Чтение онлайн

Что меня бабы что ли не пытались охмурить? Пытались. Еще какие. Не чета этой Катеньке. Я ведь даже лица её сейчас толком не помню!

Как-то была у нас одна клиентка, руководитель солидной фирмы, из Екатеринбурга. Мы ездили с моими замами на Урал, смотреть объект.

Эта мадам оказалась в моём номере, в чулках. В одних чулках.

Хм… Вот так вот, запросто.

Красивая баба. Яркая блондинка, сиськи сделанные, тощая, глазищи огромные. Правда, старше меня была лет на десять тогдашнего. Такая шикарная Милфа. Замы мои при мне обсуждали, как бы её такую отжарить.

А я сказал – нет.

Отказал. Сказал, шли бы вы, Жанна Михайловна лесом. Искали бы себе другого ёбаря-террориста. А я женат.

Обиделась. Не поняла. Офигела знатно.

Еще и угрожала, что фото сделает и жене моей пришлёт. Я тогда охренел, конечно, от наглости. Не знал, что делать. Сам её снял, и сказал, что всё жене и так могу отправить, только вот никакого контракта не будет.

В итоге контракт заключили с хорошей для нас скидкой. Больше мадам ко мне не лезла.

Машке я об этом боялся рассказывать. Признался, примерно через полгода. Она долго смеялась. Потом возмущалась. Готова была растерзать «наглую самку», уговаривала меня вообще разорвать контракт, но к тому моменту мы уже почти всё закончили и продолжать не планировали. Потом Машка еще плакала, благодарила меня за то, что я такой честный, и верный.

Оказалось, что не честный, и не верный ни хрена.

Сам себя просто в унитаз слил.

Главное, тогда это не казалось каким-то страшным преступлением.

Я знал, что люблю Машу, мою жену, а это… Ну, как говорят, потребность. Просто слить лишнее эмоциональное напряжение. Разгрузится.

Да, я в то время был в раздрае. Из-за Машки в том числе.

Но я ведь её не винил? Я просто пытался справиться с тем, что происходит.

Психолог мне сказала, что справляться надо было вместе.

Да, я всё понимаю. Сейчас.

А тогда…

Тогда времени не было на психолога. И желания. И сил. Хотелось, что бы щелкнул пальчиками – и всё опять прекрасно.

Веселая Машка, шикарный секс, никаких траблов, никаких обид друг на друга. Никто не терял ребёнка.

Мы еще молоды, счастливы, уже богаты, у нас всё впереди.

А теперь, что получается, всё сзади?

– Стас, давай, может, не сегодня к нам? Что-то я устала. – Машка смотрит, медленно ресницами хлопая, трогательная такая. – И потом, ты с Викой. Я не думаю, что я уже готова…

– Я отправлю Вику на такси. Она не будет возражать.

– Ясно. Скажи, а я что… я много возражала, да?

– В смысле?

– Ну… почему ты в итоге… налево пошёл? Это я была так плоха?

– Ты… ты была прекрасна, Маш… Это я…

– Была…

– Нет, ты и есть. Ты всегда. Это я козёл, Маш. Я. Понял. Принял. Только… жить как теперь с этим, когда ты… Блядь, Маш, если бы можно было бы всё вернуть.

Смотрю, как она головой качает. И меня выносит с этого. Просто… А-а-а! Выть охота! Орать!

Что бы я дал сейчас за то, чтобы ничего этого не было!

Чтобы Машка оказалась здорова!

Да я бы…

Я бы сам вместо неё лег бы и сдох! Лишь бы она жила.

– Стас, ты бы пошёл за Викой, что она там?

– Маш, да блин… к чёрту Вику, давай сейчас не про Вику. Ты меня… ты меня просто убила.

– Я? Убила? – смотрит, глазами хлопает.

Но что-то в её взгляде всё-таки есть. Колдовское. Ведьминское.

Машка…

Красивая моя.

Не моя.

Чужая.

Да нет, вроде, ничья. С адвокатишкой этим, я знаю. Ничего у неё не срослось.

Трахнулись пару раз. Да, я в курсе.

Пиздец, конечно, был, когда узнал. Хотелось нажраться в зю-зю, отмудохать этого долбоящера. Нажрался. Это я прекрасно смог сделать.

Насчёт отмудохать… Проспался, подумал. Понял, что смысла нет. Сам виноват. Опять стал к Маше подкатывать, надеясь, что она теперь будет вести себя иначе. Ну, отомстила же, да? Получила другой член? Мы квиты?

Только разница была в том, что она получила член уже будучи свободной.

От меня.

А я…

– Стас, Вика идёт. Ты с ней реши… Но я сегодня, правда, не в ресурсе…

Знаю, что её раньше бесили эти новомодные выражения. Что случилось?

– Извините меня, Мария… Стас. Я… Мне очень стыдно. Не смогла взять себя в руки. Я вообще, не такая чувствительная, правда. Ну, то есть я эмоциональная, конечно, но…

– Вы не беременны часом?

Этот вопрос Маша задаёт так спокойно, словно ей реально плевать.

А меня неожиданно это заводит.

А что если и беременна? Ну, вот что теперь?

Да, я не хотел жениться на другой. Я и не хочу, но об этом Марии пока знать рано. Хотя…Может и зря я вот так? Может, признаться?

Или еще подождать?

Надо думать, думать! А думать не охота от слова совсем. Потому что страшно представить, что Маши может скоро не быть.

А беременность Вики…

– Я… Нет, я… я не знаю. Стас, мы же предохранялись?

Вика наивно глазами хлопает на меня глядя.

А я на неё.

То есть как? Мы реально предохранялись. И я не рассчитывал. И вообще…

У нас и разговоров не было ни о чём серьёзном. Какой ребёнок?

Блядь.

Маша закрывает глаза. Потом резко встаёт, хватает сумку, и бежит к уборной.

Твою ж мать.

– Стас, я что-то не то сказала? Но я… я правда не знаю. А если… а если я беременна?

Капец, чё…

Финита ля комедия.

И на хрена я убежала?

Нет, Маша. Другой вопрос себе задай.

Ты на хрена вообще всё это затеяла?

Ты на хрена себе жизнь сломала? Мужику любимому тоже.

Закидываю голову наверх, чтобы слёзы не текли, и смеюсь.

Это очень прикольно вот так. Ржать и плакать. Ага. Всю жизнь мечтала именно вот так жить.

Мужику жизнь сломала. Да чёт ни хрена он на сломанного не похож.

Наоборот. Шикарно живёт!

Как он в ту встречу со мной, когда я пришла ему объявить о своём заболевании себя нагло вёл, а? Сколько всего высказал?

Тогда надо было дать ему по щам и сказать – да уебывай ты к своей невесте! Вали!