Чтение онлайн

Награды давались в качестве признания заслуг, а не в порядке права или очередности. Иногда создавалось впечатление, что награда была слишком незначительна для ее получателя. Например, Веций Валент, принципал гвардии в Британии во времена императора Клавдия, был награжден ожерельем, нарукавной лентой и нагрудным диском, когда он был в звании эвоката. Позже он вырос в звании до первого копья, но получил в награду еще один набор тех же наград. На самом деле повторное награждение как бы подчеркивало заслуги награжденного. Так, в британской армии военный крест с планкой считается выше, чем первый полученный военный крест, а военный крест с двумя планками — еще выше. В римской армии повторное вручение одинаковой награды делало ее значительно более весомой. Этот принцип можно проиллюстрировать ярким примером из времен ранней республики: легендарный Сикций Дентат, избранный в 454 г. до н. э. на пост трибуна от плебеев (ок. 514 г. до н. э. — ок. 450 гг. до н. э., предательски убит ударом в спину по указанию децемвира Аппия Клавдия. — Ред.), вряд ли смог бы одновременно надеть все свои награды, если таковые действительно были ему вручены. Ветеран 120 битв, восьмидесятикратный победитель в личных поединках, он имел 45 шрамов на груди и ни одного на спине. Считается, что он был награжден «серебряным копьем» не менее чем 18 раз. Кроме того, он 25 раз награждался нагрудным диском, 83 раза — ожерельем, более 160 раз — нарукавной лентой (браслетом), 26 раз — венцом. Причем 14 из венцов были так называемыми соrоnae civicae, что давались за спасение жизни соотечественника, 8 венцов — соrоnае aureae, за победу в единоборстве (возможно, не над врагами, а над другими центурионами), 3 — соrоnае murales, 1 — наивысшая награда за храбрость, венец corona obsidionalis, который давался за освобождение города от вражеской осады. Плиний Старший называет лишь восемь граждан Рима, награжденных последней из перечисленных наград, в том числе императора Августа. Венец corona civica теоретически мог получить любой из граждан империи, однако после смерти императора Клавдия случаев награждения этим знаком не отмечено. Позже император Септимий Север учредил «золотой гражданский венец», которым награждались центурионы. По-видимому, никому из героев империи больше так и не удалось совершить героических поступков, сравнимых с теми, что совершил Дентат. Если кто- то из них и получал некоторые награды повторно, то в гораздо меньших количествах, чем легендарный герой Рима. Все перечисленные выше награды надевались солдатами на военных парадах и во время праздников. Обычно награда вручалась самим императором или по его представлению после окончания военной кампании.

Иногда награждались не отдельные солдаты, а целые войсковые формирования. И снова при выборе награды для подразделений не соблюдалось равенство. Преторианские когорты могли получить «золотой венец», который помещался на их штандарт. Легионы также могли быть награждены венцом. Но когорты в их составе получали лишь диск. Вспомогательные войска могли включать названия полученных наград в свои наименования, которые после этого порой становились очень длинными. Например, «1-я тысячная ала граждан Рима, имени Флавия Августа Британика, дважды награжденная ожерельем за заслуги» или «1-я когорта бревков (иллирийское племя. — Ред.) граждан Рима Валерия, победоносная, дважды за доблесть получившая право быть награжденной ожерельем». Первой из двух названных выше когорт были присвоены три награды: в первую очередь имя Флавия Августа выделяет крыло, точно так же, как в наше время в британской армии префикс Royal (королевский). Во-вторых, это титул «римских граждан» (civium Romanorum). (Обычно обозначался аббревиатурой C.R.) Он обозначает, что за особые заслуги весь личный состав алы или, по крайней мере, те, кто не имел раньше римского гражданства, были удостоены его. И наконец, фраза «bistorquata ob virtutem» означает, что штандарт алы был дважды украшен соответствующей наградой за некие заслуги. Известны и случаи награждения подобным образом целых легионов. Например, II, III и VIII легионы известны как «носящие имя Августа (Августов)», а VII и XI легионы стали Клавдиевыми за верность императору, проявленную в 42 г. н. э. Очень часто по отношению к легиону применяется определение pia fidelis. Так, в 83 г. н. э. император Домициан присвоил I легиону (Минервы) почетное наименование legio I Flavia Minervia pia fidelis Domitiana. После смерти Домициана имена Флавия и Домициана убрали из наименования легиона, и он стал называться legio I Minervia pia fidelis.

