Чтение онлайн

Сэр Растер прогудел:

– И куда их? В каменоломни?

Я отмахнулся:

– Пусть уходят свободно. Все равно какой-то работой займутся, чтобы кормиться, а из свободных выжать можно больше, чем из подневольных.

Недоверчиво поглядывая, они шепотом что-то спрашивали у своей леди, она нетерпеливо отпихивала их, страшась, что передумаю. Они нехотя и постоянно оглядываясь пошли из зала.

Я в упор посмотрел на золотоволосую женщину в доспехах:

– Итак, что это за шуточки? Почему вы пытались убить меня?

Она смотрела мне в лицо с дерзким вызовом.

– Вам трудно поверить, – почти прошипела она, как злая змея, – что вы нас совершенно, ну абсолютно не интересуете!.. И есть вы на свете или нет… нам все равно!

– Гм, – сказал я, – тогда объясните все это. Зачем вы здесь?

Она выкрикнула:

– Я леди Сильвиния Безансонская, урожденная Блуа, из рода Сен-Тристан, единственная законная наследница этих земель, этого замка и всего того, что подло и вероломно отнял у моего деда коварный Конигундий!

Рыцари переговаривались уже с интересом, вражду к женщине чувствовать трудно, даже если от рук ее людей пострадали боевые друзья, что без царапин прошли через жестокие бои Армландии и Сен-Мари, где сражались с яростными варварами.

Я огляделся, все смотрят с ожиданием.

– Знаете, – сказал я, – мы все устали от этого бесконечного пира. Головы трещат и соображают слабо. Давайте поместим вас в каземат до утра, а на рассвете рассмотрим ваше дело. Могу заверить, что если вы не ведьма, костер вам не грозит. А отсечение головы рыцарским мечом вас пугать не должно…

Она вскинула голову еще выше, выпрямилась и отчеканила гордо:

– Семьсот лет люди рода Сен-Тристан погибали в боях от рыцарских мечей и копий! Устрашит ли меня такая же смерть? Пусть даже меч окажется в руках палача!

Рыцари довольно зашумели, на леди Сильвинию смотрят с симпатией, отвага нравится даже у противника, а женщины быстро перестают у этих дураков восприниматься как противники.

Я кисло скривился:

– Громкий голос, смелые речи… Как много вокруг меня отважных и как мало умных. Разве что сэр Растер…

Сэр Растер гордо расправил плечи и посмотрел на всех орлом из поднебесья.

Рыцари переговаривались с интересом, но я все чаще бросал взгляд на Макса. Его жаркий энтузиазм как-то быстро погас, молодой герой переминается с ноги на ногу, глаза из бодро горящих становятся растерянными, жалобными.

В зал потихоньку и очень робко входили слуги, явно стремятся показать, что они тут ни при чем (настоящие слуги, сидели связанные в подвале), они начали озабоченно сновать между столами, уже без почтительных поклонов, собирали перевернутые стулья, посуду, сгребали в кучи залитые вином, соусами и кровью скатерти. Подсвечники, с резными стволами и вычурно изогнутыми рожками, выглядят странно застывшими растениями, больше похожими на осьминогов, чем на утилитарные подставки для свечей. Особенно те, которые побывали в руках отца Богидерия и носят на себе свежие зарубки мечей.

Макс сказал, решившись:

– Сэр Ричард!.. Покорнейше прошу рассмотреть жалобу этой леди. Она ваша подданная, хотя этого и не признает. Значит, у нее есть право на ваш суд и вашу защиту.

Я поморщился:

– Какой суд?.. Какой-то лорд сто лет назад или больше отобрал у ее предка этот замок с его землями… Обычное дело! Что тут нового? Везде так делается.

Он сказал твердо:

– Но, мой лорд, если все еще наследники предъявляют свои права, то дело не закрыто!

– Мы не знаем, – отрезал я, – кто там сто лет назад был прав, кто виноват! Возможно, прадед этой леди плюнул в суп доблестному рыцарю, который рассердился и отнял этот замок! Вправе он это был сделать?

Я спрашивал его, но смотрел на рыцарей. Все дружно зашумели, голоса негодующие, за такое не только замок и земли отнять, но и самого вбить по ноздри в землю, а под нос положить побольше навозу…

– Ну вот, – сказал я отечески, – видишь, Макс, общественное мнение говорит, ты не прав. Дело закрыто. Нельзя плевать в суп другому человеку, нехорошо! Тем более права на наследство не восстанавливают такими… самозахватами. Для этого есть суд.

Он возразил:

– А если суд неправый? Это мы принесли в эту страну справедливость и достоинство, а раньше здесь был… было нехорошо!

– Даже неправый суд, – сообщил я, – лучше, чем резня, которую пыталась устроить эта… наследница. Ты хоть понимаешь, что, преуспей она, мы все были бы убиты? И все твои друзья лежали бы сейчас здесь в крови?

Он взглянул исподлобья на леди Сильвинию. Она вздрагивала, смертельно бледная, старалась держаться гордо и независимо, но против желания смотрела на него с отчаянной надеждой.

Макс вздохнул и развел руками:

– Мы просто подвернулись под руку. Она пыталась захватить замок, который остался без охраны и хозяина. У нее получилось бы, не прибудь мы сюда так не вовремя… Потому обвинение в попытке всех нас убить…

– Снимаю, – прервал я. – Ты прав, попытка была, но намерения не было. Мы прошли бы по статье косвенных потерь, а захваченных в плен отдали бы за выкуп. Однако у замка уже есть хозяин! Намного более достойный, чем тот, который убежал вслед за своим королем. И с этим ничего не поделаешь. Да и не надо.

Рыцари одобрительно зашумели, Макса похлопывали по плечам, что-то говорили веселое и дружеское, но он переводил взгляд с леди Сильвинии на меня и обратно, а она, вся трепещущая, смотрела расширенными глазами и не успевала следить за нашими доводами и быстро меняющимся настроением рыцарей.

– Это не мой замок, – произнес Макс колеблющимся голосом.

– Твой, – отрезал я раздраженно. – Макс, я не собираюсь восстанавливать историческую справедливость, как ее понимают здесь! Я отнял замок и земли у какого-то барона, воевавшего против нас и сбежавшего с королем. А ему, как мне вот тут подсказали, они достались по наследству от бездетного дяди, владевшего им пятьдесят лет. Тот получил от своего деда… О каком праве леди Сильвинии может идти речь?

Макс посмотрел на леди Сильвинию, лицо его стало еще строже. Я ощутил недоброе, когда он выпрямился. В лице и во взгляде проступила рыцарская надменность и гордыня, которой позавидовал бы сам дьявол.

– Мой лорд, – проговорил он чопорно, – могу ли я отказаться от этих земель?

– В пользу леди Сильвинии? – спросил я. – Нет, не можешь.

Он снова поклонился, голос прозвучал неуступчиво:

– Мой лорд, а могу я отказаться от этих земель… вообще?

Я спросил раздраженно:

– На каком основании?

– Ну… если можно, без основания.

Я покачал головой:

– Нет, не можешь. Каждый должен работать и приносить Отечеству пользу. В смысле мне. В особо крупных размерах.