Чтение онлайн

Так называемое высшее «я» говорит: «я преодолею злость, клевету, похоть» и т. п., но так называемое низшее «я» смеется громом смехов Аристофанов и демонов страстей. Ужаснувшись, они убегают, чтобы спрятаться в пещерах различных областей ума. Вот как работает лживость ума.

Любое интеллектуальное усилие растворить «я» бесполезно, потому что любое движение ума принадлежит «я». Любая часть «меня» может иметь хорошие намерения, ну и что с того? Дорога, ведущая в преисподнюю, устлана хорошими намерениями.

Эта игра или лживость, где одна часть «меня» хочет контролировать другую часть «меня» (и которая в свою очередь не хочет быть под контролем кого–то еще) интересна.

Епитимьи этих святых, которые заставляют страдать своих жен и детей, умиляют. Все эти смиренности «самозванных святых» смешны. Эти всезнайки прекрасно эрудированны, ну и что с того? «Я» не может уничтожить «я» и оно продолжает увековечивать себя на протяжении миллионов лет в наших потомках.

Мы должны разорвать оковы колдовства всех этих бесполезных усилий и лживости. Когда «я» хочет уничтожить «я» — это бесполезное усилие.

Только по–настоящему глубоко понимания бесполезную борьбу ума, только глубоко понимая внутренние и внешние действия и реакции, секретные ответы, скрытые мотивы и импульсы, и т. п., сможем мы обрести глубокое спокойствие и молчаливость ума.

На чистых водах океана Вселенского Ума сможем мы осмыслить в состоянии экстаза всю жестокость и злость множественного «я».

Когда «я» больше не может спрятаться, оно приговаривается к смерти. «Я» любит прятаться, но когда оно не может больше спрятаться, то жалкое «я» умирает.

Только когда наш ум безмятежен, сможем мы увидеть «я» таким, каким оно есть, а не таким, каким оно кажется. Видеть «я» и полностью его понимать становится интегральным целым. «Я» разрушается после того, как мы его полностью поняли, потому что оно неизбежно превращается в пыль.

Спокойствие океана ума не есть результат, это естественное состояние. Вздутые волны мыслей есть следствие производимое монстром, которое есть «я».

Глупый ум, упрямый ум, ум, который говорит: «со временем я достигну безмятежности, однажды я до этого дойду», приговорен к провалу, потому что безмятежность ума не принадлежит времени. Все, что принадлежит времени, это «я». «Я» само по себе временно.

Те, кто хочет смонтировать безмятежность ума, собрать это, как кто–то собирает машину, интеллектуально соединяя все ее части, на самом деле провалятся, потому что безмятежность ума не состоит из нескольких частей, которые можно собрать, организовать или дезорганизовать, соединить или разобрать.

Чтобы испытать Истину, человеку не надо напрягаться никоим образом. Люди привыкли напрягаться во всем, что делают, и ошибочно полагают, что нельзя испытать Истину, не напрягаясь.

Нам может быть надо напрягаться, чтобы заработать себе на хлеб насущный, играть в футбол или нести очень тяжелый груз. Но абсурдно верить, что напряжение необходимо, чтобы испытать то, что есть Истина.

Когда человек старается глубоко понять истину, которая скрыта глубоко внутри в каждой проблеме, то полное понимание заменяет напряжение.

Нам не нужно какое–либо напряжение, чтобы глубоко понять каждый дефект, который мы носим внутри и который скрывается на разных уровнях ума.

На не нужно напряжение, чтобы полностью понять, что зависть — это один из самых мощных побудителей социальной машины. Почему столько людей хотят прогрессировать? Почему столько людей хотят иметь прекрасные дома и очень элегантные машины? Весь мир завидует тому, что принадлежит другим. Зависть — это горечь из–за благополучия других.

Женщины, которые не совсем элегантны, завидуют более элегантным женщинам, и это усиливает их борьбу и боль. Те, у кого этого нет, хотят это иметь, и вместо еды покупают всякого рода одежду и украшения. Они это делают с единственной целью, чтобы не быть меньше, чем другие.

У каждого героя великого дела есть завистники, которые его морально ненавидят. Слабый, подавленный, подлый человек под мантией судьи или под одежной святого и мастера, или под софизмом аплодисментов, или под прекрасным смирением маскирует свою зависть.

Если мы хорошо поймем, что мы завистливы, то логически, зависть перестанет существовать и на ее месте появится звезда, которая будет сиять и радоваться за благополучие других.

Есть люди, которые хотят перестать быть завистливыми, но кто это, кто желает перестать быть завистливым. Вот вам другая форма зависти.

Есть мужчины, которые напрягаются, чтобы обрести добродетель целомудрия, но когда они видят красивую женщину на улице, то они говорят ей лестный комплимент. А если женщина — друг, то они не могут ничего поделать, как усиленно навязывать ей свое внимание: они говорят ей красивые слова, восхищаются ей, хвалят ее прекрасные качества и т. п. За всем этим кокетством скрываются тайные намерения и исходят они от скрытого побудителя в подсознании — глубоко спрятанная отвратительная похоть.

Когда мы хорошо понимаем без какого–либо напряжения все хитрые приемы похоти, то она уничтожается и вместо нее рождается чистый цветок целомудрия.

Только не напрягаясь, сможем мы обрести эти добродетели. «Я» усиливается, когда оно напрягается для обретения добродетели. «Я» любит декорации, медали, звания, славу, добродетели, прекрасные качества и т. п.

В греческом предании говорится, что Аристофан, философ, желая продемонстрировать свои мудрость и смирение, облачился в старую тунику в заплатках и дырах и, держа философский жезл, прошелся по улицам Афин. Когда Сократ увидел его около своего дома, то он громко воскликнул: «Ох, Аристофан, твое тщеславие можно увидеть через дыры твоей одежды!»

Таким образом, когда педантичный, тщеславный и горделивый человек одевается в одежду Аристофана, он верит, что он скромен. Скромность — это экзотический цветок. Тот, кто хвалится скромностью, полон гордыни.

В практической жизни, каждый раз когда нас мучает новая проблема, мы делаем много бесполезных усилий. Мы обращаемся к усилию, чтобы ее решить. Мы боремся и страдаем, а потом мы добиваемся только того, что совершаем глупости и усложняем свое существование еще больше.

Те, кто утрачивают иллюзии, разочаровываются, те, кто больше не хочет ни о чем думать, те, кто не смог решить жизненной проблемы, находят ей решение, когда их ум безмятежен и спокоен, когда у них не было какой–либо надежды.