Наказания

Строгость дисциплины в римской армии времен республики стала почти легендарной. Конечно, здесь не обошлось и без многочисленных преувеличений историков ранней империи, которые пытались воплотить нереализованные мечты настоящего хотя бы в прошлом. Кроме того, они пытались смешать этот трезвый расчет с идеализмом Августа. Это стремление было настолько неприкрытым, что такие писатели, как Валерий Максим (римский историк I в.), а также автор тома IV знаменитых «Стратегем» (которым никак не мог быть Фронтин, однако именно Секст Юлий Фронтин (ок. 30 г. — ок. 103 г.) считается, вопреки мнению автора, автором «Стратегем». — Ред.) с очевидным одобрением рассказывают о суровых полководцах, основной заслугой которых является как раз эта безжалостность. Полибий, которому довелось очень скрупулезно изучить нравы и обычаи в Риме того периода, относит успехи римлян на военном поприще именно к четкой системе поощрений и наказаний, которая была введена и которой неукоснительно следовали военные. И все же мы не должны преувеличивать роль дисциплины в римской армии. По мнению Мессера, представители современной немецкой исторической науки, несомненно, под влиянием германских военных традиций, имеют тенденцию автоматически принимать всерьез многочисленные панегирики римской армии, исходившие как от их предшественников, так и от древних историков. Он пришел к прямо противоположному выводу: для римской армии того периода характерны склонность к мятежам и неподчинению. Он отметил, что во времена республики римский легионер демонстрировал самостоятельность в мыслях и поступках; он был совсем не тем, кем обычно принято считать римского солдата. Именно индивидуальная инициатива делала римского воина столь успешным, а вовсе не слепое безоговорочное повиновение. Правда, как водится, лежит где-то посередине между этими двумя полярными точками зрения. (Автор не может понять, что была личная инициатива (воина, командира) в рамках выполнения приказа вышестоящего начальника и при железной дисциплине, когда основной вид наказания — смерть. — Ред.)

Читатель может возразить, что тотальная система всеобщего слепого подчинения эффективно функционирует в армии общего призыва, в особенности во времена национального кризиса, такого, как вторжение Ганнибала во время Второй Пунической войны. Однако в условиях империи и при профессиональной армии, набор в которую осуществляется на добровольной основе, такая система столь пагубно скажется на комплектовании, что под вопросом окажется само существование армии. И все же суровые законы современного иностранного легиона тем не менее не отпугивают новобранцев, и приток рекрутов туда не иссякает. Иосиф Флавий пришел к тому же выводу, что и Полибий: методы подготовки римских солдат частично основывались на страхе. По римским законам смертью каралось не только дезертирство с поля боя, но и гораздо более легкие прегрешения по службе. А полководцы Рима наводили еще больший ужас, чем римские законы. Таким образом, дисциплина в армии во времена империи повсюду была железной.

И все же остается общее впечатление, что дисциплина в армии во времена империи, как и во времена республики, была не настолько суровой, как об этом гордо рассказывают некоторые римские историки, с которыми полемизирует Мессер. Особенно это касается восточных легионов, за исключением периода, когда они имели несчастье попасть под командование Корбулона. (Почему же несчастье? Полководец Гней Домиций Корбулон, наведя порядок в легионах, успешно воевал с парфянами в 50–60-х гг. — Ред.) Характерным для описания жизни западных легионов является описание Тацитом Ауфидиена Руфа, ненавидимого всеми коменданта легионного лагеря (praefectus castrorim) во времена восстания в Паннонии: «Дослужившийся после долгих лет службы до звания центуриона, получивший вскоре должность префекта лагеря, он выступал за восстановление старых традиций жесткой дисциплины». Создается впечатление, будто подобное отношение к службе уже считается чем-то старомодным. Точно так же Корбулон, принимая легионы Нижней Германии в 47 г. н. э., обнаружил, что солдаты не желают заниматься ничем, кроме грабежей и мародерства. После восстановления «традиционной» дисциплины он приобрел репутацию придиры и тирана. В войсках о нем ходили многочисленные легенды. Можно предположить, что Корбулон не стал бы настолько знаменитым, если бы в армии было много военачальников, подобных ему (Гней Домиций Корбулон был прежде всего талантливым полководцем, громившим врагов империи и на западе и на востоке. — Ред.). Однако, скорее всего, римские генералы тех времен отличались относительной гуманностью к подчиненным. Говоря о дисциплине в римской армии, необходимо постоянно делать ссылку на то, о каком веке идет речь. Во время первых двух столетий существования империи традиционно характерные для римлян качества стали постепенно изменяться (в сторону падения дисциплины и, как следствие, боевой подготовки).

