Сандра
Шрифт:
— Пойдемте, — услышала Сандра, когда остановилась, беспомощно глядя вслед стремительно удаляющимся вагонам. Рука шофера крепко обхватила ее запястье, дабы лишить возможности бегства, но она и не пыталась вырваться, ибо теперь как будто потеряла уже все на свете. Лишь в теплом салоне автомобиля Сандра дала волю слезам.
— Я понимаю вас, — тихо промолвил молодой шофер с черными, как смоль, кудрявыми волосами и смуглым лицом, глянув на пассажирку в зеркало заднего вида. — Это был человек чести. Он всегда вовремя платил жалование и ни разу не обидел никого из слуг.
— Вы… знаете?! — ошарашено вопросила девушка, подняв красное от слез лицо.
— Да. Хорошие люди часто покидают этот мир раньше положенного.
Эмиль говорил о своем господине так, будто того уже не было в живых, и Сандре сделалось страшно.
— Мы должны пока молчать! — напомнил шофер, проницательно взглянув на пассажирку. — Такова воля господина Мильгрея.
— Я знаю, — подавленно кивнула она, отвернувшись к окну.
***
Неровными, путающимися шагами войдя в дом, Сандра сжала виски, чтобы унять стучащую в ее голове с упорной настойчивостью фразу: «Он не вернется». Казалось, сами стены тихо шепчут ей об этом, перекликаясь с пустотой.
— Он не вернется, — сказал кто-то рядом с ней.
Вздрогнув от неожиданности, Сандра круто обернулась…
Часть третья
Право быть счастливой
11
— Он не вернется! — сказала Ники и, искривив свое детское лицо, протяжно захныкала. — Я все знаю! Вы вместе решили обмануть нас, а я подслушала… Я знаю! Вы сказали, что только собираетесь пожениться, а сами… Сами! Сами уже тайно поженились, чтобы ты стала хозяйкой этого дома!
Сандра подумала, что от стыда на ней сейчас загорится одежда. Какая наивность! Они с Лаэртом полагали, что девочки ни о чем не подозревают, тогда как маленькая глупенькая Ники с самого начала раскусила их.
— Это правда?! — стремительно сбежав по ступенькам, Миля отвела сестру к дивану, где стала утирать ее лицо кружевным платком. — Скажи толком, Ники, что ты слышала? — потребовала она. — Ты не шутишь и не выдумываешь?
Но девочка больше не хотела ничего говорить, испугавшись наказания, которое могло последовать за столь дерзкий поступок. Но наказания не последовало. Сандра присела рядом с сестрами на диван и дружески положила руку на плечо своей ровеснице.
— Миля, не надо. Лучше расскажу я… Мне с самого начала не хотелось обманывать вас. Для нас всех начинается другая жизнь, и Лаэрт очень хотел, чтобы мы сплотились — тогда можно преодолеть трудности.
И она начала рассказывать. Спала завеса тайны, и уже через четверть часа они втроем, обнявшись и прильнув друг к дружке, плакали взахлеб, и каждая приказывала другой остановиться, но, сорвавшись, начинала еще сильней. Были и эти слезы, и эта печаль такими упоительно-сладкими, сближающими, что помимо воли девушки вдруг ощутили, что не одиноки в своем несчастье… Их жизни были различны, но они встретились, чтобы теперь постичь свое равенство перед судьбой.
— Мы должны разыскать Эрти и вернуть домой. Если дело совсем плохо, ему лучше окончить свои дни здесь, в окружении близких людей, но не там — неизвестно где, — наконец промолвила Милретт, все еще всхлипывая.
— Но я не знаю, куда он уехал в действительности, — возразила Сандра, — и, думаю, никто этого не знает… Он не хотел обременять вас заботами о себе…
— Бедный Эрти! — воскликнула Ники. — Мы были так слепы, что ничего не замечали!
Наполненные недетской серьезностью слова растревожили сердце Сандры.
— Я с вами! — пылко воскликнула она. — Вместе мы обязательно что-нибудь придумаем! Прошло немного времени, но я уже люблю вас…
— Сандра! — благодарно вскричала Миля, уткнувшись лицом в ее плечо. — Ты теперь наша старшая сестра. Раз Эрти выбрал тебя, значит, ты действительно заслуживаешь право стать наследницей Мильгреев. Отныне мы — одна семья. Плохо только, что Лаэрт уехал от нас. Глупый! Неужели б мы его не поняли?!
— Он просто не хотел, чтоб вы его жалели, — пояснила Сандра. — Молодым трудно признать свою слабость — они хотят быть героями.
— Но ты ведь не оставишь нас? А мы не оставим тебя! — заявила Милретт.
Пространство под высокими сводами прониклось той священной идиллией сплоченности — совсем как пять лет назад, когда, потеряв отцов, в этой самой гостиной, на том же самом диване Лаэрт успокаивал осиротевших девочек, обещая никогда не оставлять их. Но обстоятельства неумолимы — он все же их оставил. Не по своей воле, а по воле судьбы, чтобы теперь ту же самую клятву произнесла совершенно чужая девушка.
***
Шло время, по городу со скоростью света ползли слухи, опутывая своими сетями высшее общество. Правда переплелась с ложью так неотделимо, что никто до конца не ведал, где пролегает граница меж черным и белым. Кто-то говорил, что Лаэрт пропал без вести вслед за своим отцом в зловещем Байдельском ущелье, а кто-то утверждал, будто никому неизвестная девушка, поселившаяся в его доме, — виновница предполагаемого несчастья. Прошло три месяца, и общество вынуждено было признать, что Мильгрей погиб. Вот тогда-то и объявилась жена несчастного, которая не преминула предъявить неоспоримые права на наследство.
Сандре было неприятно выглядеть в глазах людей охотницей за чужими деньгами; она вовсе отказалась бы от наследства, если б не обещание, данное Лаэрту Мильгрею. Девушка никак не могла смириться с положением знатной дамы, живя затворницей среди роскоши. Слуги уже привыкли видеть свою новую хозяйку с распущенными волосами, в мятом платье, босиком расхаживающей по мраморным полам особняка. Александра Мильгрей странна, но у нее доброе сердце и открытый нрав — поняли многие и приняли ее такой, какая она есть. Да и сестры, лишившись надзора Лукреции, словно повзрослели и расцвели. Быстро поладив между собой, все трое часто гуляли по городу, чтобы отвлечься от мыслей о Лаэрте. Поиски не дали результатов: он исчез, и девушки даже не знали, жив ли еще их благодетель.
Все эти дни Сандра не могла отделаться от мистического чувства. Она не понимала, что творится с ее мыслями; почему она так грустит по мужчине, которого знала всего-то несколько дней, зачем ждет, что в холле раздадутся его шаги…
12
Из простого шофера Эмиль словно по мановению волшебной палочки превратился в проводника Сандры во внешний мир.
— Господин Мильгрей поручил мне заботу о вас, а я выполню его просьбу, — фанатично изрек однажды молодой человек. Но его скрытность и регулярные отлучки наводили Сандру на мысль, что Эмилю что-то известно. Пока он рьяно отрицал малейшие намеки на связь с исчезнувшим хозяином.