Чтение онлайн

– Что ты видел потом?

– Через десять минут я заметил в тени трех человек, идущих от улицы Рая; они прошли по улице Тампль на улицу Фран-Буржуа. Незнакомцы были закутаны в щегольские плащи, на головах у них были треугольные шляпы, и казались они очень веселыми. Это были какие-то чиновники главного откупщика, возвращавшиеся с ужина. Я подал сигнал именно в ту минуту, когда они шли вдоль стены монастыря. Курицы мои налетели на них, но те не оказали ни малейшего сопротивления.

– Ты записал их приметы?

– Нет.

– Напрасно. Сделайте необходимые распоряжения, – прибавил начальник, обратившись к С., – чтобы подобная забывчивость более не случалась. Для нас важно знать всех, с кем мы имеем дело, и каждого, кто может быть нам полезен.

– Я это сделаю, – отвечал С.

– Продолжай!

– Чиновники заплатили и продолжали путь по направлению к улице Св. Екатерины. Я потерял их из виду впотьмах у отеля Шаролэ.

– Потом?

– До минуты нападения ничего не случилось.

– Никто не проходил?

– Абсолютно никто.

Начальник сделал знак Малорослому Петуху стать возле Индийского, потом, отворив дверь, позвал:

– Мохнатый Петух!

Тот немедленно явился.

– Расскажи о прошлой ночи! – сказал начальник.

– Я занимал улицу Барбетт с пятью цыплятами и улицу Субиз с шестью курицами и девятью цыплятами, – отвечал Мохнатый. – Я занял позицию в половине двенадцатого. В полночь прошли дозорные, а потом до минуты нападения не проходил никто.

– А по улице Тампль?

– Тоже никто.

– Никто не проходил от полуночи до половины четвертого?

– Решительно никто.

– Получается, два работника, которых Индийский Петух и Малорослый видели проходившими по улице Тампль, остановились между улицей Фран-Буржуа и улицей Барбетт? В каком доме?

– Ни в одном из тех, которые находятся между этими двумя улицами, – отвечал Мохнатый Петух. – Там восемь домов, и у двери каждого я поставил по цыпленку. Ни одна дверь не отворялась, следовательно, с этой стороны улицы никто не входил.

– Но никого не было и с другой стороны, – живо сказал Малорослый Петух. – Между улицей Субиз и улицей Рая пять домов, и у каждой двери я поставил цыпленка. Никто не входил и не выходил.

Начальник обратился к Индийскому Петуху:

– Ты слышишь?

– Я утверждаю, – сказал Индийский Петух, – что от половины третьего до трех часов два человека вышли из улицы Розье и прошли по улице Тампль по направлению к отелю Субиз.

– А я заявляю, – сказал Мохнатый Петух, – что никто не входил ни в один из домов с правой стороны и не проходил в этот час по улице Тампль мимо улицы Барбетт.

– Однако, – сказал С., – если эти двое прошли мимо улицы Фран-Буржуа по улице Тампль, они или продолжали путь, или вошли в какой-нибудь дом на этой улице.

– Я сказал правду, – отвечал Индийский Петух.

– И я также, – подхватил Малорослый.

– И я, – прибавил Мохнатый.

– Однако, – сказал их предводитель, – два человека или прошли мимо улицы Фран-Буржуа по улице Тампль и должны были продолжать путь и, следовательно, пройти мимо улицы Барбетт, или вошли в один из домов на улице Тампль, между этими двумя улицами. Иного быть не может.

– Два человека шли по улице Тампль, – сказал Индийский Петух, – я это утверждаю.

– Они прошли мимо улицы Фран-Буржуа и продолжали идти по улице Тампль – я на этом настаиваю! – заявил Малорослый Петух.

– А я клянусь, что ни один человек не проходил по улице Тампль мимо улицы Барбетт, – вскричал Мохнатый Петух, – и не входил ни в один из домов с правой стороны!

– А также с левой, – прибавил Малорослый Петух.

Все трое, по-видимому, говорили чистую правду. Начальник долго и молча смотрел на них.

Начальник с нетерпением обратился к С.:

– Петух Яго пришел?

С. бросился к двери и быстро отворил ее.

– Да, – сказал он, обменявшись несколькими словами с Леонардой.

– Пусть войдет.

Не прошло и минуты, как четвертый человек, высокого роста, вошел в комнату. Этот человек со смуглым лицом и с черными волосами наверняка был с Востока, что подтверждал его странный костюм, одновременно и венгерский, и немецкий. Костюм был зеленого цвета, узкий в талии и прекрасно обрисовывал стан, достойный Геркулеса. На шляпе этого человека колыхались зеленые перья.

– Ты прошлой ночью был в отеле Альбрэ с двумя курицами? – спросил начальник.

– Да, – отвечал Геркулес, качая своей огромной головой.

– До которого часа ты оставался там?

– До часу ночи.

– Где были остальные твои курицы?

– Шесть – на первом этаже первого дома улицы Трех Павильонов. Я караулил на углу улицы.

– И кого ты видел?

– От часа до минуты нападения – никого.

– Никого?! – закричал Малорослый Петух. – А трех пьянчужек-чиновников, которые без четверти три прошли улицу Фран-Буржуа?

– Трех? – повторил Петух Яго с удивлением.

– Да, трех, закутанных в большие плащи и в треуголках с галунами.

– Без четверти три?

– Они мне даже заплатили, а я стоял у стены монастыря Св. Анастаза, то есть на конце улицы, выходящей на улицу Тампль.

– А я в час был на этой самой улице, на углу улицы Трех Павильонов, напротив отеля Альбрэ, но никто не проходил – и клянусь в этом всеми святыми!

– Но на улице Фран-Буржуа, – сказал С., глаза которого сверкали сквозь отверстия бархатной маски, – начиная от улицы Тампль до улицы Трех Павильонов – только мона-

стырь Св. Анастаза, отель Шаролэ и отель Альбрэ. Три человека, войдя с одного конца, должны были выйти с другого, если только они не вошли в один из этих трех домов.

– Они не входили в монастырь Св. Анастаза, – твердо сказал Малорослый, – я видел, как они направились к отелю Шаролэ.

– Они не входили в отель Альбрэ, – сказал Петух Яго,

– повторяю: я не видел там никого.

– Леонарда! – позвал начальник.

Старуха вошла.

– Ты была на кухне отеля Шаролэ, – сказал начальник.