Чтение онлайн

К тому же, лишение его дела Барлуа сделало его очень раздражительным. Поэтому она не стала настаивать. Тем более что они уже подъезжали. Шарко молча припарковал машину в тридцати метрах от фасада, заглушил двигатель и повернулся к ней. — На самом деле, если честно, это не настоящая причина, по которой я отстранил Николя от работы.

Стрелковый инструктор только что позвонил мне. Его занятие было полной катастрофой. Проблемы с концентрацией, стресс, он ни одного выстрела не попал в цель. Он сослался на то, что плохо себя чувствует, но через несколько дней будет первая годовщина смерти маленького... И Одры...

Люси вспомнила тяжелый период после рождения Анжела. Эмоциональные американские горки. Николя переходил от смеха к слезам в мгновение ока. Франк и она помогали ему, как могли. Люси не знала, сколько ночей она пожертвовала, чтобы научить 45-летнего лейтенанта полиции на своей лодке азам одинокого родительства, пока Франк заботился об их сыновьях дома. Это было сложно.

И сегодня все еще было сложно. Трагическая гибель матери Анжеля оставит след в их душах до конца жизни.

— Ты думаешь, за этим скрывается что-то более серьезное? — спросила она.

— Инструктор уже видел подобные симптомы у полицейских. Дрожь и все такое. Может, это не имеет никакого отношения, но есть риск, что у него снова проявился посттравматический стресс. От этой дряни никогда полностью не избавиться.

Люси не могла в это поверить. Николя прошел курс лечения после терактов в Батаклане. Именно они, криминалисты, первыми прибыли на место, ходили между трупами и ранеными, должны были описать и сфотографировать каждый сантиметр места бойни для включения в отчеты. Николя перенес это хуже, чем другие. В течение нескольких недель ему приходилось записывать свои кошмары, ходить к психиатру, глотать таблетки, чтобы избавиться от плохих воспоминаний... Все это казалось уже давней историей. Но, судя по всему, смерть Одры все перевернула.

— Боже, — прошептала она. — Надеюсь, это просто усталость.

— Да, надеюсь. В любом случае, он очень хочет присутствовать на вскрытии. Хотя, он не очень любит, когда режут трупы. Может, он пытается, я не знаю, доказать себе, что все в порядке, что он может справиться, быть настоящим мужчиной. Я возьму его с собой и поговорю с ним...

— Ты прав. Думаю, лучше поговорить, чем дать ситуации ухудшиться. Анжел здесь, сейчас, нельзя, чтобы Николя снова налажал, — согласилась Люси, открывая дверь.

Dugny Pieces & Reparations представлял собой магазин запчастей для автомобилей и грязную мастерскую, где трое мужчин, покрытых маслом, суетились вокруг полуразборных машин. Два полицейских подошли к входу в кабинку, где человек в джинсах и свитере был погружен в бумаги, а его спину согревал электрический обогреватель. Шарко достал полицейское удостоверение и спросил, он ли здесь ответственный. Его звали Арман Николь.

— Мы хотели бы поговорить с вами о Дени Лине. Он был вашим сотрудником?

Тонкий рот мужчины появился из-под черных усов, похожих на щетку для мытья полов.

— Был?

— Его нашли мертвым в его доме. Убит ножом.

Через окна Люси наблюдала за сотрудниками, которые собрались и смотрели на них, как на рыбок в аквариуме. Арман Николь же, под влиянием услышанного, замер в кресле.

— Вот почему он не появлялся всю неделю... Я думал, он заболел, он жаловался на боли в животе. Я оставил ему кучу сообщений.

— Я их прослушал. Нельзя сказать, что они были очень приятными.

Видимо, находясь в шоке, их собеседник замялся на несколько секунд, прежде чем ответить.

— У меня бизнес, он не выходит на работу, не отвечает на звонки, что вы хотите, чтобы я сказал? Это меня разозлило. Мне очень жаль, если бы я знал... Это... Это ужасно...

— Когда вы видели его в последний раз?

— В субботу. Мы работаем по утрам.

— А как долго он у вас работал?

— Наверное, тринадцать или четырнадцать лет.

Да, верно, он пришел в 2008 году. Он занимался магазином запчастей. Он также управлял складом и делал заказы. Хороший парень, с ним не было проблем.

— Умберто Лоренцо здесь?

Он кивнул и указал на парня слева, у которого был гаечный ключ. Кивком подбородка Шарко дал Люси знак продолжить беседу с боссом, а сам вошел в промерзший цех. Арман Николь явно экономил на отоплении в ущерб своим сотрудникам, у которых текли носы. Полицейский командир отвел Умберто Лоренцо в сторону и повторил то, что рассказал шефу несколько минут назад.

Сотрудник прислонился к капоту грузовика, опустив голову между плечами.

— Merda… Странно. Убит, говорите? Кто это сделал?

— Расследование только началось.

Итальянец был невысоким, но нервным человеком. Он выпрямился и засунул руки в карманы серого комбинезона, подозрительно поглядывая на полицейского.

— Почему вы со мной разговариваете?

— В его записной книжке было написано, что в случае чрезвычайной ситуации нужно звонить вам. Вы единственный, кстати. Поэтому вы лучше всех можете рассказать мне о нем.

Судя по тому, как на него посмотрел этот тип, Шарко почувствовал себя в костюме клоуна.

— Я? Но... Почему он это сделал? Он работает в магазине, а я в мастерской. Я просто заходил к нему, когда мне нужны были запчасти, не больше.

— Это все? Вы не были ближе?

— Нет, мы никогда не разговаривали. Вообще-то, он с кем-либо не разговаривал. Он был одиночкой.

Настолько незаметным, что иногда мы даже не замечали его присутствия. Я даже не знаю, где он жил. Должно быть, недалеко, потому что он часто приезжал на своем старом ржавом велосипеде. Короче, мы не были близки. Хотя он проработал в магазине не менее десяти лет. Приходил, делал свою работу, убирал в магазине и уходил, этот чокнутый.

После слов итальянца наступила неловкая тишина. Он прочистил горло.

— Простите. Я не хотел этого сказать...

— Но вы сказали. Почему?

Мужчина пожал плечами.

— Я не хотел обидеть. Денис был полный тиков, настоящий маньяк чистоты. До болезни. Даже когда магазин был чист, он мыл его до износа плитки. Мы с ребятами развлекались, ходя в грязной обуви по его полкам, а потом смотрели, как он ходит за нами с шваброй. Мы называли его «Мистер Чистота, - потому что он был лысый... помните рекламу?