Чтение онлайн

— Ты жалеешь, что пришлось окунаться ночью из-за меня?

— Я сейчас обижусь.

— Тогда не говори глупости про миссию и прочее. Ты вернулась, потому что хотела видеть меня. И я тоже хотел видеть тебя и не хотел отпускать. Поэтому и поплыл на другой берег.

— Неизвестно куда и неизвестно к кому! Это глупо.

— Так же глупо, как и твое теперешнее бегство.

— Эдриан, прости. Наша сказка закончилась, мне пора в другую. — Она снова вспомнила его шепот с Шерри. Так, наверно, у него будет со всеми женщинами, а ей придется вечно ревновать… Нет, эта роль не для нее.

— Кто ты такая, Адель? — прошептал Эдриан. — Кто ты? Русалка? Волшебница? Почему мне с тобой хорошо, а без тебя так пусто и плохо? Почему мы так странно встретились и никак не расстанемся? Нас сводит сама судьба. Ты так не думаешь?

— Ты же сам сказал — Русалка. Помнишь сказку? Бедная несчастная девушка, которая отдала жизнь за любовь, а взамен не получила ничего. Я не хочу, чтобы это произошло со мной. Поэтому ухожу.

Он положил ее голову себе на грудь и поцеловал в волосы.

— Ты моя маленькая глупая девочка. Ты боишься полюбить меня?

Она зажмурила глаза и проговорила, с трудом разжимая зубы:

— Эдриан, ты что-то мне хотел сообщить?

— О чем?

— Не знаю. Ты говорил: «Мне потом тоже надо будет тебе кое-что сказать».

Он отпустил ее, немного помолчал, потом заговорил:

— Я хотел сказать «спасибо». Я ведь так этого и не сделал, кажется.

— Сделал. В самом начале.

— Ну, все равно. Спасибо. Ты спасла мне жизнь. И, кажется, я после этого буду гораздо меньше бояться плавать.

— В самом деле?

— Да. Особенно если представить, что ты плывешь рядом. Потому что с тобой мне лучше, чем без тебя, и не только в воде. А теперь, если так хочется, уходи. Я не стану тебе в этом мешать.

Она поднялась на носочки и аккуратно поцеловала его в щеку.

— Пока.

— Пока.

На лесной дороге было светло. И совсем не страшно. Она напрямую прошагала к своему дому и подумала, что могла бы спокойно дойти сейчас и до того берега. При желании можно дойти пешком куда угодно и когда угодно. Сейчас ей было просто холодно, и все. Сейчас ей просто хотелось спать.

А Эдриан еще долго стоял возле окна. Он догадался, что она пошла не на тот берег Он о многом догадывался и раньше, а теперь, когда она сказала, что «все наврала от первого до последнего слова», окончательно понял.

Но зря она корила себя за ложь, ибо для него это было совсем не главным. Главным было теперь другое.

Проведя ладонью по темному стеклу, как будто погладив ее силуэт, двигавшийся к соседней вилле, он почувствовал, как защемило сердце. Сейчас ему захотелось догнать ее, быть с ней всегда-всегда — с ее забавной самоуверенностью и таким детским непобедимым оптимизмом, с этими нелепыми «розыгрышами»… Его повлекла к ней какая-то непреодолимая окрыляющая сила. Он знал: без этой девушки в жизни его будет пусто и гулко, как было пусто и гулко в доме, когда она ушла. Она спасла его сегодня. Она — Русалочка?

Нет, нет! Это красивая, грустная сказка. Адель не такая. Адель красивая, но веселая. Она такая… Эдриан закрыл глаза, вспомнив их ночи, проведенные вместе. Она способна восхищать так, что перехватывает дыхание. Адель.

— Я люблю тебя, Русалочка, — прошептал он, глядя в окно. — Да, черт возьми! Я тебя люблю. И завтра ты об этом наконец-то узнаешь.

Но ни завтра, ни послезавтра она не узнала об этом. На следующее утро Адель молча, никому не говоря ни слова, сложила свои немногочисленные вещи вместе с одеждой Эдриана и отбыла на такси в сторону Хельсинки.

От нее на столе в гостиной остались коробка фруктов в шоколаде и записка: «Я уехала путешествовать. Не ищите, желаю счастья всем. Адель».

И когда Шерри, едва пробудившаяся и еще не совсем пришедшая в себя после вчерашнего веселья, увидела этот листок, она просто ничего не поняла. Несколько минут она сосредоточенно смотрела на записку, потом на конфеты. А потом в дверь постучали.

На пороге стоял Эдриан. Собственной персоной.

Шерри тяжко вздохнула. Случись такой визит вчера утром или на несколько дней раньше, может быть, она и прыгнула бы ему на шею, не теряя времени. Но… но сейчас ей оставалось лишь пожать плечами, предвосхищая его вопрос.

— Ее нет. Вот смотрите, что я нашла. — Она протянула листок.

Эдриан прочитал, потом поднял глаза на Шерри.

— Вы знали?

— О чем?

— Обо всем… И о том, что она собирается уехать, тоже.

— Нет. Вчера я догадалась, что вы с ней… знакомы, но она скрывала от нас. Адель — известная оригиналка. Впрочем, наверное, вам это уже удалось понять. — Шерри невесело улыбнулась. — А про ее отъезд… Честно говоря, я бы сама у вас хотела спросить.

— У меня?

— Ну не из-за меня же она уехала, в конце концов! Это вам должно быть известно, куда она исчезла и почему.

Он немного посопел и виновато спросил:

— Вы подруги?

— Надеюсь, что да. Хотя кто знает… Адель — это роза ветров. Никогда не знаешь, в каком направлении она будет двигаться в следующую секунду.

— Спасибо, — сухо сказал Эдриан. — Я могу это взять с собой?

— Конечно.

Адель тем временем двигалась в направлении родного Нью-Йорка. Конечно, она наврала о том, что собирается путешествовать, у нее не было возможности тратить так много денег. Просто она придумала это, чтобы ее не беспокоили и не искали некоторое время. Она даже решила пока не ехать к себе на квартиру, а пожить у отца. Там-то ее точно никто не найдет.

Справившись в аэропорту, как себя чувствует ее багаж, заблудившийся в странах Азии, Адель узнала, что сотрудникам аэропорта, увы, об этом ничего не известно.

— А что, ваш кузен уже уехал? — спросил ее тот самый пожилой усатый финн, который встретился им с Эдрианом, когда они в первый раз приезжали за вещами.

— Какой кузен?

— Ну, ваш кузен. Такой большой, светловолосый… Или он вам не родственник?

— Ах, кузен! — Адель чуть не расхохоталась. — Н-нет, думаю, что он еще пока будет здесь.

— Тогда мы ему и отдадим ваши вещи, если они прилетят. Думаю, что все будет в порядке, мисс. Такое бывает.

— Да уж, — согласилась Адель. — И не такое бывает! Особенно на ваших озерах, населенных русалками.

Тот смотрел на нее, как ей показалось, с пониманием. Может, он тоже верил в мифы и легенды североевропейских стран?

Отец обрадовался ее приезду и, когда услышал, что она собирается немного здесь пожить, с воодушевлением принялся устраивать для нее одну из комнат. С тех пор как мама «ушла» (они никогда не говорили «умерла»), отец переселился в небольшой домик в пригороде Нью-Йорка. Там пять лет назад у него появилась новая семья, но дети от второй жены все тоже были взрослые и разъехались, оставив его и тетю Мадлен — так Адель называла мачеху — вдвоем в просторном домике с прелестным цветочным садом.