Чтение онлайн

– Понимаю, - кивнул я. Мне в подпитом состоянии действительно казалось, что я все понял, но Иванов только взмахнул рукой, показывая, что ничего я не понял. И рассказал историю о гибели своей центурии, которую положили по чужой глупости и тщеславию на подземных тропах, а сам Иванов оказался в плену у гоблинов.

– Знаешь, что я тогда понял? Если тебя используют как гандон, просто потому что могут, ты можешь или смириться, или разозлиться. Можно еще поплакать, но я предпочел разозлиться. Я послал их всех в жопу, Макс. У гобсов поднялся быстро, и как я жил, ты не поверишь. У карликов и собакенов сначала посредником стал, а потом ко мне все на поклон ходили. Этого урода Торреса, аристократишку, который нас на смерть послал, я со свету сжил – сидит сейчас дальним гарнизоном в жопе мира командует, а… а черт с ним, все равно помирать. Я уничтожил все, что ему дорого Макс, он один остался, как я тогда, когда всех парней моих положили. Он понял, тварь, особенно когда узнал кто это сделал! – ощерился Иванов.

Старик сейчас совершенно не напоминал того немощного смотрителя, которого я впервые увидел на пристани подземного озера. Более того, его лицо испещрили тонкие черные полоски, а глаза подернулись мутной, темно-серой пеленой.

– Он за все заплатил, урод, - мечтательно улыбнулся Иванов, глядя вглубь своих воспоминаний. – Всю семью похоронил! И он узнал, кто это сделал, я ему весточку передал, - с удовлетворением посмотрел на меня старик-ветеран глазами, уже затуманенными мраком скверны.

– Как? – сиплым голосом спросил я, стараясь избегать его взгляда.

– Письмо написал, как! Отправил магической почтой, она здесь отлично работает, только дерут ска много, - дежурно поморщился старик, опрокидывая еще рюмку.

Скверна из его взгляда пропала, черные бугрящиеся нити на лице стали едва заметны.

– Я спросил, как ты смог все это сделать, когда в подземье сидел? – тщательно выговаривая слова, с трудом ворочая языком – и не только от опьянения, поинтересовался я.

– Собакены, Макс. Они везде, на них внимания не больше чем у нас на бродячих собак обращают. Вот загрызет на окраине города собака кого, люди поплакали и разошлись, а власти насрать, понимаешь? Тут в Валлиранте также – никто за гоблинами не охотятся, да они и сами не нападают на людей, без лишней надобности.

– А ты с ними…

– Я с ними вась-вась, Макс. Опасные они твари, но преданные, скажу тебе, не зря собакенами их кличут. Они… они не блистают умом, но хитрые и злопамятные. Здесь к ним никто серьезно не относиться, а они хоть и не особо умные, понимают, что лучше лишний раз не показываться.

– Так как ты его семью уничтожил? – не давал мне покоя вопрос.

– Я не только его семью, я его репутацию уничтожил! – широко, но без тени веселья улыбнулся Иванов, а по его лицу вновь взбугрились черные полоски вен. – Его жена прием давала на своей вилле, и там собачки порезвились. Пять трупов только аристократов, представляешь? Все, конец карьере!

– И… ты же это организовал, неужели не нашли? Маги, поиск, это же…

Находиться рядом со стариком, который явно уже не сопротивлялся влиянию скверны, было страшно. И наверняка опасно – но выпитая гоблинская сивуха страх притупила, поэтому я чувствовал только интерес и тупое веселье. Как подгулявший гость зоопарка, который ночью в клетку с тигром лезет за ухом большого котика почесать.

– Почему не нашли? Нашли, - вновь ощерился Иванов, глядя потемневшим взглядом. – Нашли и даже спасибо сказали – у них король еще когда я служил безвольным мешком дерьма был. Они там, вся эта кодла при троне, сейчас как пауки в банке, за власть грызутся. А Торресу все, волчий билет – какая разница кто, главное что он не уследил, в его доме гостей убивали. Он уже труп живой, его не сразу слили только потому, чтоб подольше помучился. Знаешь, как падать больно, Макс? Сегодня ты почти легат, а завтра в ледяных пустошах жопу морозишь, грязной стражей командуя.

