Чтение онлайн

За всю свою жизнь Воронов мало кого впускал в свою жизнь, действительно впускал, а не делал вид. Он давно убедился в том, что чем меньше людей в твоем сердце, тем меньше вероятности, что это сердце разнесут в клочья. Правда в последнее время Вит стал сомневаться в том, что у него вообще есть сердце. Так или иначе, только двое были допущены к той части Ворона, о которой никто не знал. И обоих потерял, связавшись с Ведьмой. Вот такой парадокс. Он уже давно не тешил себя иллюзией того, что Жека является его преданным другом. Нет. Виталий прекрасно видел в серых глазах друга еле сдерживаемую ненависть и обиду за сестру. Он больше бы не рискнул своей жизнью, спасая Виталия, а лишь наблюдал бы, как Ворона просто зарезали и пальцем бы не пошевелил, что бы его спасти. Красавчик больше не считал Воронова своим другом. Не после того, что он сделал с его сестрой. Не то чтобы Ворон издевался над Катей, но уважать он ее не мог. Да и не старался этого делать. Он и сам не мог понять, почему всё это время оставался с Ведьмой. После того как Вит исполнил свой план Катя ему была не нужна. Он использовал для достижения своей цели, и сейчас она была для него бесполезна. Катерина уже давно его раздражала, причем порой его выводили из себя такие мелочи, которые в принципе его не должны волновать. Больше всего его удивляло поведение самой Кати, которая с поразительной стойкостью терпела все его измены, оскорбления, игнорирование. Это было их игрой. Он заставлял ее прогибаться, чувствовать себя никчемной и беспомощной и ждал. Ждал когда же она наконец бросит его, оставив свои нелепые надежды перевоспитать его. Но Алексеевская молча проглатывала все издевательства. Не то, чтобы он физически избивал ее. Нет. Лишь однажды он ударил ее. И тогда дело заканчивалось без видимых травм для нее. Виталий не видел смысла еще и физически измываться над совершенно беспомощным человеком. Конечно, были еще и их постельные игры, где он делал с ней все что хотел, где полностью мог раскрыть все свои пороки, не боясь, что это повернут против него. Секс был единственной вещью, которая выплескивала все ту темную энергию, которая скапливалась в нем. Секс, как способ укрощения его внутреннего зверя. И Катерина с самого начала приняла правила игры, и даже получала удовольствия от их игр. Так что эту часть отношений с Катей он не брал в расчет, хотя без сомнения этот аспект имел наиболее сильное влияние на их странные отношения. Но больше всего его в ней удивляло то, с каким упорством Катя игнорирует тот факт, что в его жизни она ничего не значит. Иногда в его голову закрадывались мысли, что все ее рвение привязать его к себе было не из мнимой любви к нему, а из страсти к его деньгам. А их Катерина обожала. Но Вит знал, что не всё так просто. Катя действительно что-то к нему чувствовала. И это одновременно расстраивало его и заставляло проверять ее непонятное чувство на стойкость, пытаясь искоренить его в ней, задушить в корне. Порой его развлекали все те ухищрения, к которым она прибегала, чтобы удержать его или заставить сделать что-то. Было смешно и одновременно грустно наблюдать, как она пытается ему лгать, ведь он ее читал как раскрытую книгу. Ведьма даже обращалась к местным ведьмам, чтобы те приворожили его к ней. Воронов очень долго смеялся, когда узнал об этом. Смех смехом, но ей всё же удалось заставить сделать то, чего он не собирался. А именно жениться. Ворон вообще не хотел жениться ни сейчас, ни когда-либо в будущем. Но уже меньше чем через месяц он удостоится гордого носителя звания "муж". И всё из-за его ребенка. Дочери.

