Чтение онлайн

Голый крупнее. Он на два с половиной фута выше моего спасителя, хотя и не выглядит таким мускулистым. Я смотрю, как он рычит и сгибается пополам, когда мой защитник бьет его сжатым кулаком в бок, затем ахаю, когда вижу четыре кроваво-красных раны, оставшиеся после.

Что случилось?

Голый возвращается, нанося удар по лицу моего защитника, но он идет широко, и его инерция несет его, врезаясь лицом в ствол дерева, который разрывается пополам, как ветка с тошнотворным хрустом.

— Это земля Пакта, — рычит мой спаситель. — Ты меня слышишь? Уходи сейчас же, гребаный пес.

Голый смеется, вытирая пальцем под носом, и поворачивается назад, капли крови размером с медальон летят по дуге, чтобы попасть в кусты.

— Теперь моя земля. Почувствовал зов, — голос у него прерывистый, глубокий рык, как будто язык для него труден. — И моя женщина. Нравится, как она кричит. Хочу еще услышать, как она кричит.

Мой спаситель бросает взгляд в мою сторону, его глаза желтеют в полумраке под листвой, и я отшатываюсь. В этом прищуренном взгляде мало человеческого. Это больше похоже на то, как его прижал волк, решивший, что я буду его следующей едой.

— Она чертовски моя, — рычит он.

И я издала тихий стон, который больше похож не на страх, а на… желание.

Почему я так реагирую? Пульсирующий жар прокатывается по мне, когда он приседает.

Я кричу, когда они оба бросаются вперед, врезаясь друг в друга в воздухе, а затем опрокидываясь на землю. Я почти чувствую это на себе, когда голый вонзает гигантский когтистой кулак в бедро моего спасителя, оставляя кровавые порезы на его джинсах, затем полосует его лицо, сдирая плоть со щеки.

Затем мой защитник оказывается сверху, поднимая сначала одну руку, затем другую, колотя кулаками в лицо другого, вызывая рев боли, пока его не схватили за плечи и не сбросили. Голый поднимается, отталкиваясь одной рукой от земли, с его подбородка капает кровь.

Затем со стоном падает вперед, врезаясь в землю.

— Моя, — хмыкает мой защитник, качая головой и поднимаясь на ноги, возвышаясь над поверженным противником. — Она чертовски моя. Не забывай об этом. Хочешь жить, выберешься отсюда и отправишься на север. Там много широких лесов. Если я увижу тебя снова, я убью тебя.

Чувства противоречивого характера берут верх над моим страхом. Я впечатлена тем, что мой защитник вырубил голого гиганта, желая при этом попробовать на собственном опыте врезаться в него. Я должно быть в шоке.

Он выплевывает кровавую кашу в рухнувшее тело, затем поворачивается.

И его взгляд падает на меня.

Глава 3

Каллэн

Я хочу убить его.

Эта мысль поглощает меня, когда я заставляю себя отступить, чтобы идти к ней, когда сзади раздается звук тяжелых шагов отступающего дикого зверя. Если ей больно… если он причинил ей какой-либо вред… я не смогу себя контролировать. Единственная причина, по которой я могу оставить его в живых прямо сейчас, это память о том, как они нашли моего отца. После того, как мою маму убили, он оставил Пакт и сам отправился на север. Но он так и не сделал этого. Когда я едва успел понять, что происходит, мы получили известие о том, что ферал волвен, соответствующий его описанию, был убит охотниками на канадской границе.

Фералы опасны, но я все еще не могу заставить себя думать о них как о монстрах. Они просто не владеют собой.

Тем не менее, то, что он сказал, беспокоит меня. Он услышал зов. Я понятия не имею, что это значит, и вместе с тем, что шериф Данлоп рассказала мне в городе о бесследно пропавших без вести животных, у меня плохое предчувствие по этому поводу.

— Ты ушиблась? — спрашиваю я, пробираясь сквозь кусты и делая всего несколько шагов, прежде чем оказаться рядом с девушкой. Она смотрит на меня широко раскрытыми глазами, и я пытаюсь сгладить хмурое выражение лица, чтобы казаться менее угрожающим. — Ответь мне. Тебе, черт возьми, больно? — рычу я. — Потому что, если ты…

Она качает головой.

— Тебе нужно в больницу.

Я протягиваю руку и вытираю лицо, чувствуя на пальцах теплую кровь.

— Я в порядке, — говорю я. — Я беспокоюсь за тебя.

— У него были когти, — произносит она, переводя взгляд с моего лица на мою руку. — У тебя были когти.

Чёрт возьми.

Эта хрень никогда не кажется простой. Я никак не смогу скрыть это от нее, так что я могу говорить правду.

— Да. У нас есть когти. Мы волвены.

— Волвен? Что это значит?

Как объяснить необъяснимое?

— Это значит, что мы не такие, как большинство людей, детка. Дополнительные клыки. Когти. Небольшая дополнительная плотность мышц. Кроме того, мы быстро выздоравливаем, — я вытираю лицо, поворачивая голову в сторону, чтобы она могла видеть, где должны быть следы от когтей. — Видишь?

Она качает головой. Но она не бежит, это хороший знак.

— Так ты оборотень?

— Нет. Среди нас есть историки, которые считают… — ей не нужно это слышать. Во всяком случае, не сейчас. Выбирай короткую версию. — Я обычный парень, который живет немного по-другому. Я Каллэн.

Я протягиваю руку, пытаясь быть дружелюбным, но она смотрит на нее. Когти. Она боится, что я собираюсь поцарапать её.

Блядь. Не то первое впечатление, которое я хотел.

Я отдергиваю руку и пытаюсь скрыть свое разочарование. Я хочу прикоснуться к ней.

— Он снова придет за мной? — спрашивает она, глядя мне за спину, и страх наполняет ее милое лицо.

— Нет. Я побил его, он больше ничего не будет делать, только не со мной.

— А когда тебя нет рядом?

Я резко втягиваю воздух через нос. Мысль о том, что меня может не быть рядом, когда я ей понадоблюсь, даже не приходила мне в голову, потому что правда в том, что я уже решил, что никогда ее не отпущу.

Не будет «когда меня нет рядом».

— Почему… почему ты так смотришь на меня? — спрашивает она, нерешительно делая шаг назад. Ее розовый язык скользнул по губам. Нервный жест, который ударяет прямо по моему члену.

Я сопротивляюсь желанию схватить ее, как будто она может убежать. Хотя я хочу эту погоню.

— Я не знаю твоего имени, — я не это хочу сказать, но это первая разумная мысль, которая приходит мне в голову.

— Сестина. Сестина Бербридж.

Черт, звук ее имени на ее губах заставляет мой член снова начать наполняться кровью, как это было в городе. Мне нужно выговориться об этом дерьме, и я могу представить только одну вещь, которая поможет это сделать.

— Ну, Сестина Бербридж, — говорю я, не сводя с нее глаз, — как я сказал нашему знакомому, это земля Пакта.

Она делает еще один шаг назад, но ее глаза не отрываются от меня. Она не видит дерево, вырисовывающееся всего в нескольких шагах от нее.

— Что такое Пакт?

— Пакт. Мы своего рода клан. Местные правоохранительные органы знают, кто мы такие, и позволяют нам жить своей жизнью, — я наблюдаю, как ее сиськи поднимаются и опускаются под ее милым коротким топом, пока она пытается перевести дыхание. — Когда ты находишься на земле Пакта, ты следуешь законам Пакта.