Чтение онлайн

Не знаю, пап, я попытаюсь, но вряд ли...

Ну, ты большая девочка, решай сама. Приезжай, жду.
– И он, не проща-ясь, положил трубку.

Что ему еще надо? Опять осетрины в томате?
– зло поинтересовалась Ксения.

Слушай, иди к черту. Это твой отец, он старый, если мы ему не помо-жем, то кто?

Давай, давай, позволяй им на тебе ездить. Жениться сразу после мами-ной смерти он не старый был...

Мама умерла от какой-то скоротечной формы рака почти десять лет на-зад. Отец тогда почти сразу женился, не прошло и двух месяцев, и ушел к новой жене, оставив девчонок одних: двадцатишестилетнюю Марину и пятнадцатилетнюю Ксению. И простить ему это Ксения так и не смогла. Мачеху Елену Ивановну, на двадцать лет младше отца, здоровенную ба-бищу (Марина своими глазами видела, как та с легкостью несла на даче два ведра с песком) обе не любили, но Марина готова была ее терпеть, пока не увидела как-то, чем та кормит отца - какой-то собачьей кашей с запахом тушенки. Отцу почти семьдесят, у него больной желудок, печень и почки, ему это просто нельзя! Господи, куда девались все те деликатесы, которые Марина привозила каждую неделю?

Жили отец и его жена круглый год за городом, на отцовской даче, а его московскую квартиру отдали дочери Елены Ивановны с мужем и сыном, противненьким подростком лет четырнадцати. Разумеется, это была отцов-ская квартира, но иногда Марина думала: а что было бы, если бы ей не досталась от бабки эта, трехкомнатная, в центре Москвы? Куда бы девались Ксения и она сама?

Разговор о продаже машины получил непосредственное продолжение на следующий день.

Марина сидела над статьей, которую нужно было срочно закончить, вычитать и сдать, указав бильд-редактору, какие подобрать иллюстрации. Статья была о "хаммерах", этой помеси джипа с танком, Марина никогда за руль "хаммера" не садилась, поэтому необходимые восторги получались несколько поверхностными. Тут-то и зазвонил телефон.

Мариша, ты?
– Инесса, сто лет не звонила, и еще бы сто не надо.
– Слу-шай, ты, говорят, купила новую машину?

Господи, да кто говорит? Позавчера купила, ее даже в ГАИ не зарегист-рировала, завтра поеду.

Это было легкое лукавство, потому что в ГАИ (то бишь ГИБДД, но это все равно никто не может выговорить) обещал поехать Христофоров, а она должна была просто подъехать к определенному времени с документами.

Ну, слухом земля полнится... А старушку ты куда дела?

Да никуда не дела, во дворе стоит. Куда ее денешь?

Ты не будешь возражать, если вечером я к тебе подъеду с одним знако-мым, у него коммерческий вопрос.
– В голосе Инки определенно звучал с трудом сдерживаемый смех, но тональность она выдерживала сугубо дело-вую. Очередная авантюра, ну, что с ней поделаешь?

Давай, приезжай, я часам к восьми буду.

В половине девятого раздался звонок в дверь. Марина, конечно, успела благополучно забыть о договоренном визите, и занималась "чисткой пе-рышек" - красила ногти. В плане были еще маска для лица и ванна с пеной, Ксения опять носилась где-то по своим делам.

Марина распахнула дверь. На пороге стояла Инка, похудевшая и похо-рошевшая, а за ее плечом маячил огромный негр, совершенно черный, в светлом плаще.

Проходите, пожалуйста, - оторопело сказала Марина.

Привет, дорогая, - пропела Инка, - вот и мы, познакомься, это Николас.

Добрый вечер, - вежливо сказал черный-пречерный Николас на чис-тейшем русском языке.

Марине очень захотелось протереть глаза, но она сдержалась.

Проходите, - повторила она.
– Чай, кофе?

Нет-нет, благодарю Вас. Я осмелился побеспокоить Вас очень ненадолго и по делу.
– Николас попытался сесть в кресло, оно угрожающе заскрипело, и он резво пересел на диван.
– Инесса Владимировна сказала, что у Вас есть старая машина, которую Вы хотели бы продать. Я хотел бы ее купить. Это возможно?

