Чтение онлайн

– Ну что ты за человек?
– ворчит отец, - Ее надо пожалеть. Не видишь, ей плохо.

– А я не умею жалеть, - строго говорит мама, - И вы это прекрасно знаете.

Мама у меня кремень. Железная леди, или леди с железными…понятиями. Всю жизнь она проработала в одной школе и сейчас возглавляет ее. Когда я училась в старших классах, мама стала завучем, и мне постоянно приходилось доказывать, что я молодец - хорошая девочка Диана, дочка самой Куралай Булатовны! Но несмотря на внешнюю строгость, мама показывала нам с братом свои чувства делами. И я помню, как она не спала ночами, когда мы болели; как шила мне до утра платье на утренник в четвертом классе; как ухаживала за мной после сложных родов. А еще у нее на все случаи жизни есть пословицы, поговорки и крылатые выражения. И я знаю, что она сейчас скажет: “Все, что не убивает, делает нас сильнее”.

Папа - Али Валиханович - полная противоположность мамы. Мягкий, добрый, сердобольный. Мама говорит, что я в него. Просто удивительно, что такие разные люди вот уже много лет живут вместе. Но папа шутит, что наша мама директор дома и директор на работе. А он всю жизнь подчиненный, но счастливый. Отец работает главным инженером на заводе по производству профиля. У него техническое образование, поэтому с черчением мне всегда помогал он. Ну и его коронное: с детства он смешил меня, пародируя голоса героев из мультиков. Вообще я стопроцентная папина дочка, а брат - мамин сынок. У нас совершенно обычная семья среднего класса, просто нам с Азаматом в свое время удалось “выстрелить”. С тех пор мы могли многое себе позволить, и старались раз в год отправлять наших родителей на отдых за границу, и в хорошие местные санатории. И да, родители все это время считали Азамата идеальным зятем. Жаль, что его образ рушится на глазах.

Чувствую, сейчас будет разбор полетов. У свекрови, видимо, действительно поднялось давление, иначе бы она прибежала сюда вместе с моими родителями. Отличительная особенность некоторых восточных родителей - лезть в жизнь взрослых детей, считая, что сами они не разберутся. Мы с Азаматом никогда не выносили сор из избы, никогда сильно не скандалили и не давали повода усомниться в наших чувствах. Поэтому эти трое считают, что у нас временный кризис, который мы преодолеем. Интересно, они планируют привязать мужика к батарее и пытать, пока он не откажется от развода?

– Что между вами произошло?
– открыто спрашивает мама.

– Как у всех. Муж нашел другую. Муж ушел, - отвечаю, садясь на диван рядом с папой.

– Предположим, не у всех. Как так вышло?

– Мама, ну что за допрос?
– теряю терпение.
– Как это у людей происходит? Встретились, влюбились. А потом прости и прощай, дорогая жена, - кажется, меня понесло.
– Пять месяцев он встречался с этой су…стервой. А потом он уехал на мебельную выставку в Италию. И она с ним! Вот так я и узнала. А Азамат только и рад был. Это вкратце.

Папа прикладывает холодную ладонь к моему лбу.

– У нее жар.

– Я же выпила лекарство. Почему не опускается?

– Дай потрогаю,- мама подходит ко мне и повторяет действия папы.
– Да, горишь. Марш в кровать!

– Мама, - беспомощно шепчу.

– Давай-давай. Я тебе чай принесу.

– Я помогу тебе, обопрись, - папа протягивает мне руку и я цепляюсь за нее как за якорь. Он доводит меня до комнаты, ждет пока я лягу и укрывает одеялом.

– Спасибо, пап, - кашляю и шмыгаю.

– Постарайся поспать. Сон лечит. Мы побудем здесь до вечера.

Папа целует меня и выходит, а через несколько минут в дверях появляется мама с чашкой горячего чая с малиной. Мне почти 38 лет, но в эти минуты я чувствую себя маленькой девочкой, остро нуждающейся в родительской заботе. Потому что мы все дети, пока живы наши родители.

– Глотками, глотками пей. Сейчас пропотеешь!

– Пью, пью, - сипло произношу я.

А потом мы с мамой слышим папу, который разговаривает по телефону на повышенных тонах, что бывает крайне редко. И вдруг до меня доходит, что я оставила мобильный в гостиной, а папочка "мило" беседует с моим мужем.

– Не будет она сейчас с тобой говорить! Что ты хотел?
– рычит отец.
– Плохо ей! Представь себе да!

Я чуть не обжигаюсь кипятком и в ужасе смотрю на маму. Она забирает у меня кружку от греха подальше, а я сажусь на кровати.

– Нееет! Что он делает?

– Разговаривает, - с нордическим спокойствием замечает директор школы.

– Он орет на него, мам! Папа же всегда любил Азамата.

– Ну как любил, так и разлюбил. Это же так просто, - усмехается.
– Ложись давай, что соскочила?

А из гостиной снова доносится голос отца:

– Сами говоришь разберетесь? Спасибо, ты уже разобрался. У меня ребенок лежит с температурой под сорок! Твоя законная жена и мать твоего сына между прочим. А тебе и дела нет!

Вот черт! Наверное, Азамат мне позвонил, а папа взял трубку и понеслась.

– Мама, останови его!

– Нет, пусть поговорит. Раз взял трубку, пусть теперь до конца доводит.

– Не могу поверить, - накрываю глаза ладонями, - папа же всегда такой спокойный, его сложно вывести из себя.

– Знаешь, у армян есть хорошая поговорка: “Если река тиха, обходи ее стороной”. У нашего спокойного папы тоже не резиновое терпение.

– Кошмар!
– кладу голову на подушку и сворачиваюсь калачиком.
– Хуже некуда.

– Нормально все будет. Пусть знает, что ты не одна.

Мама поднимается с кровати и идет к двери, но у порога останавливается и спрашивает:

– Айдарика когда надо забирать?

– В следующее воскресенье.

Мама молча кивает и скрывается за дверью. А я закрываю глаза и пытаюсь заснуть. Родители остаются со мной до вечера, на следующий день меня ждет большой и очень неприятный сюрприз. Все, что было "до" - только цветочки. Настоящие ягодки впереди.

Жарко. Невыносимо жарко и удивительно хорошо. Меня обнимают крепкие мужские руки. Одна ладонь лежит на талии, другая скользит по обнаженной спине - между лопаток, к шее, а затем властно фиксирует затылок. Мой взгляд сосредоточен на его губах - таких притягательных и чувственных. Да, этот незнакомец выглядит и пахнет иначе. В нем какая-то опасная мужская сила и бешенная энергетика.

– Ты все еще хочешь этого?
– низкий с хрипотцой голос запускает по коже табун мурашек. Внизу живота сладостно ноет. Что это? Неужели возбуждение?

Я молча киваю и облизываю пересохшие губы, что мужчина расценивает как знак. Он резко впечатывается в мой рот, и я с готовностью отвечаю на его жгучий, сочный и властный поцелуй. Похоже, я таю от его прикосновений, как мороженка знойным летом. Через некоторое время незнакомец отстраняется, давая мне возможность отдышаться.

– Как говоришь тебя зовут?
– выдыхает в губы.
– Потеряшка?

Я резко распахиваю глаза и сажусь на кровати. Темно, хоть глаз выколи. С меня в три ручья течет пот, сорочка мокрая насквозь, так что впору выжимать. Проверяю лоб - холодный, касаюсь пальцами губ - все еще чувствую сладость поцелуя и легкое возбуждение, хотя это был просто сон.