Приметно представляя переплетение интриг в столице – учитывая то, чему сам был свидетелем, я легко поверил Иванову. Упоминание грязной стражи что-то колыхнуло в мыслях, но спросить я не успел – старик продолжал рассказывать:

– Так хорошо зажил, впервые в жизни, не поверишь. А потом этот, с-ска, - даже сплюнул в сторону трупа демона в обличье Ронана старик. – Нельзя, Макс, понимаешь, нельзя людей обижать не глядя, ответочка вернуться может. Я еще когда он Люську привалил, решил что отомщу. Кто ж знал, что это демон, а не мразь… - снова сплюнул старик, глянув на труп демона в обличье полуэльфа.

Некоторое время помолчали, а потом Иванов потянулся разливать, и оказалось, что сивуха кончилась. Он не расстроился, а вдруг ухмыльнулся и рассказал мне историю об охотнике и смертельно раненой им медведице. Из разряда тех историй, который нельзя даже по пьяной лавке рассказывать – я даже плечами передернул, как представил.

– Ты это к чему? – поинтересовался я, когда старик замолчал.

– Думаю вот. Зомби мразиные же смирные. Не агрессивные.

Понимая ход его мыслей, я снова вздрогнул, и даже чуть протрезвел. Старик между тем достал из инвентаря еще один бурдюк с сивухой, и накатил вновь, крепко задумавшись.

– Знаешь, Макс, иногда нажрешься, а потом просыпаешься утром и в шоке от того что вчера с пьяных глаз творили, - между тем продолжал Иванов размышлять вслух. – Вроде и неприятно как-то, но можно себе сказать: «Зато вчера было весело». А у меня похмельного утра не будет, так что переживать…

Я, пока он говорил, достал склянку с чистой слезой, и осторожно пригубил. На лимонную воду похоже – и в один большой глоток я опустошил склянку с эликсиром. Опьянение прошло практически сразу – и удивляясь контрасту ощущения, я новым взглядом посмотрел на окружающий мир. Прилично пьяный Иванов восседал на эльфийском троне, развалившись как король, продолжая строить планы на вечер. Я же, достав портальный свиток, столкнулся со стариком взглядом. Он только рукой махнул, отворачиваясь к закуске.

Не прощаясь, я развернул свиток. Передо мной возник яркий овал портала, переплетающийся плетьми молний, куда я шагнул с некоторой опаской. Мгновенье невесомости, и снова обретя тяжесть и ощущение собственного тела я вышел в другой точке пространства. Осмотревшись вокруг, только успел выругался: я появился в пустой и темной тюремной камере. Стоял я в центре коротко вспыхнувшей ловчей пентаграммы – которая почему-то сейчас не сработала, хотя судя по следам была создана не так давно.

Прелестно. Надеюсь туда меня занесло, куда надо? – подумал я, выходя из круга, по периметру которого вилась руническая вязь. Открывал карту без особой надежды – магический интерфейс навигации как таковой не предусматривает, отображая нахождение только в местах силы. Тем более здесь, на южном континенте, где маги Кругов обитают лишь в нескольких анклавов. Но неожиданно я увидел где нахожусь. И это был не Врангард на южном материке - портал Аристарха привел меня в тюремную камеру башни магов Дель-Винтара.

Тишина вокруг стояла мертвая. Не слышно ни малейшего шороха – кроме шелеста моей одежды и поскрипывания камешков под подошвами. Очертания стен угадывались смутно – в коридоре горел негасимый магический светильник, и мягкий оранжевый свет едва-едва проникал сквозь частую решетку двери.

Обычная камера. Грязная тряпка, набитая соломой - вместо матраса в углу, голые стены, выщербленный пол. Оглядевшись по сторонам, я еще раз наткнулся взглядом на решетчатую дверь. Осторожно, стараясь делать все предельно тихо – почему-то я опасался этой гнетущей тишины, подошел ближе. Засов был открыт, магическая сигнализация деактивирована.