Поэтому, перечисляя существовавшие официально в армии виды наказаний, необходимо также учитывать и то, что думающий офицер никогда не применял некоторые из них, хотя и мог воспользоваться своим правом по закону. Он следовал более или менее стандартной практике. Читателю также будет полезно разобраться в том, что в действительности имело место, а что было плодом фантазий писателей.

А. Децимация. Изо всех видов наказаний, которые могли применяться в римской армии, децимация, по-видимому, является наиболее известным. Этот вид наказания обычно применялся к одной из когорт, каждый десятый солдат которой путем жребия приговаривался к казни. Казнь обычно осуществляли их товарищи из других когорт с помощью дубинок или камней. Оставшиеся в живых девять десятых личного состава при этом обычно получали более мягкое наказание, например переводились на ячменный рацион вместо пшеничного. Хотя этот варварский вид наказания применялся Октавианом во время Далматинской войны в 34 г. до н. э., другие примеры его применения во времена империи встречаются крайне редко. Самый ранний такой случай произошел во времена императора Тиберия. Тогда некто Л. Апроний, принявший командование в кампании против Такфарината (восстание в Африке, начавшееся в 17 г., в котором большую роль сыграло племя мусуламиев и его вождь Такфаринат, служивший в римской армии. Повстанцы были разгромлены в 24 г., Такфаринат погиб в бою. — Ред.) после Камилла, отдал приказ о децимации в одной из когорт. Сам Тацит говорит о децимации как о редком и устаревшем виде наказания. По свидетельству Светония, Калигула (родился в 12 г., правил в 37–41 гг.) также намеревался применить децимацию в легионах, где происходили волнения в то время, когда он собирал войска для похода в Германию (39–40). Эта резня, которую император затеял фактически как акт мести целому поколению за свое детство (предположение автора. Калигула провел детство в рейнских лагерях среди солдат, нося солдатские башмаки (caliga), откуда и прозвище. Кроме того, автор намекает на известные волнения 14 г. (когда Калигуле было 2 года). — Ред.), была легко предотвращена после того, как в армии ясно высказались против этой варварской меры. В следующий раз децимация все-таки была проведена по приказу педантичного и жесткого императора (правил в 68–69 гг.) Гальбы. Он приказал провести показательную казнь среди солдат легиона, сформированного при императоре Нероне из бывших моряков. Когда Гальба приказал этим людям вернуться во флот, солдаты вновь созданного легиона отказались подчиниться этому приказу. Они потребовали официального признания легиона с вручением ему орла и штандартов. Ударом кавалерии Гальба опрокинул новоиспеченных легионеров, а затем провел в легионе децимацию. Этот жестокий акт был проведен при первом посещении Гальбой города. В результате новый император восстановил войска против себя. И все-таки 22 декабря того же года Гальба был вынужден пересмотреть свое решение. Ему пришлось официально признать легион в составе бывших моряков флота под названием I Вспомогательный, как это упомянуто в трех аттестатах, датированных тем днем. Поскольку этот шаг явился признанием требований моряков и в то же время эти требования послужили причиной назначения децимации, несчастные солдаты, по крайней мере, умерли не напрасно. Все перечисленные выше немногочисленные случаи применения децимации указывают на то, что этот вид наказания были склонны применять те, кто был увлечен обычаями «старых добрых времен». К таким людям принадлежал, в частности, и Кассий Лонгин, который на сенатских слушаниях в 61 г. н. э. поддержал мнение о необходимости казнить всех рабов убитого городского префекта, а также одновременно провести децимацию в армии. В тот раз обращение вернуться к старинным порядкам победило, и соответствующий приговор был вынесен, несмотря на массовые протесты народа. Однако децимацию пришлось отменить, так как, несмотря на то что армия с легкостью могла бы оказать помощь в казни невинных рабов, профессиональные солдаты вряд ли стали бы помогать в несправедливом убийстве собственных товарищей.

Б. Смертная казнь. Дезертирство, участие в мятеже, неподчинение командиру могли послужить причиной того, что отдельному солдату выносился смертный приговор [37] .

Однако на практике применения этой меры наказания старались избегать. Даже в случаях дезертирства принимались во внимание такие обстоятельства, как срок службы, звание или должность, место службы, каких обязанностей пытался избежать солдат, его поведение в прошлом, дезертировал ли солдат в одиночку, в паре или группой, совершал ли он за время отлучки какие-либо преступления, сколько времени отсутствовал солдат, как он вел себя в дальнейшем, вернулся ли он к исполнению своих обязанностей добровольно или принудительно. Если речь шла о молодых солдатах, впервые участвовавших в бою, им делались дополнительные поблажки, хотя это вовсе не означало, что бегство в первом бою оставалось безнаказанным. Однако более часто назначались гораздо более мягкие наказания, чем высшая мера. Солдата могли подвергнуть телесным наказаниям, денежному штрафу, назначению дополнительных обязанностей по службе, переводу на менее престижную службу, понизить в звании или с позором изгнать со службы. Только Корбулон, по свидетельствам очевидцев, в таких случаях всегда настаивал на смертной казни.