Первой реакцией на новость, что Катя беременна от него, было отторжение и гнев. Еще, пожалуй, недоверие. В его голове никак не могла уложиться мысль о том, что он вскоре станет отцом. Гнев был направлен на Катю, которая опять заставила его потерять контроль над ситуацией. Он даже думал на следующее же утро отвести ее в больницу, где бы ей сделали аборт. Но что-то его всё-таки остановило. Воронов часто задумывался над причинами того, почему всё же разрешил Кате рожать этого ребенка. Что-то глубоко внутри воспротивилось умерщвлению еще не родившегося ребенка, и это непонятное чувство, взявшееся неизвестно откуда, усмирило и гнев, и гордыню, заставляя привыкнуть к мысли, что он всё-таки станет отцом. А решение о свадьбе же в его глазах было логичным. Никто и никогда не сможет назвать его ребенка ублюдком...

В памяти невольно всплыли старые, почти забытые воспоминания из детства. Непристойный пьяный крик, хлесткая пощечина, привкус крови на губах, запах дешевого табака... Виталий со всей силы надавил пальцами на виски, словно пытаясь выдавить оттуда воспоминания, от которых он никогда не сможет избавиться. Воспоминания, которые до сих портят ему жизнь, напоминая ему какое он ничтожество. Но выдавить их не удалось. Никогда не удавалось. Эти воспоминания засели настолько глубоко, что вытащить их из головы можно было лишь вместе с серым веществом.

Чтобы хоть как-то сосредоточиться на настоящем, Виталий посмотрел во всё еще открытую папку, где ему на фотографии улыбалась Даша. Улыбалась так открыто и лучисто, вот только глаза... они уже не блестели так как раньше. И Ворон прекрасно сознавал, что вина во многом лежит на нем. Не стоило ему тогда заводить с ней роман. Ведь знал же, что Дарья достойна более нормального мужчины, чем он. Она заслуживала верного, доброго и благородного мужчину, а не такого эгоистического, беспринципного ублюдка, как он. Но девушка манила его к себе, как горячий, гостеприимный очаг усталого путника, и он в свойственной ему манере решил взять то, что так сильно желал, не ведая каким образом изменит ее и свою жизни. И самое страшное, что будь у него возможность что-то изменить, то Виталий не стал бы ничего менять. Слишком дороги ему те моменты, когда он был с Дашей. Единственное что он бы изменил... он бы не допустил того, чтобы Катя толкнула Белоснежку под машину. Лучше уж самому под автобус прыгнуть. Всю ту боль, которую пережила Даша, Воронов взял бы на себя и сделал бы это с улыбкой на лице, потому что знал бы, что она здорова и жива. А что до факта его измены. Рано или поздно это бы произошло. Рано или поздно бы он сорвался. Ведь там где нет доверия, не может быть и отношений. Но лишаться Даши Ворон не хотел, а ведь должен был отпустить. Но думать и сделать это совершенно разные вещи.

Катя. Она стала знаковой фигурой в его судьбе. В какой-то мере из-за нее он лишился двух людей, которыми дорожил больше всего в своей жизни. Затащив в постель сестру своего друга, Вит обрек их дружбу. Спасая Жеку и себя от тюряги, он лишил себя шанса быть счастливым. Виталий всегда знал, что значит Катя для его друга детства. Но Воронов воспользовался ей, поступая так, как делал всегда, просто взял то, что ему было необходимо на тот момент. Да она сама напросилась. Да Катя практически заставила его действовать, используя ее, как инструмент для уничтожения своих врагов. Только этим самым Вит перечеркнул долгие годы дружбы.

Евгений знал о Вороне многое, знал то, что других бы заставило содрогнуться, но никогда не осуждал его, всегда принимал его таким, каким он был - везучим лицемерным ублюдком. Вот Воронов и поступил как лицемерный ублюдок, превратив сестру друга в сексуальную игрушку. Виталий не мог и не сможет никогда измениться, хотя он и пытался. Мужчина никогда не сможет стать примерным семьянином, нежным мужем, человеком с кучей никому ненужных принципов. И даже зная об этом сейчас, он никогда бы не отказался от того времени проведенного вместе Дашей. И Ворон прекрасно понимал, что участь терпеливой жены, ждущей своего мужа-кобеля дома вместе с оравой детишек не для Белоснежки. Она достойна лучшего. Намного большего. Виталий должен был отпустить ее еще тогда, до того как лег с Катей в одну постель. Тогда, когда Даша поставила свою дружбу с Катериной выше своих отношений с ним. Вит понял это, только поздно. Поэтому и отпустил. Или сделал вид, что опустил. Не суть важно. Важно, что Даша снова появилась в его жизни, всколыхнув весь этот спектр чувств, испытываемых им по отношению к ней. Заставив ревновать, бесноваться. Заставив сомневаться, а отпускал ли он ее вообще. Потому что в его мыслях она до сих пор принадлежала ему одному.

