Чтение онлайн

— С приятелем? — полюбопытствовала мать, и по напряжению, прозвучавшему в ее голосе, Оливер сразу догадался, что ей хочется услышать: «Нет, с любимой девушкой».

Он засмеялся.

— Нет, не угадала.

— Значит, с девушкой? — спросила мать, не пытаясь скрыть радости.

— Да, с девушкой! Самой красивой и доброй в мире! — Оливер вдруг вспомнил, что главный разговор между ними еще не состоялся, и смутился. — Если, конечно, она согласится…

— Разумеется, мы не станем возражать! — воскликнула мать. — Будем только рады!

Оливер вышел на улицу чуть раньше, чем следовало, и в мечтательной задумчивости побрел в направлении основного учебного корпуса отделения искусств. Последнего занятия у них сегодня не было, поэтому он и коротал время, сидя в комнате, а теперь решил прогуляться — проветрить перед самым серьезным разговором в жизни голову.

Он шел, ничего не замечая вокруг, и прошел бы мимо почты, если бы не услышал голос Энн Верлен, что-то кому-то объясняющей на повышенных тонах. Повернув голову и взглянув на нее, он остолбенел. Энн стояла у входа в почтовое отделение и беседовала с… Лесли! Та смотрела на нее недоуменно, ничуть не смущаясь, однако, и не пытаясь возражать.

Сразу сообразив, что Энн проводит очередную операцию по завоеванию его сердца, Оливер подскочил к ним и уверенным движением положил руку на талию Лесли. Та не вздрогнула и не отстранилась — повела себя так, будто ничего другого от него и не ожидала.

— Оливер! — Лицо Энн расплылось в неестественной улыбке.

— О чем беседуете? — спросил Оливер, испепеляя ее взглядом.

— Мы?.. — Энн глупо хихикнула. — Да так, ни о чем…

— Она пытается объяснить мне, что ты без ума от нее, но по каким-то непонятным причинам ото всех это скрываешь, — невозмутимо произнесла Лесли.

— Даже от себя? — спросил Оливер, в упор глядя на Энн.

Та поправила меховой воротник и опять хихикнула.

— Возможно, — кокетливо покачивая головой, ответила она.

— Послушай-ка, Энн, — сказал Оливер настолько жестко, что Энн вмиг забыла о жеманстве, — ты сильно заблуждаешься. Запомни это раз и навсегда. Я люблю единственную девушку на земле — вот эту. — Он крепче прижал к себе Лесли, и та с легким вздохом положила голову ему на плечо. — Твои дурацкие письма, выходки просто бесят меня, я скоро тебя возненавижу. Оставь нас в покое или крупно пожалеешь!

— Пожалею? Ха! — Энн нервно вскинула голову и дернула плечом. — Как бы это вам не пришлось пожалеть!

— Я тебя предупредил, — сказал Оливер тихо, но настолько категорично, что в глазах Энн блеснул страх.

Она метнула на Лесли уничижительный взгляд, хмыкнула и зашагала прочь, стуча по очищенной от снега дорожке каблуками.

— Испугалась, — удовлетворенно произнес Оливер, поворачиваясь к Лесли. Та осторожно убрала с талии его руку и устремила вслед удаляющейся Энн задумчивый взгляд. — К тебе она больше не подойдет, — пообещал он. — Я давно ее знаю, изучил все ее повадки.

Лесли посмотрела на него как-то странно, опустила глаза и медленно произнесла:

— У вас был роман, по здешним меркам, довольно продолжительный. Так ведь?

— Да, — просто ответил Оливер, не пытаясь хитрить или выбирать слова.

— Она очень красивая, — заметила Лесли, все еще глядя в землю.

— И баснословно богатая, — добавил Оливер. — А еще убедила себя и окружающих в том, будто по уши в меня влюблена и во что бы то ни стало воскресит наш роман.

Лесли подняла голову, посмотрела на него расстроенно и недоуменно.

— И?.. — На ней была короткая курточка, чудесно подчеркивающая изящные линии рук и груди.

Оливер засмеялся.

— Что и?

— Почему ты так грубо говорил с ней? И почему не хочешь ответить на ее чувства? — произнесла Лесли чуть сдавленным голосом.

Оливер притянул ее к себе и обхватил ладонями светлое лицо.

— Это же очевидно, глупенькая. К Энн Верден я абсолютно равнодушен. Ее красота холодная, быстро приедается. Такие здорово смотрятся на обложках журналов, в реальной же жизни не особенно интересны.

— Но ведь когда-то вы встречались… — напомнила Лесли, вновь опуская глаза.

Оливер нежно провел по ее щеке пальцем.

— Во-первых, тогда я был совсем другим: еще не знал, чего хочу, что для меня наиболее важно и ценно. Во-вторых, даже не догадывался о том, что такое истинная красота, потому что не встретил тебя.

Лесли наконец посмотрела на него, улыбаясь глазами.

— Когда она подошла ко мне сегодня и заговорила о тебе, я, если честно, жутко растерялась, хоть и не подала вида.

— Умница моя! — воскликнул Оливер. — Ты абсолютно правильно сделала, что не показала ей своего замешательства. С такими наглыми и напористыми особами иначе нельзя.

Лесли глубоко вздохнула, мгновение поколебалась, потом порывисто прижалась к нему и уткнулась лицом в его грудь.

— Ты в самом деле равнодушен к ней и находишь ее красоту холодной?

Душу Оливера мгновенно переполнила неизъяснимая нежность.

— Эй, а ты случайно не ревнуешь меня?

Лесли напряженно замерла, но тут же расслабилась и кивнула, становясь вдруг совсем маленькой и беззащитной как доверчивый ребенок. Она еще не сказала, что простила его, что готова забыть о пари и начать все сначала. Но Оливер больше не сомневался в этом и чувствовал себя первым в мире счастливцем.

— Да, ревную, — пробормотала Лесли. — Хоть прекрасно понимаю, что это глупо и смешно. И потом… — Она замолкла и крепче прижалась к груди Оливера, словно прячась от надвигающейся опасности.

— И потом? — осторожно спросил Оливер. Лесли медленно отстранилась от него, отвернулась и протянула:

— И потом я не имею права тебя ревновать. Мы ведь не… — Она усмехнулась, маскируя смущение. — В общем, нас сейчас ничто не связывает…

Что это значит? — подумал Оливер, напрягаясь от испуга. У нее нет желания вновь со мной сходиться, несмотря на чувства, на то, что вчера она так искренне за меня испугалась? Нет, только не это. Надо поскорее во всем разобраться, а то я тронусь умом, ей-богу!

— Лесли, пожалуйста, посмотри на меня, — попросил он, исполненный решимости. — Ты сказала, что готова поговорить со мной, и я, как дурак, обрадовался, приняв твои слова за согласие снова быть вместе. Взгляни же на меня, я должен видеть твои глаза!

Лесли повернулась и посмотрела на него прямо и уверенно, больше не стесняясь и не пытаясь спрятаться.

— Если я ошибаюсь, прошу, не мучай меня! — взмолился Оливер. — Скажи об этом сейчас же, и я сразу оставлю тебя в покое!

Лесли улыбнулась своей светлой искренней улыбкой. Энн никогда в жизни не научится быть настолько естественной, мелькнуло в голове Оливера. Никогда не станет такой привлекательной, такой головокружительно желанной.