Чтение онлайн

— Да могу я раз в жизни тебя ослушаться?

— Не мо-ожешь! — радостно заржала та часть деревни, что выла в поддержку.

— Иди домой... Ухитриться надо такой капкан не заметить! Ослеп на старости лет, что ли?

— Да ну тебя, Люта...

Князь смотрел на него — до чего профиль знаком! И коротко остриженные волосы, светлые, с проседью уже... И глаза — словно вчера видел в отражении или...

— Эретор? — негромко окликнул он, и князю показалось, будто спина оборотня-подкаблучника дрогнула. — Это ты?

— Не пойму, о чем ты, князь, — тот обернулся и поклонился не земно, но почтительно.

Они долго смотрели друг на друга в упор, и наконец князь выговорил:

— Он сказал, ты сможешь жить обычной жизнью. А вышло...

— Я и живу обычной жизнью. И вины моей в том, что случилось, нет.

— Я знаю. Он сам и... — князь отвел взгляд. — Думал, я послушный, не как ты. Думал, стану выполнять приказы.

— И что же вышло?

— Когда я догадался и объяснил все верным людям... он умирал очень долго, — Иритор снова встретился глазами с братом. — Весь город собрался посмотреть. Жаль, ты не видел.

— Я, знаешь, предпочитаю всадить пулю в лоб или затянуть петлю. Пытки — не по мне, — сказал Эре и отвернулся, — кем бы ни был тот мерзавец... Пойдем, Люта.

— О чем это он? — шепотом спросил кто-то.

— Да кто его поймет, он странный малость... — ляпнул какой-то мальчишка. — Живут с теткой Лютой там, куда никому не долезть, зверей стреляют. Одичали небось...

— Я т-те дам тетку! — красивая девица дала ему затрещину. — Не такая мамка старая...

— Да как не старая! Вдова Эльви давно умерла, лет через пятнадцать после того, как Люта с отцом пришли, а Эльви было вот как тебе, да, тебе, — вступила незнакомая тетушка, указывая на средних лет женщину. — Помирать уж точно не собиралась!

— И оружейник! Их трое уже сменилось, а Люта так и ходит за патронами!

— А ну тихо! — рявкнула еще одна женщина, на голову выше остальных, локтями прокладывая себе путь сквозь толпу. — Опять все пропустила, что ли? Ишь какая медленная стала, ну да лет-то мне сколько...

— Ага! — выскочил мальчишка. — Гляди — это князь, он волка поймал, только это был не волк, а дядька Эре, а тетка Люта...

— Умолкни, — попросила Трюдда, а это была именно она. — Без сопливых разберусь.

С годами она сделалась еще массивнее и, она сама говорила, крепче. Ружейный залп бы точно выдержала: известно же, что к старости великаны превращаются в камень. Она, пусть и не чистокровная, следовала дорогой предков.

— Светлый князь, — сказала Трюдда наконец, — прости этих болванов: они не ведают, что болтают. И не слушай наветов: никогда деревня не страдала от оборотней. Вру! Один раз пришлый явился, черный... И охотник был пришлый. Убил черного — и стало спокойно.

— Значит, оборотней нет? — проговорил Иритор. — А что я видел сию минуту? Или меня глаза обманули, и мужчина не сделался из волка человеком?

— Так он не оборотень, те-то за горой живут, — невозмутимо ответила Трюдда. — Расплодились что-то, вот там капканов и понаставили, так что это вы Эре поймали, охотника. Заколдовали его когда-то давным-давно, ну да он не шибко жалуется. Говорит, охотиться сподручнее, а вот ружье носить — не особенно. Сами в зубах этакую железяку по кустам потаскаете — поймете.

— А женщина?..

— Жена его. Сами знаете: муж и жена — одна плоть.

Иритор мог бы еще поспрашивать, но на него смотели десятки пар одинаковых светло-карих... желтых на свету глаз. И ему — чтоб его! — стало страшно.

— Ну что ж, раз никто вас не тревожит, проследую дальше, — выговорил он.

Будь проклята эта обязаннность — раз в году хоть куда-то да наведайся! Вот, пришел черед этой всеми богами забытой деревушки...

Эретор — тот носился бы, наверно, по всему невеликому княжеству, а Иритор терпеть этого не мог. Жаль, стать наследнком Эретор не мог... Но если... Если вдруг...

— Женщина, — поманил он к себе Трюдду. — Передай — пускай этому вашему Эре и его жене отпускают столько патронов и прочих припасов, сколько понадобится. Эй, ты там! Запиши!

— Пф! Припасов они сами добудут и нам подкинут... а вот патроны денег стоят, это да, — сказала та и прикрыла глаза вроде бы от солнца.

Как же! У князя и Эре лица одинаковые, только у второго высушенное на горном ветру, черное от солнца, не белое и холеное, пускай он и моложе.

А деньги никогда лишними не будут, вот и пускай князь платит. У этих двоих уже внуки подрастают — волчата же, быстро взрослеют. Всех одень, обуй, ружье купи...

С высоты Волчьего домишки, как называли хижину в деревне, за отбывающей кавалькадой наблюдали двое.

— Как же ты попался, а? Ну нельзя в твоем-то возрасте быть таким дурнем...

— Сколько ты ворчишь — тронуться недолго! — перебил Эре. — Попался, да. Привык, что у нас тут спокойно. Откуда я знал, что там капканов понаставили?.. А плакать зачем?

— Ну а если бы я не успела? И увезли тебя на потеху невесть куда?!

— Да кому я сдался? Без ножа бы не превратился, а старый волк — так себе развлечение.

— Ну и отдали бы собакам на поживу!

— Нет. Вы бы их догнали, — они же медленно едут, — клетку открыли... вот и всё. Люта! Хватит драться!

— Ничего не хватит! — она оскалилась. Зубы были белые, молодые. — Сказал бы, что хочешь брата увидеть, мы бы что другое придумали, а так... ну... ну глупо же!

— Так он, сколько я его помню, на глупое и клевал, а ваши с Трюддой хитрые планы и не заметил бы, — улыбнулся Эре и обнял Люту. — Всё. Я услышал, что хотел. А из Иритора получился недурной князь, а?

— Ничего, — проворчала она и потерлась щекой о его небритую щеку. Целоваться, как люди, ей не нравилось, предпочитала вот так. — Сгодится. Наследники у него есть, не знаешь?

— Взрослые уже, женатые.

— Жаль. Поучить бы их!

— Внуков, может, пришлет, — Эре зажмурился и помотал головой. — Нет, какое там... Не рискнет.

— Ты откуда знаешь? Не такой дурак твой брат, каким кажется! И вообще, давай сюда лапу, старый ты пень...

— Сама заживет, — ответил он. — и вовсе я не старый, а пожитой. И довольно вокруг меня скакать, пойдем лучше капканы снимем, пока в них какой-нибудь молодой дурак не попался. И выясним, кто их ставит.

— Идем, — кивнула Люта. — Ружья только оставим. Давай!..