Рождение Дамнара
Шрифт:
Тем не менее охота на ведьм вовсю бушевала в городских городах и поселениях. Инквизиция упорно боролась со всеми исчадиями ада, будто бы он действительно существовал, хоть ни единого подтверждения тому никто представить не мог. Собственно, о рае тоже все мечтали, но никто не мог ни подтвердить, ни опровергнуть. Ключ к правде о существовании и того и другого был в скрижалях и обрывках расшифровок, хранимых несколькими древними фамилиями людей и лесными домами. Увы, существование скрижалей и вера в их истинность и подлинность настолько крепки были в умах и сердцах людей, что единственный выход фанатикам виделся лишь в искажении информации. Истребить верующих, переписать историю. Да, это весьма просто, когда почти никто не умеет читать. Победителей не судят. К казненным, теперь уже еретикам, помимо уже привязавшихся слухов и клейм добавят новые, чтобы стереть начисто доброе имя.
Казалось, что герцога сморила дрема. Лицо разгладилось. Дыхание становилось все ровнее и медленнее, пока вовсе не затихло. Пульс старый Жрец уже не надеялся расслышать. Из небытия, с Той стороны материализовался робкий жнец смерти. Сгусток темной энергии, готовый сопроводить душу герцога в последний путь. Это явление, или существо – несмотря на прожитые годы и впитанные знания, Жрец до сих пор не смог найти ответа, кем именно являлись жнецы. Спросить тоже было не у кого. Владычица лишь позабавится от такого глупого детского вопроса, а остальным существам, наделенным магией, жнецы не видны, впрочем, как и души. Но душа герцога медлила.
Жрец изрядно нервничал. Он безоговорочно доверял решению Владычицы, но как же ему хотелось, чтобы они договорились!
Время шло, солнце заглянуло в решетчатые окна, осветив посеревшее лицо с несколько ввалившимися глазницами герцога. Жнец все еще не улетал. Некромант до крови прокусил себе щеку, борясь с искушением молиться Владычице. Она не любит, когда к ней обращаются попусту, тем более отвлекают от заинтересовавших ее дел. Оставалось только ждать и надеяться.
Когда герцога бесцеремонно раздели, привязали к салазкам и потащили, волоча половину туловища с головой по каменному полу, сдирая кожу, Жрец скрипнул зубами с такой силой, что удивлялся после, как они вообще не рассыпались от такого обращения. Мысленно желая всем присутствующим кровавой бани, постарался использовать крохи накопленной энергии, чтобы хоть чуть-чуть подпитаться от жнеца, собственной боли и наступившей смерти тела герцога. То, что он вернется живым, было уже почти нереально. Слишком долго тело оставалось без жизненной силы. Душа не сможет в таком существовать – очень большие необратимые повреждения…
Конец ознакомительного фрагмента.