Чтение онлайн

— Да, давай поболтаем, — произнесла она негромко. — Только голова у меня соображает довольно плохо, если что, пожалуйста, не обижайся.

— Что ты! — воскликнула Мириам. — Я все понимаю, не беспокойся!

— Здорово, если рядом есть хоть один человек, который понимает все, — сказала Лесли с горькой усмешкой. — Особенно в тот момент, когда узнаешь о предательстве другого.

Мириам взяла ее за руку, провела ладонью по горячей щеке.

— Тебя понимаю не только я, — произнесла она с чувством. — Но и Уэнди, и Том, и Клэр!

— Да, Уэнди просто молодец. — Лесли даже еле заметно улыбнулась, подумав о том, что вместе с тяжелым испытанием жизнь послала ей и новых верных друзей. — Решилась на такое!

— Эти обормоты, сообразив, что именно она рассказала тебе о пари, так и накинулись на нее.

— И? — спросила Лесли встревоженно.

Мириам засмеялась.

— Ну, стоило лишь Тому посмотреть на них соответствующе, как они тут же забыли, какие претензии собрались предъявить Уэнди. Да и она не растерялась: заявила, что считает себя правой. Такие вот дела…

— Откуда ты все это знаешь? — спросила Лесли.

Мириам распустила волосы и покачала головой, рассыпая их по плечам.

— Все очень просто. Поначалу я стояла в таком месте, где вы не могли меня видеть. А потом, после вашего с Оливером исчезновения, когда поднялся шум, подошла ближе и все услышала.

— Чем все закончилось? — спросила Лесли, постепенно приходя в себя.

— Уэнди и Том сразу удалились. Куртис стал объяснять, что произошло, Клэр. Это повергло ее в ужас, и они, естественно, поругались.

— О господи! — воскликнула Лесли, искренне желая, чтобы возлюбленные как можно быстрее помирились.

— Руди с Питером тоже рассорились, — продолжала Мириам. — Насколько я поняла, довольно по-крупному. Стали выяснять, кто больше виноват, ну и так далее. В общем, никто не остался доволен этим дурацким пари. Меня ни один из них не заметил. Когда мне все надоело, я ушла — веселиться, разумеется, как-то расхотелось.

Лесли дала себе слово, что судьбой Оливера никогда больше не заинтересуется, но услышать сейчас от Мириам, что стало с ним, хотела больше всего на свете. Подруга поняла ее без слов.

— Когда я вышла на улицу, Оливер сидел напротив «Пелт» поддеревом… Если о нем тебе слышать неприятно, скажи, я сразу замолчу.

— Нет-нет, — поспешно произнесла Лесли, боясь, что Мириам и в самом деле замолчит. — Продолжай, пожалуйста, я в порядке.

— У него был такой вид, будто ему теперь абсолютно все равно, что с ним произойдет сегодня ночью, завтра, через год. Он оживился, только когда увидел меня. Вскочил, пошел мне навстречу.

— Ты разговаривала с ним? — спросила Лесли, не зная, хочет ли получить ответ, точнее, что именно желает услышать.

— Совсем немного, — сказала Мириам. — Он попытался объяснить мне, будто дорожит тобой как никем другим на свете. Я спросила, спорил ли он с Куртисом, Руди и Питером. Оказалось, действительно спорил. Тогда я обозвала его «тварью». Знаешь, что он ответил?

— Что?

— Сказал, что так оно и есть и, наверное, он не достоин любви такой девушки, как ты. Но он хотел бы поговорить с тобой хотя бы еще раз. Я ответила, что ты вряд ли на это согласишься.

Правильно, — произнесла Лесли медленно, подавляя в себе вспышку острого желания выслушать объяснение Оливера. — Он может осыпать меня ласковыми словами и заверениями, но от этого ничего не изменится. Время вспять не повернешь, и тот день, когда они поспорили, из истории не вычеркнешь.

— Точно, — ответила Мириам. — Раз уж все началось у вас так неприглядно, ничего хорошего ждать не стоит. Хотя…

Она о чем-то задумалась, и Лесли всем своим существом вдруг поверила в то, что у них с Оливером еще есть шанс.

С небес на землю ее вернул голос разума. Ты что, совсем спятила? — спросил он строго. Разве можно надеяться на счастье с человеком, так хладнокровно втоптавшим в грязь твои лучшие чувства? Это безумие! Очнись!

— Хотя когда я взглянула в его глаза, — вновь заговорила Мириам, — увидела в них столько искреннего раскаяния и любви, что даже задумалась, а не попробовать ли тебе… — Она резко замолчала, замотала головой и замахала руками. — А вообще-то нет! Что я такое несу? Сейчас насоветую тебе бог весть чего, а потом опять буду проклинать себя. Наверное, об Оливере тебе и впрямь надо забыть. Раз и навсегда. Первое время будет тяжело, потом страсти поулягутся и все пройдет. В один прекрасный день ты найдешь себе гораздо более достойного парня, а к Оливеру перестанешь возвращаться даже в мыслях!

Мириам произнесла последние слова с подъемом, но Лесли не поверила в то, что они когда-нибудь сбудутся. Может, потому, что почувствовала в них оттенок неискренности… Или потому, что ощущала странное нежелание встретить на своем пути другого. Следовало сменить тему.

— А как же Джерри? — спросила она, внезапно вспомнив о намерении Мириам посвятить этот день приезжему студенту из Нью-Йоркского университета. — Почему ты не с ним? Вы ведь перенесли свидание на вечер…

Мириам скривила рот.

— Знаешь, я подумала, что мне необходимо сделать перерыв. Я уже запуталась в парнях, с которыми в последнее время гуляла… Да и, если честно, немного устала от непостоянства.

— Серьезно? — спросила Лесли, всем сердцем радуясь происходящим в подружке переменам. — По-моему, это здорово!

— По-моему, тоже, — скромно призналась Мириам.

Некоторое время обе молчали. Лесли принялась размышлять о том, что в ближайшем будущем ей будет ужасно тяжело и что надо с достоинством все вынести.

— Кстати, в его глазах нет ничего особенного, — неожиданно сказала Мириам. — Я вечно все приукрашиваю и лишь по прошествии времени это осознаю.

— В чьих глазах? — спросила Лесли, живо представляя Оливера и уже готовясь, несмотря ни на что, заявить, что глаз, лучше чем его, на свете просто не существует.

Джерри, — ответила Мириам, всем своим видом выражая безразличие. — Увидев его сегодня в третий раз, я так сильно разочаровалась, что сбежала при первой же возможности. — Она подняла руки, будто решила, что Лесли намеревается прочесть ей нотацию. — Он еще не успел всерьез мной увлечься, переживет расставание с легкостью, точно тебе говорю.

Лесли взглянула на ее очаровательные веснушки, на слегка наморщенный нос и от души рассмеялась, чувствуя спасительное облегчение.

Жизнь для Оливера превратилась в сущий ад. С того проклятого вечера прошел уже почти месяц, а боль в сердце никак не утихала. Горела ярким пламенем и любовь. Он сотню раз пожалел, что заключил с друзьями идиотское пари. Ну с какой стати ему взбрело тогда в голову соблазнить совершенно незнакомую девушку? Почему он не подумал о ее чувствах? Не остановился вовремя? Не открыл ей карты, когда полюбил ее, не попытался все объяснить сам?