Да, конечно, возможно. Только - не знаю, предупредила ли Вас Инесса, машина очень старая, ей двенадцать лет, и в ней все время что-нибудь ло-мается.

О, это пусть Вас не беспокоит, я заменю большую часть деталей на де-тали от марки "фиат", - нет, все-таки по-русски он говорил не то чтобы не чисто, а очень механически.

Марине стало интересно. и она спросила:

Скажите, а по-русски Вы где научились говорить, в Университете?

О нет, я учил русский язык с помощью компьютера, а сейчас приехал в Москву практиковаться и работать.

Понятно, - ничего не было понятно, но сказать Марине было нечего.
– Если Вы хотите посмотреть машину, то пойдемте, я Вам ее покажу. Только минуту, я переоденусь.

Спешно натянув джинсы и тонкий свитер, она вышла в гостиную: неве-роятный гость не исчез, сидел по прежнему на диване и благожелательно улыбался во все сорок восемь зубов...

Машина Николасу понравилась, он сел за руль, отодвинув сиденье до упора, немного поерзал, завел мотор и послушал, как он фырчит - все это продолжая улыбаться - вылез и сказал:

Уважаемая Марина Витальевна, если сумма в две тысячи долларов Вас устроит, то я готов Вам их отдать завтра же, после визита к нотариусу для оформления доверенности. Вы найдете время для такого визита?

Да, конечно, - степень Марининого удивления достигла таких высот, что дальше были лишь звезды. Две тысячи за эту развалину? Наличными7 Завтра?
– Позвоните мне на работу после двух часов дня, и мы договорим-ся, где встретиться.

Благодарю Вас, Марина Витальевна. Разрешите откланяться, всего вам доброго.

И он исчез в арке, словно и не было в тихом московском дворике со-вершенно черного негра ростом под два метра.

Марина заперла машину и поспешила домой - Инка, негодяйка, должна была немедленно прояснить ситуацию!

Негодяйка сидела за столом на кухне и уплетала омлет прямо со сково-родки.

Я тут слегка похозяйничала, омлет с сыром и помидорами. Как ты лю-бишь. Тарелки пачкать не стала, поедим со сковородки. Давай, бери вилку, ешь, затрахалась я с этим Николасом. Сил нет.

Немедленно рассказывай, что это такое, и зачем ему понадобилась моя старушка.
– Омлет был хорош, готовила Инка вообще классно, не зря она крепкой рукой держала один из лучших московских клубных ресторанчи-ков.- Он что, автомобильный извращенец?

Классный омлет получился, сейчас, поедим, покурю и расскажу.

История, рассказанная Инкой, была проста и поучительна.

Николас, уроженец африканской страны с непроизносимым названием, был человеком богатым. Поэтому первое, что он сделал, получив в руки семейные денежки - это переехал из "дебрей черной Африки" в цивилизо-ванную Америку. Купил себе дом во Флориде, с бассейном и садом, обза-велся роскошной машиной, домоправительницей и парой любовниц, и стал жить. Через полгода Николас заскучал. Еще через три месяца он купил себе компьютер и стал учиться путешествовать по Интернету. Ему хотелось чего-нибудь необычного, и он стал изучать по Интернету русский язык. Почему русский? А чтобы труднее было...

Николасу очень нравился русский язык. Кроме этого, он был человеком культурным, и с удовольствием стал осваивать русскую литературу, благо в Сети ее выложено немеряно. Особенно ему понравилось, как по-разному говорят русские в разных книгах, вроде бы на одном языке. а вроде и на разных. Он освоил различные манеры речи и иногда пугал свою домопра-вительницу, сам с собой разговаривая на варварском наречии (она считала, что это его родной африканский язык, но ошибалась). Когда Николас смог читать без словаря не только современного (и несимпатичного ему) Юрия Никитина, но Лескова и Тургенева, ему снова стало скучно. Конечно, мож-но было начать учить китайский, но это становилось однообразно. И он решил поехать в Россию.