В. Увольнение или расформирование. Максимальным наказанием для подразделения (части) было его расформирование. Расформирование могло осуществляться различным путем:

1. Три легиона, XVII, XVIII и XIX, уничтоженные в битве в Тевтобургском лесу в 9 г. н. э., больше не подлежали восстановлению, а эти номера никогда больше не использовались.

2. Иногда легион просто исчезал из списков армии, как это случилось с XV легионом Фортуны Перворожденной после мятежа Юлия Цивилиса, V легионом Жаворонков после поражения Корнелия Фуска в Дакии в 86 г. н. э., XXI легионом Стремительным или Хищником, который, возможно, был уничтожен на Дунае в 92 г. н. э., а также XXII легионом Дейотаровым, который мог быть уничтожен во время восстания в Иудее в 132–135 гг. н. э. Конец IX легиона (Испанского) до сих пор является загадкой. Долгое время считалось, что он таинственным образом погиб в Британии либо в 119-м, либо в 130 г. н. э. Однако в наше время считается, что в 121 г. легион был переведен сначала в Новиомаг (совр. Неймеген в Голландии), а позднее, возможно, на восток. Если это так, то легион мог погибнуть в Иудейской войне 132–135 гг., разделив печальную судьбу XXII легиона, либо (наиболее вероятно. — Ред.) он был потерян в Армении (в битве с парфянами. — Ред.) в 161 г. н. э.

3. Некоторые легионы были расформированы, а затем заново созданы вновь в другом виде. Например, после восстания Цивилиса I легион был объединен с VII (созданным Гальбой) в VII легион Парный, одновременно IV Македонский легион был преобразован в IV Счастливый Флавиев, XVI Галльский таким же образом превратился в XVI Стойкий Флавиев.

4. В III в. два легиона были подвергнуты так называемому «проклятию памяти» (damnatio memoriae). III (Галльский) легион подвергся этой участи в 219 г. н. э. за то, что выступил против Элагабала (правил в 218–222 гг.). После падения этого императора легион вновь вернули в строй. III (Августов) легион был подвергнут этому наказанию в 238 г. и восстановлен через 15 лет указом Валериана (правил в 253–260 гг., разбит и взят в плен персами, в плену вскоре и умер).

Расформирование частей не было чем-то новым для империи. Так, например, в 75 г. до н. э., во время войны с дарданами (иллирийское племя, жившее на территории современных Южной Сербии и Македонии. — Ред.), Гай Скрибоний Курион расформировал один из пяти находившихся под его командованием легионов и распределил солдат легиона по оставшимся четырем. Во время гражданской войны Октавиан приказал предать позору и расформировать X легион. Точно так же Цезарь перед битвой при Плаценции не нашел иного выхода, как расформировать свой IX легион. Он с позором уволил всех солдат и восстановил легион только после многочисленных просьб, когда все зачинщики мятежа были наказаны. С подобной угрозой Цезарь обратился и к солдатам своего X легиона в Риме после того, как те стали требовать немедленно распустить их по домам и выплатить положенные им деньги, несмотря на то что война в Африке все еще продолжалась. Ему удалось заставить солдат прислушаться к голосу благоразумия после того, как он обратился к ним «Граждане!» вместо обычного «Солдаты!». Приказ о расформировании был тогда отменен, однако самые рьяные из бунтовщиков были наказаны: они лишились третьей части предназначенной для них земельной собственности, а также трофеев.

По мере того как армия становилась профессиональной, для отдельного солдата изгнание с позором из армии становилось все более серьезным наказанием. Потеря вознаграждения за службу (praemia militiae), которой сопровождалось изгнание из армии, было серьезным ударом для ветерана, отслужившего много лет в легионах. Существует упоминание о том, что Цезарь широко использовал эту меру в отношении нерадивых солдат. Так, он уволил перед строем всей своей армии двух военных трибунов и трех центурионов. После того как в 6 г. н. э., во времена Августа, армия стала полностью профессиональной, военные расходы стали покрываться за счет казны (aerarium militare), а после выхода в отставку солдаты получали пособие (praemia militae), возможность быть с позором изгнанным со службы стала мощным средством устрашения для склонных к невыполнению своих обязанности и неподчинению командирам.