Чтение онлайн

– Ты что, подарил мне деньги? – перебил я его, зная, что если не перебить его словесный понос, то наш «диалог» плавно перерастёт в «монолог» под видом диалога.

– Да, - совершенно серьёзно кивнул он. – Я могу себе позволить сделать жест доброй воли, хотя вюр Рибст ничего про это не говорил.

– Кто? Рибст? Что это ещё за вюр такой?

– Ты не знаешь вюр Рибста? Иди ты! Он же наш руководитель. Вернее, не наш, а твой. Торговый представитель.

– Инструктор, что ли?

– Какой инструктор?

Я махнул рукой. Всё понятно: Инструктор представился доверчивому Ури торговым представителем и даже придумал себе имя! Не может быть, чтобы Инструктора на самом деле и правда звали Рибст. Но это не важно.

Когда я облачился в новую одежду, вытащив из карманов старой всё своё добро, Ури повёл меня вверх по лестнице. Я знал, что Ури уничтожит тряпки Вирослана Кирпе самым надёжным способом; об этом я не переживал. Поблагодарил его за «жест доброй воли», но сказал также, что деньги-то у меня есть в бумажном варианте, на что Ури ответил, чтоб я не выпендривался. Улыбнувшись, я смирился и пожал ему руку по обычаям этой планеты.

Мы вышли по узкой лестнице наверх. Шли по коридору, а по бокам мелькали закрытые двери. Мой проводник сказал, что это «номера для особых встреч». О! Да тут ещё и бордель! Невероятно!

– Слушай, Жиза, - сказал я, когда мы медленно шли мимо очередной вереницы дверей, – а как ты узнал меня, ведь я совершенно был не похож на себя. Моя маскировка… этот Вирослан Кирпе…

– Ха-а! – перебил он меня. – Это уж совсем просто! Во-первых, ты сразу назвал моё старое имя, которое здесь никто не знает. А когда ты сказал «Жиза», да тут вообще сомнения все отпали. Кто ещё, кроме тебя мог знать мою армейскую кликуху?

– Постой, ты что поменял имя?

– Ну да. – Он остановился и недоумённо посмотрел на меня.

– Для чего?

– Как, для чего? А! Ты же, наверняка, ничего не знаешь! Ты здесь впервые, так ведь?

– Да.

– Тогда всё понятно. Поменял имя, да. Знаешь, тут не сильно-то жалуют выходцев из столичных систем. Особенно с Алайи. Наша с тобой родина… ну, как бы это сказать… для здешних жителей… в общем, присутствует что-то вроде зависти. Говорят, типа, вот жируют там в своих столицах, ничего не делают и только деньги гребут и блага всякие, а мы тут, как проклятые на них работаем… Ну и всё такое.

– Понятно.

– Поэтому, я и скрываю своё имя и происхождение, иначе могут быть проблемы. И никакой губер тут уже не поможет, когда кинут несколько «зажигалок» мне в окошко ночью. Ну, ты понял!

– Яснее ясного.

– Да и вообще… тяжело мне было поначалу. Особенно язык учить. Какой-то он у них, грубый, угловатый, шершавый: гр, пр, шл, рп-п-п… Одни гласные! То ли дело алайский! Мы поём, а не разговариваем! А тут даже планета называется Кипп-п-п-п! Чёрте что! А у нас: Ала-а-айа! А? Звучит?

– Звучит.

– Ну вот!

– А ты что, по программам учил язык? – искренне удивился я.

– А как ещё?

– Мне просто загрузили алгоритм в память.

– Ну да, ты же у нас особая птица, не то, что я. Зато, у меня глубокое знание языка.

– Я и смотрю: сыплешь сленгом, как из рога изобилия!

– Да я уже привык. Тем более, работа у меня такая. Порой приходится сталкиваться с… ну, с… как их у нас называют, «серьёзными людьми».

– Мафия, что ли?

– Ну-у-у-у… - помялся Ури.

– Да ты ещё и мафиози!

– Нет, ты что! Какой там…

– Ну ладно, это твои дела. Так мы пойдём или будем дальше тут торчать?

– Пойдём, конечно, - кивнул Ури и потащил свою тушу по лестничному маршу.

Семь ступеней Ури преодолел, кряхтя и отдуваясь. На его лице уже успел выступить пот. Он вытащил цветной платок и вытерся. На его рубашке не просыхали мокрые пятна в районе подмышек и на спине. Он посетовал на жару, хотя я не сказал бы, что температура была некомфортной. Солнце то и дело пряталось за сероватые тучки, а в открытые окна иногда врывался свежий ветерок, раздувая полупрозрачные занавески.

Зал был большим. Окна – от пола до потолка. (Вот отсюда, при случае, можно сбежать очень даже просто; если, конечно, в тех кустах не засядут крепкие ребята). Круглые столики стояли в хаотичном порядке. Это даже придавало шарму: столики, казалось, танцевали вокруг, создавая картину всеобщего празднества. Хорошо придумал этот Ури! Да и обстановка тут успокаивающая. Какая-то домашняя, уютная, несмотря на размеры зала.

Вдали виднелась в приглушённом свете широкая барная стойка, за ней – высокий стеллаж с напитками. Всё выполнено со знанием дела! Ури действительно нашёл своё призвание.

Но очень насторожила тишина и пустота. Я, наверное, нахмурился как-то по-особому, потому что Ури (какой же он всё-таки проницательный, неужели он может читать мысли!) тут же сказал, как бы отвечая на мои опасения:

– Я всех отпустил ещё вчера, сказал, что сегодня выходной. Даже сторожей нет, не говоря уже об охране. Ждал тебя, знал, что ты придёшь.

– Но ты же не знал, что приду именно я.

– Ну… - Ури неопределённо поводил руками. – Как тебе сказать… Меня проинструктировали, описали твою внешность.

– Тебе описали Вирослана Кирпе.

– Да. Но и носителя тоже.

– И ты узнал в описании меня? После пятнадцати лет?

Ури виновато хлопал заплывшими глазками, мялся, явно пытаясь что-то сказать; в конце концов он смог выдавить из себя начало фразы:

– Ты понимаешь… я ведь кое-что знаю о тебе. И то, что я знаю… как бы это сказать… не совсем… что ли…

Теперь для меня почти всё стало на свои места.

– Ты видел меня в новостях, - утвердительно сказал я.

Ури надул губки и жалобно посмотрел мне в глаза:

– Да. Очень неприятная история… Очень.

– Ты веришь тому, о чём рассказывают в новостях? – с толикой сомнения спросил я.

На этот раз Ури отстранился от меня и замахал руками:

– Ты что, совсем за идиота меня держишь? Да если бы я верил новостям, я бы сейчас и не посмотрел бы в твою сторону! Ты в своём уме? Как можно верить новостям? Тупая пропаганда для тупых обывателей и больше ничего. Они говорят только то, что выгодно правительству, которое как раз и держит все эти каналы. Как можно им верить, если через новости устами дикторов с тобой говорят политики? Ни один политик никогда правды не скажет! Он говорит только то, что ему выгодно, направляет мысль простого человека, мысли масс туда, куда нужно, чтобы народ думал правильно, чтобы марионетки слушались того, кто дёргает за ниточки! Разве не так?