Чтение онлайн

30 декабря 1910 года я вновь был арестован и заключен в одиночную камеру сначала при Усть-каменогорском, а затем в Семипалатинском замке.

19 августа 1914 года я был выслан из пределов Степного края с воспрещением жительства в столичных городах. 15 мая 1915 года, за № 2108, я был освобожден от ссылки. С 26 ноября 1916 года я издавал в городе Ташкенте киргизскую газету…

После великой революции я был делегирован от трудового союза на Всероссийский крестьянский съезд, где избран членом исполнительного комитета Всероссийского Совета крестьянских депутатов. В Степной край приехал по требованию киргизского трудового народа…»

Свой ответ органу реакционной буржуазии — газете «Казах» Кольбай заключил такими словами: «Вы хотите опять схватить своими жирными руками за горло киргизскую демократию, по этого не будет, потому что она просыпается и имеет в своем распоряжении боевой штаб в лице Центрального Комитета социалистической киргизской партии «Уш жуз». Вы можете подойти к молодой киргизской демократии, перешагнув через мой труп и трупы моих товарищей.

Я вызываю вас на открытую, честную борьбу».

— Да, камня на камне не оставил от «Алаша» и Алихана.

Не первый год идет эта борьба. Еще в пятнадцатом году в журнале «Айкап» Кольбай выступил с ответным письмом Раимжану Марсекову, в пух и прах разбил тогда и Алихана и его соратников — Ахмета, Мыржакыпа. Но не пошел, видно, на пользу им тот урок.

Мысли Сакена прервал Катченко:

— Садуакас Сейфуллаевич! Казахский пролетариат должен на этот раз крепко поддержать нас. Завтра официально устанавливаем власть Советов. Представители из Омского областного комитета собираются провести собрание в Казахском комитете. Поезжайте-ка туда.

Сакен с Бакеном Серикбаевым, Жумабаем Нуркиным, Абдуилой Асылбековым, рабочими Билялом Тналиным, Абубакиром Есенбаковым и еще несколькими товарищами отправились в Казахский комитет. Вчера здесь весь день шла дискуссия. Сегодня народу набилось еще больше. Перед собравшимися выступают с красивыми словами и угрозами божьей кары приехавшие из Омска ала-шординцы — доктор Асылбек Сеитов, капитан Мигаш Аблайханов, Мухтар Саматов, а также мулла Мантен, волостной управитель Олжабай, толмачи Сарман, Усен, Кусаин, Толебай. Здесь же предводитель акмолинских джатаков (полупролетариев) Кошербай Жаманаев. Он председатель собрания и, прежде чем дать слово очередному оратору, две-три минуты представляет его.

Сегодняшнее собрание должно решить: или народ пойдет за большевиками, или же останется под влиянием «Алаша». Третьего пути нет. Завтра должны быть основаны Советы, поэтому решающим станет выбор той части населения, которая составляет большинство. Люди внимательно слушают тех, кто приехал издалека. Сакен ни откуда не приехал, но его выслушали дважды. Однако все с нетерпением ждали речи доктора Асылбека Сеи-това. Среди жителей Акмолинска распространился слух, что он мгновенно излечивает любую болезнь. Поэтому многие втайне надеются, что доктор сможет указать выход и из того лабиринта сомнений, в котором они блуждали. Асылбек еще не выступал. А уже все устали. И все же:

— Что там Асылбек хочет сказать? Давайте его послушаем.

Кошербай дал слово Асылбеку.

— Люди добрые, соотечественники, родичи! — начал он. — Вы внимательно выслушали речь представителей «Жас казаха» во главе с Сакеном. Они хотят, чтобы вы согласились войти в состав непонятной федеративной республики, поддержали власть большевиков, выступили против «Алаша». По-моему, это слова тех, кто хочет заманить вас в сети обмана. Нет оснований для разделения казахов на богатых и бедных. Кто из вас видел казаха, умирающего с голоду, оставшегося одиноким и заброшенным?

При этих словах собравшиеся зашумели:

— В твоем ауле, может, все равны!

— Очки, наверно, мешают ему видеть!

Асылбек, не останавливаясь, продолжал:

— Кроме того, Сакен и его сторонники не знают положения в таких больших городах, как Омск, Оренбург. Им неизвестно мнение руководителей народа. Здесь многие следуют за ними. Но разве человек со здравым рассудком будет против того, чтобы образовать правительство «Алаш-Орды» и получить автономию?

В зале стало еще шумнее. Оратор не оправдал надежд, и его попросили с трибуны. Сакен в третий раз взял слово.

— У многих алашцев, правда, — сказал он, — несметные богатства и тысячи голов скота. Но какая польза народу от их богатства? Не попросишь — они и напиться тебе не дадут. Кто из них оказывал помощь беднякам без ругани и упреков? Все, кто твердит: «Алаш, алаш», думают не о благе народа, не о бедных и неимущих. Я расскажу сейчас вам, что думают апашординцы и что думают большевики, а потом вы сами решайте, с кем вам по пути. — Сакен обвел взглядом собравшихся и продолжал:

— Что такое «Алаш-Орда»? «Алаш-Орда» — это орудие тех, кто сидит на шее казахского народа и хочет, воспользовавшись революцией, восстановить ханскую власть. Нужно ли казахскому народу ханство? Казахский народ насмотрелся на дела ханов. На шею простому народу, избавившемуся от Николая, «владыку хана» не посадить. Кому нужен хан? Хан нужен баю, хан нужен волостному. Хан нужен вот этим господам, которые хотят занять высокие посты. — Сакен посмотрел на руководителей Акмолинского казахского комитета и на представителей, прибывших из Омска. Слушатели рассмеялись.

— Но как бы им не хотелось, им не удастся посадить хана на шею простым беднякам — казахам и многонациональному рабочему классу России, уничтожившему род Романовых, три века сидевших на троне. И пусть они помнят об этом. — Опять глянул в их сторону, словно выстрелил. — Хотят собирать деньги среди казахов. А для кого они собирают деньги? Для тех, кто хочет стать ханом. Хотят организовать казахскую милицию. Кого она будет охранять? Господство тех, кто мечтает о хане. От кого охранять?

В зале снова зашумели, послышались крики:

— Пускай уж не охраняют нас!

— Что у меня им охранять-то?

— Кто спасся от царской мобилизации, тому уже не нужны охранители!

— Бостек [28] и лачужку бог и сам защитит!

— Люди, успокойтесь! «От кого охранять?» — спросил я. От большевиков. А кто такие большевики? Большевики — это те, кто борется за интересы всех рабочих, батраков, бедняков. Кто идет за большевиками? За большевиками идут рабочие всех национальностей, батраки, вроде нас, все трудящиеся. Против кого идут большевики? Против царя, его сторонников, баев-кровососов, насильников, чиновников, волостных, старшин.