Чтение онлайн

«А дядечка то ничего, умен и опытен», – подумал Бурлаков, – как не навестить столь почетного адмирала, ведь меня Петр поставил командовать пока Вы не выздоровеете всеми кораблями и фрегатами на Балтике, чтобы прикрыть наступление шхерного флота Апраксина к островам, что находятся между Финляндией и Швецией.

– Бедные мои кораблики, – наигранно запричитал Крюйс, – что же Вам посоветовать мой друг, раз уж Вы за ним пришли. Постройте корабли в линию, как поступили шведы в сражении с Датчанами в сражении у Кёге 39 четыре года назад, навалитесь на головной корабль, подожгите его, и быстро улепетывайте, победа 40 Вам обеспечена.

– Как шведы и поступили с «Даннеборогом», – задумчиво произнес Салтыков, обстоятельства боя были ему хорошо знакомы, но хотелось оказать Петру неоценимую услугу, но самое главное проверить в бое «Леферм», чтобы затем «Граду» предоставить так необходимый отчет, и получить бонусные баллы.

– О чем задумались молодой человек? – кашляя спросил Крюйс, – о печальной участи моряка, у которого горит деревянный корабль, от попадания раскаленных ядер противника, где дым и смрад перемежаются с огнем, который сжигает и водой, которая также несет смерть от переохлаждения или гигантских морских чудовищ.

Горящий «Даннеборог» и Гигантский осьминог, нападающий на морское судно. Гравюра Этьена Клода Войсара по акварели Пьера-Дени де Монфора из 2 тома «Естественной истории» (Париж, 1801).

– Так назвали датчане корабль в честь своего красного флага с белым крестом и загорелся он алым пламенем, – рассудительно проговорил Салтыков, – поставила судьба не нем крест, поиграла с ним.

– Но и сами шведы потеряли при отходе два корабля: 84-пушечный «Принцесса Ульрика» и 96-пушечный «Три Короны», читать шведские названия кораблей написанные английскими буквами по правилам русского языка легко и просто, сели на мель южнее Драгера и были сожжены своими экипажами, так что победа то пиррова, – назидательно словно учитель выговаривал нерадивому ученику больной адмирал, – если Вас постигнет та же участь Петр Великий по головке не погладит. Величие зиждется на крови и костях, в том числе и подданных.

– Кракены правда водятся в морях, или все байки это? – Бурлаков решил уточнить вопрос, который стал его интересовать, разглядывая гобелен, висевший на стене.

– Конечно молодой человек, я сам наблюдал, как морское чудовище вынырнуло в северном море, обволокло своими длинными щупальцами корпус китобоя, и, хотя матросы отрубили с превеликим трудом одну или две конечности, залив палубу голубой 41 кровью, к удивлению и трепету моряков, которые уже покорились фатальности встречи с морским аристократом.

– В балтийском море встречались подобные экземпляры? – Николай уже решил, что задача, стоящая перед ним сложнее чем предполагалась в начале.

– Здесь не видели, – кашляя и чихая, садясь в кресло ответил Крюйс, рукой показывая, что аудиенция закончилась и ему необходимо подремать.

Салтыков откланялся, пожелал скорейшего выздоровления, а сам не удержавшись от поездки на самодвижущемся экипаже времен Петра Великого, а в русской историографии еще и первого прокатился на отстроенной на чужой земле столице Российского государства, которое как он знал будет через семь лет переименовано в империю. Но если учесть, что империя с латыни всего лишь провинция, то становилось непонятно возвеличил Петр Великий Россию, или наоборот понизил статус.

