Развод. Предателям вход воспрещен
Шрифт:
— Это кто ещё издевается, а, малая? — шепчет Матвей, прижимая меня к комоду, рукой гладит по животу.
— Ты издеваешься надо мной.
Матвей убирает мои волосы, открывая шею, нежно целует, и мои колени дрожат. Стою только потому, что он меня крепко держит.
— Ты только посмотри на себя, — шепчет муж, целуя мою шею. Знает, зараза, мои слабые места. Смотрю на наше отражение. Слишком сексуально. Сдерживаю стон. — Вся в красном, с ума меня сводишь и к себе не подпускаешь.
Его рука скользит по моему животу, по груди, задерживается, чуть сминая. Я не выдерживаю — из груди вырывается громкий стон. Рука его поднимается выше, поглаживает шею, он берёт мой подбородок и поворачивает к себе. В глазах черти пляшут, его возбуждение упирается мне в спину.
— Ты же не любишь красный, — хрипло напоминаю я Матвею, смотрю в его глаза.
— Обожаю. Но я ревную тебя. Слишком сексуально, слишком хочу тебя, — хрипло говорит Матвей, жадно смотря на мои губы, и накрывает их своими.
Словно стоп-кран отпустили. Глубоко, жадно врывается своим языком в мой рот, языки переплетаются. Я слишком скучала. В животе закрутился тугой узел. Он продолжает истязать мои губы, но и я не отстаю, отвечаю ему. Матвей разворачивает меня, подхватывает за бёдра и сажает на комод, встаёт между моих ног, упираясь своим каменным стояком.
— Моть, стой, не надо, — делаю я слабую попытку.
— Надо, — грозно хрипит Матвей, и я соглашаюсь с ним. Будь что будет — после разберёмся.
Обхватываю его талию ногами, он беспорядочно шарит моё тело, сжимает, прижимает всё ближе. Я обнимаю руками его за шею, тяну к себе.
Мотя тянет моё платье, задирает его до самой талии. Бросает взгляд на чёрные кружевные трусики и громко стонет.
— Никогда тебя не отпущу, — его руки гладят мои бёдра, пальцами хватает за край кружева, стягивает с меня трусики.
Жёстко сжимает мои бёдра, придвигая меня к краю комода. Чувствую, как он тянет вниз свои спортивные штаны, освобождаясь от ткани, и в меня упирается головка его члена. Слишком нежно и слишком желанно. По крови словно лава гуляет. Я его безумно хочу, хочу, чтобы он оказался во мне прямо сейчас. Я жалобно стону. Муж чуть улыбается и начинает входить в меня. Все чувства обострились. Я двигаюсь ближе к нему, не могу больше ждать. Матвей крепко держит меня за бёдра и продолжает медленно входить в меня, погружаясь всё глубже и глубже.
— Ну же.
— Слишком нетерпелива, — отвечает Матвей, входя в меня до основания.
Хватаюсь за его плечи, царапаю, громко стону. Простите, соседи — не до вас сейчас. Матвей начинает двигаться во мне, крепко удерживая меня за бёдра, не даёт мне самой двигаться. Издевается, но пытка такая сладкая. Скорость увеличивается. Комод стучит о стенку, а мы не обращаем на это внимание. Хватаю его за шею, тянусь к его губам, дыхание смешивается, языки переплетаются. Матвей всё сильнее и резче в меня входит. Я громко вскрикиваю, всё кругом перестаёт существовать, я просто улетаю.
— Ещё? — спрашивает Матвей, понимая, что моего оргазма долго ждать не пришлось. И сам отвечает за меня: — Ещё.
Снова начинает во мне двигаться, снова эта пытка, которой мне не хватало. Медленно покидает меня и резко возвращается. Я снова зажигаюсь, хочу опять. В голове одна мысль: только не останавливайся. А он и не собирается, увеличивая скорость, до тех пор, пока я снова не улетаю, устало обнимая его шею. Матвей делает ещё несколько резких толчков, и его сотрясает оргазм. Он крепко держит меня, не отпуская. Нега уходит, и реальность начинает возвращаться.
— Даже не вздумай, — хрипло шепчет Матвей.
— Ты о чём, Моть? — устало спрашиваю я, положив голову ему на плечо.
— Не вздумай думать, размышлять и жалеть. Мы ещё даже не начали.
Матвей хватает меня под бёдра и уносит в спальню, кладёт на кровать, снимает с меня туфли, стягивает платье, раздевается сам и ложится на меня.
— Прости, но спать мы сегодня не будем, — шепчет Матвей, раздвигая мои ноги шире.
Сумасшествие какое-то. Смотрю на спящего мужа. Понимаю, что люблю его и ненавижу одновременно. Эти дни пролетели. Мы совсем не выбирались из постели — только если покушать. Но хуже всего, что я себя чувствую сволочью. Он так старается. Но он не знает правды, на которую имеет полное право.
— Малая, иди сюда, — хватает меня за локоть муж и тянет к себе. У меня уже всё болит, но я не против продолжить наши игры.
— Моть. Я должна тебе кое-что сказать.
— Катюша, разговоры между нами плохо заканчиваются. А сексом довольны оба.
Вот же дурак.
— Моть, стой. Это правда важно.
Матвей садится на кровать, меня усаживает сверху. Смотрю в его глаза, полные желания и любви. Я должна ему сказать.
— Малая, давай лучше я сниму с тебя майку вот так, — игриво говорит муж, стягивает майку и отбрасывает её.
— Моть, прекрати. Пожалуйста.
— А я что? Я ничего, — отвечает муж, губами хватая мой сосок, посасывает.
— Моть. Стой. Ты… Моть, я не смогу родить тебе детей, — выдаю я.
Муж останавливается, серьёзно смотрит на меня.
— Я бесплодна. И…
— Катюша, ты с чего это взяла?
— В тот день… — я вспоминаю тот страшный день, стараюсь слезть с мужа, но он не отпускает меня, — когда я ушла от тебя, мне звонили из клиники и сказали.
Вот теперь он поймёт, что всё это было зря. Что я дефективная, и поймёт, что я была права.
Матвей берёт меня за шею и смотрит мне в глаза, на которые проступили слёзы и покатились по щекам.
— И ты, моя маленькая, всё это держала в себе. И всё переживала сама, — ласково говорит муж, целуя мои мокрые от слёз щёки. — Ненавижу себя. Малая, прости меня. Я должен был быть рядом. Если бы я знал…
— Моть, ты можешь построить нормальную семью.
— Глупая. Я думал, сдохну без тебя. А дети? У нас есть Антон. Вот его и воспитаем.
— Моть, подумай, пожалуйста.
— Катюша, — обжигает дыханием муж, — я думаю о том, что мы слишком далеко друг от друга.
Матвей насаживает меня на себя, я громко стону.
— Другое дело, — хрипит Матвей, одной рукой сжимает мою талию, другую подложил мне под попу, помогая двигаться на нём. Всё быстрее и быстрее. Пока я не забываю обо всём. Я двигаюсь на нём, скачу всё быстрее. Волосы разметались, по спине текут капли пота. Вижу, как меняется лицо Матвея — ещё немного, и он кончит. Он старается меня немного остановить. Джентльмен постельный, пропускает даму вперёд. Но я крепко держу его в себе, на меня накатывает волнами. Мы оба громко заканчиваем, крепко прижимая друг друга.