Чтение онлайн

Она снова его окликнула:

– Товарищ Трясогузов, вы спите, что ли?

Этот вопрос был задан на несколько тонов громче, чем протекал весь ее предыдущий монолог. Трясогузов весь встрепенулся.

– А? Что?
– спросил он, не отрываясь от ее лица.

– Вы сегодня хорошо спали?

– Прекрасно я спал, - ответил он, обретая, наконец, необходимую пациенту бодрость, чтобы суметь предоставить врачу свои личные данные и вообще поговорить о том, о сём.

– А почему же вы не реагируете на мои вопросы?
– снова в ее голосе появилась строгость.

Толстяк слегка покраснел и тихо произнес:

– Это личное.

– Как вы сказали: лишнее?

Он вздохнул:

– Ну, в данном случае, и при таких вот обстоятельствах - да - оно лишнее, - он с унылым видом посмотрел на свои ноги.

– Так, хорошо, вернемся к нашим баранам, - сказала Маргарита.
– Товарищ Полозов, который вас сюда доставил...

"Как посылку", - мелькнуло точное сравнение в голове Трясогузова.

– ...сказал мне, что вы испытываете сильное желание вылечить своего друга. Как там его фамилия?

– Штукк. Ральф Штукк, - отозвался Трясогузов, и мысленно поблагодарил Бога за то, что он ей нужен не в качестве пациента, а как... проводник к Штукку. Толстяк некстати хихикнул. Маргарита вновь на него посмотрела, как на странного школьника, думающего о чем-то своем.

– Вы меня снова не слышите?

– Нет, нет: прекрасно, знаете ли, слышу, - ответил он, и сосредоточился, наконец, на ее вопросах. Или ответах? Черт, опять он что-то пропустил.

– ...и если мы с вами поступим вот таким образом, то всё получится, понимаете?

Он кивнул, но его глаза опять, будто не видели ее.

– Нет, так нельзя, - сказала Маргарита.
– Давайте так, завтра у меня будет рабочий день. Вы можете в любое время приехать сюда, и мы продолжим нашу беседу.

– Доктор, - сказал он, - извините, пожалуйста, просто ваш внешний вил смутил меня до крайности.

– А что не так с моим внешним видом?
– удивилась она.

Тут толстяк понял, что подобрал абсолютно не те слова, которые он ей хотел сказать. Да что это с ним такое, в самом деле? Он мотнул головой, надеясь, что это поможет и, откашлявшись, продолжил:

– Доктор, просто вы напомнили мне кое-кого...

– Странно, - отозвалась Маргарита, - в последнее время я некоторым товарищам кого-то напоминаю. Хорошо, Трясогузов, продолжайте.

– Ну, да, так вот, Действительно, у меня есть приятель, Штукк, Рафль Штукк, который чем-то болен. Одно я знаю: он не переносит кондиционеров и сквозняков. И вот что ему делать, он не знает. Я, было, стал хлопотать, по-своему...

Кондрашкина подняла руку.

– Подождите, остановитесь!

Толстяк замолчал, неожиданно прерванный на полуслове.

– Я не о вашем приятеле собиралась с вами говорить. Я просто так спросила о ваших заботах о товарище Штукке, и хотела оценить степень, скажем так, вашего беспокойства по поводу его здоровья. Теперь вижу - степень довольно высока, будто вы не коллеги, а братья...

Теперь ее перебил толстяк:

– Вы знаете, нет: его брат, родной, кстати, он погиб там, на Фаяле, когда полмесяца назад произошла...

– Вселенская катастрофа, - ответила она за него и едва усмехнулась.

Тут губы Альфреда как-то странно дрогнули.

– А чего это вы так улыбаетесь, как Джоконда? Вы же там не были, правильно, и не видели всего того, что видел я, хотя бы и по камерам чертового наблюдения?

Толстяк чувствовал, как в нем поднимается волна возмущения: еще чуть-чуть, и он взорвется, как котел в отеле "Оверлук" в книжке Стивена Кинга.

Кондрашкина смотрела на толстяка, оценивая, очевидно, состояние его психического равновесия, или, как там у них это называется. Альфред понял, что пора уже остановиться, и чем быстрее, тем лучше.

– Уф, простите меня, пожалуйста!
– сказал он, тяжело дыша.
– Меня просто занесло на повороте. Я никоим образом не хотел вам грубить, просто те тяжелые воспоминания о ЧП выбивают меня из колеи, а уж ваша реакция, извините, на мои слова о первом объекте... Ну, вы меня поняли, да, доктор?

Кондрашкина кивнула.

– Конечно, я вас прекрасно поняла.

– И у нас, с вами, может сложиться такой же прекрасный разговор?

Она чуть улыбнулась.

– Может быть и сложится.

– Да ладно!
– воскликнул Альфред.
– Всю жизнь мечтал о таком вот докторе, как вы, ой, то есть, я не то хотел сказать...

– Успокойтесь уже, Трясогузов - не буду я вас ругать, - спокойно ответила она, по-прежнему, наблюдая за поведением потенциального пациента.

Альфред и впрямь немного успокоился: наверное, ее слова на него так подействовали, или еще что. Он теперь сидел смирно и готов был слушать Маргариту до конца ее рабочего дня.

– Итак, мне нужно, чтобы бы вновь выслушали мое предложение. Готовы?

<