Чтение онлайн

– Ты знаешь, что такое плакать от бессилия?
– говорил Гриф.
– Когда здоровый мужик с руками, ногами сидит возле дочери инвалида и ничем не может помочь?... Ты меня не жалей. Ты ее жалей. Я все, конченный у меня рак поджелудочной. От силы два месяца, три протяну. Умру в болях и корчах, так лучше уж так - от пули, - Гриф отвернулся и сплюнул. Рукавом вытер тягучую красные слюну. Достал пакетик, насыпал под язык.

– Че молчишь, Ява?
– спросил он, бессильно откинулся на кафельную стену, устало закрыл глаза.

Алексей не знал, что говорить. За стенами коровника бушевал выброс, но уже как будто тише.

– У тебя на правой лопатке шрам в виде бумеранга, - снова заговорил Гриф спокойно с закрытыми глазами.
– Тебя отчим приложил к сараю, когда ты за мать заступился. Там серп висел, на него ты напоролся.

Алексей повернулся и пристально посмотрел на сталкера. Щепка, которую он нервно вертел в пальцах все это время, замерла.

– Хочешь… Кхе - кхе, - закашлял гриф, содрогаясь всем телом. Но даже не шевельнулся, чтобы вытереть черные точки с губ и подбородка, - скажу откуда знаю? Так ты мне и рассказал. Да… Я вспомнил, где мы с тобой встречались. Эту карту на майке я рисовал. Мы второй раз уже за катушкой идем. Попали в какую-то аномалию. Вот она нас и вертит. Первый раз ты отмычкой был и второй раз пошел. Я потому тебя до этого момента берег, что знал, чем кончится. Ты мне нужен, чтобы катушку донес и продал. Думаешь, последнее время я тебя берег из-за дружбы нашей крепкой? Черта с два. Ты как был для меня шматом мяса, так им и остался. Салабон сопливый. Я таких как ты десятка три в зоне похоронил. Размазня, тебе никогда сталкером не стать... Не будь я при смерти не доверил бы тебе катуху… - Просто у меня, … твою, выхода нет.

Гриф поднял «абакан», взялся поудобнее за короткую рукоятку подствольного гранатомета и нажал на курок. Раздался выстрел, а мгновение спустя последовал грохот, слившийся с раскатом затухающего выброса. Щепа, куски фанеры, доски посыпались вниз. Клубы чердачной пыли, опилки заволокли комнату. Они закашлялись.

– Иди, сопляк, ставь бидон и затаскивай свою задницу на чердак, - просипел Гриф.
– И смотри у меня, если киданешь.

– И что тогда?
– вызывающе громко и зло спросил Алексей.
– Что ты мне сделаешь? Тебя же здесь, как пса скоро замочат.

– Это когда еще будет, а я тебя сейчас ухайдокаю, сучонок, - Гриф направил автомат на Алексея.

– Ты это чего?
– залепетал Алексей побледневшими губами, глядя в злые глаза сталкера. Гриф смотрел исподлобья взглядом человека, которому нечего терять, и который очень взбешен. Алексей подумал, что и представить не мог, что умрет в каком-то полуразвалившемся коровнике. Не в силах сопротивляться страху, он опрокинулся на зад. Фляга в его руке звякнула о бетонный пол.

– Цепляй ремень и живо на чердак, - прохрипел Гриф, не сводя взгляда с перепуганного до смерти парня. Алексей поднялся, суетно, неуклюже дрожащими руками опоясался, застегнул пряжку.

– Туже затяни.

Сказанное Алексей выполнил с готовностью, как будто и сам хотел это сделать непременно.

– Ну.

Шаркая и спотыкаясь, Алексей направился к дыре в потолке.

– Бидон, - напомнил сталкер. Алексей огляделся, схватил первый подвернувшийся под руку бидон, поставил под пролом и замер, ожидая команды.

– Полез быро, дерьма кусок, - прорычал Гриф.

Алексей забрался на бидон, тот под ним зашатался. Парень поднял голову, секунду еще медлил, высматривая за что бы ухватиться, встал на цыпочки и вцепился в доску. Затем оттолкнулся, заскреб берцами по стене, подтянулся. Сначала грудь, живот, а затем и весь оказался на чердаке. Грохот выброса удалялся и скоро обещал вовсе смолкнуть.

