Чтение онлайн

– Ты спрашивала про аборт, но тебе отказали? Что за причины?

Я задавал ей вопросы, и чувствовал, что до меня медленно доходит осознание того, что эта женщина беременна от меня моим ребёнком. Чёрт.

В голову полезли разные мысли по поводу отцовства, про маленького человечка, который сейчас растёт в её животе, про то, что он возможно уже вполне сформировался, иначе из-за чего нельзя делать аборт.

– Врач сказал, что с моей плохой свёртываемостью крови аборт противопоказан, но я пила таблетки, я не готова, я не хочу рожать какого-то урода. Вадим, ты должен пойти со мной и поговорить с врачом, это и твой ребёнок в конце концов!

– И что я должен буду там сказать? – не понимал я цели своего визита к её гинекологу. – Заставить врача сделать тебе аборт?

– А ты хочешь, чтобы я родила какого-нибудь ущербного или больного и недоразвитого? Вадим, я не готовилась к этой беременности, я пила алкоголь, принимала разные лекарства, что хорошего может родиться при таком раскладе? Да и вообще, я совершенно не готова к детям. Ты меня бросил, променял на молоденькую дурочку, а я теперь должна вынашивать твой послед? Не хочу! Иди к врачу и договаривайся насчёт прерывания этой беременности, ты отец, ты должен!

– Нэль, успокойся, я конечно схожу к врачу, но ты не думаешь о том, что такое категоричное решение нужно как минимум взвесить? Это не заболевание, от которого избавляются всеми силами, это ребёнок, ещё одна жизнь, ты об этом думала.

Нэлька прикусила губу, и мне показалось, что в её глазах начался трудный мыслительный процесс.

– А если я соглашусь его оставить, ты ко мне вернёшься? – это было сказано тихо, с придыханием, будто она произносила своё самое сокровенное желание. – Ты бросишь свою деревенскую простушку?

Она испытывающе смотрела на меня, ожидая ответа.

– Катя здесь не при чём, её не впутывай, я буду помогать тебе с ребёнком, обеспечивать вам достойную жизнь, но жить с вами я не буду.

– Тогда зачем ты нам сдался? Ребёнку нужны не только деньги, ребёнку нужен отец, его присутствие, участие в воспитании, а ты его так просто этого лишаешь? Сунул – вынул, и трава не расти. Охренел ты Вадечка, вообще страх потерял. Я тебя достану, если не вернёшься. Жизни не дам ни тебе, не твоей деревенской, опозорю, бизнеса лишу, ты пожалеешь, что вообще со мной однажды познакомился!

Она в гневе брызгала слюной, а я, изо всех сил стараясь держать себя в руках, спокойно отвечал:

– О том, что я с тобой познакомился, я уже давно жалею, не напугала, а бизнес - мой, и папой своим можешь не грозить. И если ты уже забыла, то я тебе напомню, что буквально недавно ты хотела избавиться от ребёнка, а теперь собираешься меня им шантажировать? Сама не запуталась в своих желаниях? Пошли к врачу, я хочу выяснить всё у него, достало слушать твои нападки.

Я встал из-за стола, показывая жестом, что пропускаю её вперёд, Нэлька стрельнула в меня разъярённым взглядом, обиженно вскочила со стула, но видимо сделала это слишком резко.

Её руки вскинулись к вискам, глаза округлились, изо рта вырвался хриплый всхлип, и она начала медленно оседать на землю.

– Тихо-тихо, - подскочил я, огибая столик, и подхватил её на руки, ища взглядом, куда бы её положить.

На глаза попался тот самый медицинский центр, который она посещала перед тем, как вызвать меня на разговор, и я решительным шагом, неся её на руках, двинулся к стеклянным дверям с зелёной вывеской.

– Можете помочь, сразу в дверях я озадачил администраторшу и она подозвала проходящую мимо медсестру. – На улице плохо стало, сознание потеряла, беременна, - быстро перечислил я всё, чтобы врачи понимали, с чем имеют дело.

