Чтение онлайн

Обрадованная неожиданной поддержкой Надя радостно подхватила:

Конечно, это в индивидуальную надо. Вон, пятно-то насквозь прошло, ткань пропитало, значит, старое оно, небось с прошлого лета с пятном-то костюмчик пролежал.

Рыжий отмахнулся от Нади, как от назойливой мухи, не сводя с Марины глаз, бросил пострадавший костюм в спортивную сумку, болтавшуюся у него на плече, и спросил у Марины:

А Вы не считаете, что наш сервис следует учить работать?

Может и стоит, только так Вы ничего не добьетесь. Простите, я хотела бы заняться своими проблемами.
– И она выложила из пакета свои вещички.

Вы не боитесь, что Вам испортят любимую вещь, как мне испортили?

Я не храню грязную одежду по году, а сдаю в чистку сразу.

Марина Витальевна, давайте с костюма пуговки срежем. Не дай бог, опять растворятся, - вмешалась в разговор Надя.

Да, конечно, надо срезать. Вот, кстати, - добавила Марина обращаясь к все еще стоящему за спиной рыжему, - пару месяцев назад я имела неосторож-ность сдать жакет вместе с пуговицами. Они возьми и растворись без ос-татка. Так ведь я сама поленилась их срезать...

С вас сто сорок шесть рублей, Марина Витальевна! Готово будет послезав-тра вечером - сказала Надя, выписывая квитанцию.

Марина расплатилась и вышла из химчистки. Откуда-то набежали тучи, ветер гнал по мостовой пыль и какие-то бумажки. Марина поежилась, в это время над головой прогремело и об асфальт разбились первые крупные ка-пли дождя. За ее спиной снова раздался голос рыжего:

Послушайте, сударыня, давайте-ка я Вас подвезу, а то Вы вымокнете, и я буду чувствовать себя виноватым, поскольку это я задержал Вас...

Спасибо...
– Марина смотрела на дождь, он и не думал утихать, под капля-ми на лужах вздымались пузыри.
– Мне, собственно, рядом, в соседний двор.

Тем лучше, - засмеялся собеседник, - я буду любезным за небольшую цену! Постойте минуту, я сейчас подгоню машину поближе.

Метрах в десяти от дверей химчистки стоял огромный черный джип с за-темненными стеклами, такого угрожающего вида, что Марине всегда при виде таких машин представлялась танковая колонна. Впрочем, ее новому знакомому, при его немалых габаритных размерах, такой автомобиль вполне подходил.

В салоне джипа было, разумеется, просторно, пахло натуральной кожей, дорогой мужской парфюмерией и табаком.

Как Вам мой конь? Мы с ним еще не привыкли друг к другу, он у меня все-го пару недель.

Ну...- Марина замялась, подыскивая слово, - он Вам вполне соотвествует.

Интересно, это следует считать комплиментом или выпадом? Позвольте представиться, меня зовут Сергей, фамилия Никонов. Визитки я, к сожале-нию, с собой не взял, поскольку собирался только забрать барахло из чист-ки и домой. А Вас зовут Мариной, это я уже понял.

Давайте поедем, Сергей, - Марина попыталась мягко перехватить инициа-тиву, - Вы обещали доставить меня до дому, да и у Вас, наверное, перед отъездом много дел. Мне сейчас прямо, первый поворот направо и еще раз направо.

А откуда вы знаете, что я завтра уезжаю?
– Спросил Сергей, плавно трога-ясь с места.
– Ах, да, я же говорил что-то такое...

Вот именно, говорили.

Ну, вот ваш второй поворот, куда здесь?

Марина указала, как въехать в ее двор. Дождь тем временем закончился, в огромных лужах отражалось солнце, птицы пели, заглушая шум машин с ближней улицы. Сергей выпрыгнул из машины, помог Марине выйти, и, задержав ее руку в своей, спросил:

Вы позволите мне найти Вас, когда я вернусь?

Попробуйте. Но я ничего не обещаю. Лучше встретимся в следующий раз в химчистке!
– и, рассмеявшись она вошла в подъезд - в конце концов, надо же было дописать статью о "хаммерах", тем более, что и практический опыт теперь появился.

В среду она съездила к отцу в госпиталь и нашла его, вполне уже оклемав-шегося, перед телевилором в азартном споре с еще несколькими сердечни-ками примерно того же возраста. Кто "болел" за красных, а кто за белых, понять было трудно, но спорили они весьма аргуметированно. Правда, ка-ждая сторона не замечала, что в пылу спора приводит те же доводы, что и идейные противники...

Марина чмокнула отца в колючую щеку и отдала сумку: чистое белье, фрукты, кефир, несколько книг в мягкой обложке. Книжки отец сразу же прибрал поглубже в тумбочку и сказал молодцевато:

И пока не прочту, никто их даже не увидит! А то только тут читать и нау-чились, а туда же... таскают...

Ну ладно, как ты тут?

Да нормально, я думаю, скоро выпишут уже.

Я в воскресенье улетаю...

Отдыхать опять наладилась?
– отец грозно нахмурился, но в сочетании с пижамой получилось комично, он и сам ухмыльнулся.

Нет, в командировку.

В Тьмутаракань?

Да представь себе, в Италию посылают на неделю. Новый главный - рас-щедрился вот...

Ну-ну... Дело хорошее. Ладно, - ворчливо добавил он, - ты уж собирайся спокойно, тут Елена привезет, что надо. А к твоему приезду я уже и дома, глядишь, буду. А машину что - в гараж ставишь?

Нет, папа, Ксении оставлю, пусть привыкает.

Ох, смотри, разобьет такую дорогую, вторую, поди, не купишь.

Марине и самой боязно было за Красотку, Ксения лихачила по-страшному. Но оставлять сестру без машины перед приездом Мура тоже было бы не-правильно. Пусть канадец знает, что живем мы не хуже иных прочих.

Кстати, старую машину и в самом деле забрал замечательный негр Николас через пару дней после их знакомства: отдал две тысячи зелеными бу-мажками, сверкнул напоследок белыми зубами, заверил марину, что для нее в ресторане всегда найдется столик, и растворился в потоке машин, как "Нескафе" в кипятке.

В четверг Марина уехала из редакции в середине дня и отправилась вместе в Ксенией в Шереметьево встречать замечательного Мура. Он должен был прилететь "Люфтганзой" через Франкфурт, рейс задерживался, но не смер-тельно, всего на сорок минут, и они отправились попить кофе в ресторанчик над залом вылета.

Кофе был гадкий, вкусом напоминал жженую резину, а вот пирожное к нему оказалось неожиданно приличным, хотя и стоило столько, будто было платиновым. Отламывая ложкой кусочки мягкого бисквита, пропитанного, кажется, даже коньяком, Марина лениво осматривала соседние столики. Справа сидела большая компания, пять или шесть мужчин, по обрывкам разговора она поняла, что летят они куда-то к черту на рога в жаркие страны, и более всего их волнует запрет на спиртное в данной конкретной, насквозь мусульманской стране. Чуть дальше, в самом углу, самозабвенно прощалась парочка, Марина так и не разобралась, кто из них улетает, а кто остается... Ксения умчалась посмотреть на табло, а Марина повернулась и стала смотреть влево. Поодаль, почти у самой загородки, за стликом спиной к ней сидел мужчина, и, еще не разглядев его, она почувствовала, как сердце у нее падает куда-то далеко вниз, захватывая по дороге последнюю возможность соображать. "Сергей..." - успела подумать она, тут рядом грохнул, падая, стул, ОН повернулся... и оказался ничем не примечательным, и нисколько даже не похожим усредененного вида брю-нетом.