Чтение онлайн

Они говорили, что вовсе он и не учился в Стамбуле, что все это ложь, а он невежда. Но клевета как-то не приставала к молодому имаму. Его хулители потягаться с ним в знаниях не могли. И первые, кто поверил ему безраздельно, были молодые казахи из различных учебных заведений Омска.

Скоро наступит горячая пора экзаменов, а затем долгожданный отдых, поэтому организаторы нового общества поторопились созвать всех, кто хотел бы в общество войти. Не успели оповестить только казахов, обитающих в затоне.

Иртыш уже вошел в свои берега, но еще не наступили жаркие дни, и потому ни у кого не вызвало удивления, что сотня молодых людей с песнями, шутками переправились через реку и расселись на берегу неподалеку от какой-то сторожки. С левого берега Иртыша хорошо просматривается затон, видно, как копошатся вокруг каких-то судов рабочие, ползут по реке буксиры. Обычная картина трудовой части города Омска… Но у шакиртов сегодня день праздничный.

Кое-кто притащил с собой казаны, кто-то тянет за рога упирающихся баранов. Уже запылали костры, и вспорхнули над водной гладью первые песни.

Но казахи собрались здесь не только для веселья. Сегодня они собрались, чтобы услышать программу нового общества, утвердить ее, окончательно договориться о названии.

Открыл собрание имам Шаймерден. А честь представлять собравшимся проект программы, разработанной оргкомитетом, выпала на долю Ныгымета.

Он прочитал:

— «Ввести казахский народ в ряд народов с развитой культурой и литературой, возродить в народе чувство национального достоинства. Чтобы добиться этой цели — развивать у молодежи чувство любви к своей нации, организовать сбор народной литературы, издавать эту литературу в виде брошюр и книг, издавать пьесы для театров, газеты и журналы, учебники для начальных и средних школ, открывать подготовительные курсы для шакиртов, желающих учиться, оказывать помощь нуждающимся шакиртам, организовать казахский театр, показывать спектакли, концерты и другие представления».

Ныгымет кончил — молодежь одобрительно зашумела, зашевелилась.

— Не все пока доходит до нас. И все-таки затеяли вы доброе дело, — головы собравшихся повернулись в сторону просто одетого парня, что сидел на пороге сторожки, — Ильяса Бекенова. — Я был среди татар, — продолжал он, — когда работал на судженской угольной шахте. Помню, татарские джигиты часто давали представления, концерты, развлекали народ. Много нас, казахов, работающих ломовыми в Иртышском пароходстве. О них подумать надо — защитить их от баев и разных других насильников.

Начало прениям было положено. Теперь каждый торопился высказаться. Поднялась с места юная девушка и, не смущаясь большим обществом, сказала:

— Все вы знаете о том, как тяжка доля девушек и женщин — казашек. А не подумали вы о предоставлении нам равноправия?

Это была Гулия Досымбекова, она училась в Омском фельдшерско-акушерском училище.

Мнений было много, самых разных. Как и вопросов, которые предстояло решить.

Как организовать концерты для рабочих-казахов? Кто, где и как займется собиранием казахского эпоса и образцов письменной казахской литературы? Западносибирское отделение Российского географического общества создает специальную комиссию, Потанин снаряжает экспедицию, которая должна отыскать сокровища устного творчества казахского народа. Это ли не поприще для приложения сил и талантов казахской молодежи, учащихся семинарии, фельдшерской школы? Сказы, песни, легенды, бережно хранимые народной памятью, не должны исчезнуть. Их нужно записать, классифицировать, издать.

Об этом с большой страстью говорил на собрании Ахмет Баржаксин. Его поддержали:

— А разве нет среди собравшихся своих поэтов. Разве Сакен не пишет стихов? Пишет! И ему нужно помочь издать их.

Нашлись и скептики. Слово попросил джигит в очках, одетый в костюм-тройку. Это Мусылманбек.

— Я лично, — сказал он, — понимаю дело так, что многое из того, что мы намечаем, — фантазия. Впрочем, — заключил он, — я не против создания такой организации.

Снова поднялся Шаймерден. Поставил на голосование программу. Раздались голоса: «Принять».

— Теперь нам надо решить еще два вопроса. Как назовем организацию? Джигиты, подготовившие проект, предлагают два названия: за «Бирлик» проголосовало большинство, а за «Айна» — меньшинство. Какое из этих двух выберем? Я лично не скрываю, что мне по дуще «Бирлик»,

Голоса с мест поддержали:

— «Бирлик»,

— Пусть даст нам бог единство мыслей, единство целей.

Начались выборы руководителей «Бирлика». Все заговорили разом, называя имена одно за другим. Шаймерден сказал:

— Ныгымета вы знаете, Саматов Мухтар, покажись народу. — Мухтар поднялся. Затем поднялись Сакен и Магжан.

— Каждый из них учится. Четверых будет, наверное, маловато, — засомневались некоторые.

— «Если много будет биев, то не будет конца спорам», — говорят в народе. Пока этих достаточно. Советчиком им будет имам. Включить в состав руководителей и его, — предложил кто-то.

Все поддержали его.

Так закончилось первое организационное собрание «Бирлика».

Трудно вести серьезные разговоры, когда рядом звучат песни, когда кто-то уже организует крут и вот-вот в него вступят танцоры.

Сакен вдруг вспомнил — ведь ему, и никому иному, поручено руководить всей художественной самодеятельностью сообщества.

А что, если сейчас, не откладывая на завтра, устроить импровизированный концерт для казахов, работающих в затоне. Найдутся и солисты, уже есть спевшийся дуэт, да и музыкантов более чем достаточно.

К пяти часам вечера в затоне собралась масса желающих присутствовать на концерте. Какие-то джигиты успели оповестить об этом всех казахов-рабочих.

А Сакен растерян. Он це знает, с чего начать, он плохо представляет, кто из его товарищей по «Бирлику» владеет домброй, а кто поет.

Сакена выручил Шаймерден. Оказывается, имам все время был среди молодых, веселящихся казахов. И теперь он пришел на помощь растерявшимся организаторам концерта.

— Это только начало, — сказал имам, — не обессудьте, если первый концерт шакиртов не всем понравится. Они дают его в счет будущего. Но и от вас они ожидают помощи. Помогите организации «Бирлик» кто деньгами, кто книгами, а кто и своим талантом.

Сакен после окончания концерта так и не мог разобраться, прошел ли он с успехом или первый блин оказался комом.

Кончился учебный год, и заторопились ребята-казахи в свою просторную степь, словно птицы, улетающие в теплые края. Члены «Бирлика» записывались в экспедицию, снаряженную географическим обществом для сбора казахского эпоса. Они не требовали себе оплаты. Они готовы работать безвозмездно, чтобы заработанные деньги пошли в фонд их организации.

Сакен наслаждался отдыхом в родном ауле на берегу реки Нуры. Позади волнующие встречи с родными и знакомыми, и жизнь вошла в привычную колею. Но Сакен в это лето не поехал в степь с ружьем. Он собрал своих молодых друзей, раздал каждому из них по тетради и дал задание: переписать все легенды и сказки, которые они слышали. А сам всерьез засел за книги и стихи.