Ватка с нашатырём ударила в нос едким запахом, и Нэлька закашлялась и открыла глаза.

– Пойдём отсюда, куда ты меня затащил, - бормотала она, стараясь встать, но я держал её, не давая подняться с синей, обитой искусственной кожей лавки.

– Сейчас давление померяем, и сможете встать, - успокаивающим тоном проговорила медсестра, но Нэлька её не слушала.

– Я не могу здесь быть, мне здесь плохо, выведи меня на улицу, - вырывала она руку из надувающейся манжеты тонометра.

– Если она не прекратит так дёргаться, от измерений не будет никакого толка, - предупредила медсестра. – Показатель в возбуждённом состоянии обычно повышаются.

– Не надо мне ничего мерить, я в порядке, - Нэлька наконец вырвалась из моей хватки, стащила надутую манжету и со злобным шипением зашагала к выходу из медцентра.

– Извините, пожалуйста, - улыбнулся я медсестре и помчал догонять строптивую бувшую.

– Какого чёрта ты творишь? Сначала меня к врачу тянешь, теперь сама из медцентра убегаешь, у тебя с головой порядок или как? – я нагнал её возле того самого столика за которым мы сидели возле кафе. – Нэлли, я не смогу тебе помочь, если тебя болтает из стороны в сторону. Ты должна определиться. Что ты хочешь сама? Какое решение принимаешь? Я поддержу тебя, помогу чем смогу, но рядом быть я уже не обещаю. Наши отношения закончились. Точка. Финал. Я не вернусь к тебе, понимаешь ты это?

Я крепко держал её за локоть, а она жгла меня злобным взглядом так долго, что мне показалось, что сейчас у меня задымиться одежда. Потом её маленький носик начал морщиться, губы расслабились и мелко задрожали, а изо рта вырвался надрывный крик, за которым тут же последовала истерика с соплями, слезами и прочими радостями.

Она бесновалась мотая головой и размахивая руками, чем привлекала к себе внимание окружающих и прохожих. У меня не было другого выбора, кроме того, как насильно загрузить её в машину и отвезти к ней домой. Пока вёз, выслушал столько оскорблений в свой адрес, причём они в равной доле было перемешаны с признаниями в любви и просьбами вернуться и начать всё с начала.

В квартиру к ней я заходить отказался, на долгие уговоры, угрозы и мольбы не клюнул. Плотно закрыл за собой дверь, перед этим попросив позвонить мне, когда успокоится, чтобы вместе посетить доктора. Домой к Кате ехал измотанный в конец и не желающий ничего, кроме того, чтобы упасть и не вставать с дивана хотя бы полчаса.

– Кать, я вернулся! – попытался я придать голосу бодрости.

В квартире была тишина.

– Ты дома? – я заглянул на кухню, в спальню, проверил ванную и туалет, моей девочки нигде не было. – Наверное, в магазин вышла, подожду, - сказал я сам себе вслух и, как и мечтал, ничком рухнул на кровать.

Одеяло пахло Катей, у неё были какие-то невесомые свежие духи, с лёгкими фруктовыми нотками. Я вдыхал этот приятный запах и медленно расслаблялся.

С Нэлькой всё было понятно, она выводит меня на прежний уровень, желая вернуть и подчинить своим желаниям. Насчёт ребёнка я уже начал сомневаться, мне казалось, что беременные женщины должны быть более спокойными, а эта была похожа на разбушевавшуюся фурию.

Нет, если бы она хотела оставить ребёнка, если бы он был для неё значимым, то она бы точно себя так не вела, значит, плод определённо ей не нужен, а возможно его и вообще нет. Почему она так поспешно бежала из больнички? Может это тщательно продуманная игра, направленная на определённый ею финал, а я взбрыкнул и не повёлся на её коварные планы. Нужно обязательно проверить, просто так оставлять это нельзя. Схожу с ней вместе к доктору и всё выясню, а сейчас я не хочу больше о ней думать.