — как надежда неотвратимо оборачивалась трагедией… Я вспоминал ее взгляд, слышал тяжелое дыхание и чувствовал ее мокрые пальцы на моих запястьях, когда она хваталась за мои руки…

Я сам привез ее на смерть, не в силах даже подумать о том, что ей подсунули сердце, обреченное на гибель…

— Яр…

— Я в норме.

— Ты не в норме, и это нормально. Но не позволяй эмоциям брать верх сейчас.

— Спасибо, Вера, — выдавил я, бросив на него взгляд.

— Не за что.

Дорога до клиники заняла весь чертов вечер. Но я нашел в этом времени положительный момент — эти два с половиной часа дали возможность мозгам охладиться и затолкать слепую ярость поглубже, чтобы она не взрывала адреналин в груди каждые пару минут. Он понадобится мне позже.

На проходной с Вересом возникли проблемы, но когда я сообщил, что он — мой юрист и консультант по расторжению трудового договора, нас впустили.

Лев сидел в кабинете Алана, развалившись в его кресле. На столе — пара бокалов, один из которых наполнен. Он был в том же самом костюме, в котором его видел утром. И алкоголем от него разило уже так, что Верес рисковал раздобыть доказательства буквально из воздуха.

— Еще вчера мы с ним отмечали еще один адский день… А сегодня его нет, — невесело усмехнулся он, вальяжно побалтывая виски в бокале. — Зачем ты приехал? Да еще и с юристом по трудовым контрактам? Правда решил уйти сейчас? В такой тяжелый для нас момент?

Я смотрел на Льва, он — на меня, катая презрительную усмешку из одного угла рта в другой. Верес стоял рядом, не издавая ни единого звука.

— Мы провели вскрытие, — начал я, с трудом выдавливая слова.

Но так даже лучше. Льву может показаться, что я скорблю вместе с ним. Во рту стало горько…

— И что? — без интереса вопросил Лев. — Я был там, когда вы его закончили…

— Его убили. Сложносоставным ядом, подсыпанным в алкоголь.

Дрогнул, сука. Сцепил зубы, сжал пальцами стакан и наклонился вперед, пытаясь сжать грудную клетку, чтобы я не услышал учащенного сердцебиения за шорохом его пиджака.