– В правое крыло, идешь, - говорил Гриф, наблюдая за действиями Алексея, - дальше к лаборатории с шиферной крышей. Осмотришься и чеши к скотомогильнику. За ним овраг. По оврагу к роще. К бэтэру не приближайся. Сделаешь крюк и выходи на нашу тропу. И осторожнее там, - Гриф повысил голос. Но пролом уже зиял чернотой и сталкер сомневался, что его последние слова достигли ушей парня. Кряхтя, как столетний старик, он поднялся и подошел к дверному проему, прислонился плечом к стене.

– Эй, Цимус!
– громко крикнул Гриф, - мы тут подумали и решили, что лучше будет, если отдадим тебе эту чертову катушку, - перевел дыхание.
– Не стоит она того. Только ты пообещай, что отпустишь нас.

– Так она все же у тебя?
– не сразу отозвался Цимус.

– У меня.

– И куда ты ее спрятал? Отмычке в задницу?

– Нет. Я ее в плоском контейнере под броник закрепил. Под броником надежнее, и не фонит она совсем.

– Кидай сюда и можете уматывать.

– Нет. Так… дело не пойдет, - прокричал Гриф и едва удержался, чтобы не закашляться.

На чердаке что-то громко треснуло. Гриф мгновенно нажал на спусковой крючок. Пули ударили в стену.

– Дай команду своему снайперу, чтобы не пытался нас подстрелить, не то я эту чертову катушку…спалю или что-нибудь сделаю, чтобы стала бесполезной, - проорал Гриф.

– Цимус!
– послышался громкий гортанный оклик с улицы.

– О!
– воскликнул Цимус, - Ватер уже здесь. Выброс кончился, сейчас остальные подтянутся. С этими я еще смогу как-то договориться, а с Падре уже не получится. Давай не дури, бросай контейнер, и я даю парням «отбой».

Пока Цимус выдвигал условия, Гриф подошел к окну, осторожно высунулся и осмотрел прилегающие к коровнику территории. Экспресс выброс и, правда, закончился, лишь вдалеке погромыхивало, словно недовольное бормотание бюрера. Снаружи, да и в комнате посветлело.

По шевелению кустарника на углу коровника Гриф предположил, что кто-то из вновь прибывших, устраивает позицию. Он попытался бы его достать, если бы не снайпер, засевший в гараже.

Еще один сталкер, в котором Гриф распознал Костяна, выбежал из-за гаража и, низко пригибаясь, бежал в сторону правого крыла. Гриф вскинул «абакан» и произвел по фигуре три прицельных выстрела. Костян споткнулся, упал, перекатился и дал очередь в ответ. Гриф едва успел укрыться. По стене застучали пули. А в следующее мгновение послышался мощный хлопок. Подоконник над головой Грифа взорвалась щепой. Пуля прошла на вылет и с железным звоном врезалась в бидон, оставляя за собой аккуратное отверстие. Пробитая тара тихо покачивалась, поскрипывая на мелких камушках донцем. Гриф поднял над головой автомат, сделал несколько выстрелов в ответ.

– Цимус!
– заорал он и сморщился от боли пронзившей спину, - отзови своих головорезов, или я точно катуху испорчу!

– Только попробуй!
– крикнул в ответ Цимус, - я скальп с тебя собственноручно сниму и отмычке из него сделаю бороду!

Гриф услышал в коридоре шорох, бросился к дверному проему. Слева, прижимаясь к стене, крался Ватер с «отбойником» наизготовку. Они заметили друг друга одновременно и одновременно нажали на курки. Пуля угодила Ватеру в бронежилет. Несколько дробин впились в плечо Грифу. Гриф зашипел и укрылся за косяк. Запоздало с правой стороны коридора громыхнуло несколько выстрелов из калашникова.

– Что, схлопотал?!
– ехидно проорал Цимус.

Гриф вытащил из кармана гранату, выдернул чеку и бросил к ногам Ватера, который был рассекречен и теперь пятился, не сводя прицела с дверного проема. Он среагировал на движение и пальнул. Но прежде чем заряд достиг цели, Гриф спрятался за стену. Дробь осыпала пласт отсырелой штукатурки. С вытаращенными глазами Ватер сильным пинком отправил РГ обратно. Он приложился, как следует. Граната пролетела мимо комнаты, в которой засел Гриф, через весь коридор и разорвалась точнеханько напротив Цимуса. Взрыв сотряс коровник. С потолка посыпалась известка, а с головы сталкера слетела вермахтовская кепи и наушник. В следующее мгновение его разорванное тело тушей повалилось на пол.