Чтение онлайн

— Йог-Сотот? "Ключ и Врата"? Ты уверена? Тогда мы в большой беде, очень большой беде...

Тихо добавила:

— Тебе повезло, что ты не умерла от ужаса, увидев его.

— Не умерла, как видишь, — попыталась храбрится Эмили, хотя тогда, в святилище, кажется, была близка к этому.

При взгляде на ее истощенный вид у Яна зашевелилось что-то в том месте, в котором у обычных людей обитает совесть, и он заботливым голосом спросил:

— Неважно выглядишь. Может, все-таки хочешь покурить?

— Нет. Подсаживается на опиум я не хочу. Попытаюсь забыться алкоголем, — она вновь поднесла бутылку к губам и сделала пару больших глотков.

Ян расхохотался:

— Так вот оно в чем дело! Подсаживаться. Какая чушь! Лечится четвертью бусины на любой стадии. Или ты правда думала, что я наркоман? Как мои любимые клиенты? Это так... мило.

Если честно, именно так Эмили и думала. Правда на фоне всего остального опиум был для нее лишь привычкой из раздела “у каждого свои недостатки”.

Тем временем Ян двумя пальцами взял ключик и покрутил туда-сюда.

— Интересно, а о чем думал этот Йог, когда давал тебе такую штуковину? Ведь что нам мешает просто взять этот ключ, и смотаться в другие миры без чьего либо одобрения? Он найдет нас там и отшлепает?

Ему в миг сделалось так забавно, что улыбка растянулась до ушей.

Девушка невесело усмехнулась:

— Скорее, искренне посмеется, и отправит другого наемника уже по наши головы. Ему все равно, кто разберется с проблемой ключей — лишь бы получился забавный спектакль для его удовольствия.

— Вот как, — умилился Ян. — Понимаю. Как оказывается, я сам не очень-то отличаюсь от древних богов… Возможно, я и впрямь немножко демон, — последняя фраза явно предназначалась Анориэль, чей взгляд красноречиво давал понять, что гордиться подобным несколько неуместно. — Вот только, если Йог действительно хочет нас нанять... то он очень мало платит. Вернуться домой? А зачем мне это? Что лучше: быть нищим скитальцем, у которого есть только верный меч и дурная слава? Или остаться в мире, полном сволочей и мразей и по полному праву ощущать себя самым честным и самым добрым? А еще богатым. Лично я уверен — второе. Так что пусть придумает награду поприличнее.

— А это награда не тебе, а мне, — неожиданно серьезно отозвалась Эмили. — Задание действительно выглядит, как полная хрень, хотя бы потому, что единственная зацепка, которая может вывести нас к вору — это здешний маньяк. Но я хочу, чтобы Анориэль вернулась в свой мир. Потому что я должна уговорить тебя взяться за это дело.

Девушка сама не заметила, как опустошила бутылку почти наполовину, но совершенно не чувствовала себя пьяной. Она обернулась к эльфийке и мягко спросила:

— Ты ведь хочешь домой?

— Я... хочу, — ответила Анориэль. — Больше всего на свете. Но... я боюсь принимать помощь Ключа и Врат. В словах его ложь и яд. Так было испокон веков.

Ян тем временем развалился на кровати и закинул в рот очередную конфету:

— А этот древний монстр умен, чертовски умен. Я бы даже сказал, по-злодейки изящен. Сыграл на чувстве ответственности за слабых. Так как ты будешь уговаривать меня, возлюбленная моя Эмили?

Девушка отставила бутылку в сторону, и повернулась к Яну, лукаво прикрыв глаза.

— Как же печально, что не тем способом которым хочется. Я бы точно смогла тебя убедить, и ты прекрасно это знаешь.

Улыбнувшись, она встала на ноги, но тут же пошатнулась от выпитого алкоголя и вынуждена была ухватиться за столешницу. Постояв немного, Эмили кое как вернула контроль над своим телом и пересела на кровать.

— А может быть это я бы убедил тебя послать непрошеного нанимателя куда подальше, а? — ее намеки повеселили Яна. — Я могу быть... очень убедителен.

Анориэль кашлянула, намекая на свое присутствие.

Эмили обернулась к ней:

— Я очень голодна. Не могла бы ты сходить вниз и попросить что-нибудь поесть?

Эльфийка, подумав, кивнула и вышла из комнаты.

Оставшись с Яном наедине Эмили, мгновение раздумывала, стоит ли об этом говорить, но все-таки спросила:

— Ян… скажи мне, кем тебе приходится человек с белой лентой на глазах? — ее голос звучал встревоженно.

— ЧТО? ОТКУДА ТЫ ЗНАЕШЬ?

На Яна страшно было смотреть: глаза расширились, лицо побледнело а на лбу выступил холодный пот.

Он поспешно, будто спасаясь от страшной опасности, отполз к спинке кровати, пока не уперся в нее лопатками.

Дрожащими пальцами вытащил из кармана горсть конфет, развернул, срывая фантики — ошметки неряшливо летели на пол — и закинул в горло.

— Не смей... — обретя способность говорить, прошипел он, будто раненый змей, — не смей говорить при мне об этом предателе! Он.... он... он посмел умереть и оставить меня одного!

Медленно выдохнув, Эмили выдержала паузу, давая ему успокоиться.

— Этого я и боялась. Важный для тебя человек, не так ли? А что, если я тебе скажу, что видела его, когда Йог открыл на мгновение портал?

— И вовсе даже не важный! Мне безразлично! Мне плевать! — в подтверждение своих слов он аж подушкой — единственным, что попалось под руку — швырнул в деревянный пол. Потом схватил Эмили за плечо, пальцы судорожно сжались, оставляя на коже кровавые синяки.

— Помнишь я говорил тебе однажды: кто раскапывает то, что погребено — умирает. Кажется, этому Йогу нужно объяснить столь несложное правило. Я может быть даже притащу ему вора за шкирку — лишь бы засадить меч в его бесстыжие глаза.

Казалось, что в плечо вонзаются стальные иглы, но девушка даже не пикнула и не увернулась.

— А вот это ты брось. Я видела что он такое, — она не отрываясь смотрела в его безумные глаза — И тот ужас, что я ощутила — я его даже словами передать не могу, а я девочка не из пугливых. Многое повидала. Я не сомневаюсь в тебе ни минуты, но стоит ли так рисковать?

— А я уверен, что стоит, — Ян улыбнулся одной из самых сумасшедших своих улыбок. — Мы все когда-нибудь умрем. В бою, или от яда, от ножа в спину. А кто-то... кто-то перережет себе горло, когда на его лживую праведность ляжет маааленькая тень.... И именно поэтому — да! Я пройдусь хоть по сотне измерений, хоть по тысяче — и достану ему желанный заказ. А потом — будь что будет!