Но прочь крамольные мысли решил Бурлаков, проезжая, к удивлению горожан, на самодвижущемся экипаже по глобальной стройке, обозревая и достраивающуюся Александро-Невскую лавру, которая уже на-гора выдает всю потребную продукцию для отстройки Петербурга после глобального наводнения. Ремонтирующийся Невский прошпект 42 , у которого под двух аршинным слоем грязи скрывается идеальная, сделанная из тщательно подогнанных мраморных плит мостовая, построенная по правилам, принятым в Римской империи. Проехав по нему «с ветерком», уперся в Адмиралтейство, заодно проверив тормоза, которых попросту не было, и пришлось тормозить о крестьянские телеги груженые дровами, боком тарантаса, под причитания и окрики одетых в простую одежду людей. Но все обошлось, и Николай проезжал окруженное рвом и стенами здание адмиралтейства, увенчанное высоким шпилем. На его закрытой территории в данный момент строились корабли: «Шлиссельбург», «Нарва», «Ингерманланд» и «Москва». Корпуса предприятия, расположенные буквой П, как никакие другие подходили для постройки кораблей. Здесь располагались производства досок, нагелей, шплинтов, дельных вещей, судовой мебели, канатные мастерские, станков орудий, монтаж медных шин и разлив ртути по круглым емкостям, а также производство составов для обработки днищ кораблей от древоточцев и стучали молотками многочисленные конопатчики.

Собор Святого Петра И Павла, Петровские Ворота, Троицкая площадь и Гостиный двор.

Взглянув вправо на петропавловскую крепость тоже с огромным, как и на адмиралтействе шпилем, видимо сладкое слово халява при получении атмосферного электричества и здесь грело уста и карманы, а также Троицкую площадь с многочисленными торговыми кораблями, в основном под английскими флагами, так как Петр Великий, как и любой правитель блюл интересы своих спонсоров, Салтыков отыскал шняву «Мункер» и вестового матроса с нее и приказал доставить свою особу на флагманский корабль «Твердый». Самодвижущийся экипаж пришлось поручить проходящему мимо половому 43 из ближайшего трактира, доставить в дом, арендуемый специально для спальника неподалеку.

– Не извольте беспокоиться барин, доставлю Вашу самодвижущуюся повозку в лучшем виде, – получая от порывшегося в кошеле Салтыкова, где тот между несколькими полуполтинами 44 нашел деньгу 45 и протянул ее половому. Отчего последний поморщился, и пришлось дать еще копейку.

– В ухо ему дать Ваше превосходительство показал кулак здоровенный матрос, а не доплачивать. Ишь избаловались здесь на берегу. Забрать бы в армию, да на галеры отправить вражеские укрепления штурмовать.

– Де веслом пусть помашет, – добавил Салтыков смотря как удаляется его экипаж, не пьян ли половой, ровно ли ведет повозку, да на трактир «На огонек», с которого в случае можно возместить утрату.

– Зачем же вмешиваться в отлаженный механизм, если посадить сотню матросов, как они все синхронно будут веслами махать? – удивился вестовой матрос Иван, – там все весла закреплены в уключины на больших деревянных кругах, в одном, например, верхнем положении, и сделаны специальные штанги, которые приводятся в движение двигателями работающими на разнице температур забортной воды и небольшого огонька на камбузе галеры, и стоит корабль лишь привести в движение, шестом или шлюпкой, как механизм запускается, и множество синхронных частых гребков толкают самодвижущуюся галеру вперед, тем самым передвигая ее куда потребно.

– Надо самому ознакомиться с таким чудом, – Николай Бурлаков записал себе разобраться с этим вопросом и стал расспрашивать матроса, пока шлюпка шла, на этот раз используя мускульную силу гребцов к шняве «Мункер», – как кормят вашего брата на кораблях эскадры, как обустроен быт, кто идет в матросы?

– Да все благодаря стараниям нашего отца родного Петра Великого Ольденбургского хорошо, едой нас в отличие от крестьян, восстанавливающих город, кормят исправно, в порту продовольствием, приготовленным в больших котлах, установленных на таганах 46 и весьма обильно. В море же, куда мы выходим достаточно часто нередки французские и голландские сыры, сало, солонина, огурцы в бочках, хлеб, когда кончается свежеиспечённый, в ход идут сухари.