Ревность подобно кислоте разъедала его изнутри, заставив наброситься на друга с кулаками. Уже давно он не терял контроля над собой. Очень давно. Ворон всегда знал, что друг не равнодушен к Даше, но раньше он был уверен, что девушка никогда не будет воспринимать Жеку в сексуальном ключе... А был ли он уверен? Или пытался себя убедить? Виталий же организовал Евгению эту работу за границей, подальше от Беляевой, прекрасно сознавая, что друг не откажется от такого предложения. Слишком уж хорошим друзьями были эти двое, иногда их дружба заставляла Ворона чувствовать себя лишним. И это ему совсем не нравилось.

А теперь Жеке ни что не мешает занять вакантное место в сердце девушки. И это обстоятельство заводило Ворона еще сильнее, ведь он не мог, не имел права никак помешать сопернику. Да и Даша сегодня вела себя так, будто они с Женей являются чем-то большим нежели друзья. И этот факт засел глубоко, будто заноза в мозгу, причиняя адскую боль. А когда ему было больно, Воронов всегда злился.

Поэтому и выставил Красавчика из квартиры сразу же, как представилась такая возможность, потому что был слишком велик соблазн просто убить друга, и этим самым свести к нулю все вероятности того, что Жека станет чем-то большим для Даши.

От всех этих мыслей гнев снова стал просачиваться из него, пробегая будоражащим током по его нервам. Рука сама по себе сжала ни в чем не повинный стакан и со всей силы запустила его в стену. Звон разбитого стекла немного отрезвил Ворона. Прежде чем решать, как действовать, нужно точно узнать, что тут происходит. А это узнать он может только у одного человека. Настало время поговорить с Дашей тет-а-тет.

***

Даше так и не дали напиться. Стоило девушке убежать от Максимова, ее сразу же поймала Женя и уже никуда от себя не отпускала в течение всего оставшегося вечера. Стоило Дарье подумать над тем, каким способом ускользнуть от подруги, так Женя сразу же занимала её, вовлекая в разговор с очередным гостем. Каждый из присутствующих прямо таки стремился завести знакомство с Дикой Орхидеей. Зная, как Вавилова не любит всеобщее внимание, Даша со вздохом признала, что бросить подругу на растерзание "стервятникам" не может. Не то, чтобы подруга не могла за себя постоять, но одна против толпы жаждущих отщипнуть кусочек от звезды... В общем, это было бы смешно, если бы не было так грустно. Евгения часто жаловалась, что именно эта часть своей работы ее раздражает и выматывает сильнее всего, но смиренно признавала, что это часть ее жизни и продолжала улыбаться каждому в череде желающих поглядеть на звезду. Сама Дарья часто сопровождала Женю на различного рода мероприятиях, просто присматривая за ней, потому что, не смотря на весь свой бойкий и яркий характер, Дикая Орхидея обладала нежной сердцевиной. Но в этот вечер Беляева уже несколько раз порывалась скрыться в каком-нибудь темном уголке и уединиться со всеми этими беспорядочными мыслями в своей голове. Но Женя, словно чувствуя состояние подруги, не отпускала ее, используя самые пустяковые предлоги. Сегодня она просто осаждала просьбами Дашу, то поправить макияж, то прическу, то платье. А учитывая, что Евгения никогда не была особенно помешана на своей внешности, то Дарья поняла, что девушка просто не хочет выпускать ее из поля зрения. Казалось, что Евгения что-то знает и опасается, что Даша что-нибудь учудит, вот и старается всеми силами отвлечь подругу.

Сама Беляева всю эту ситуацию как бы наблюдала со стороны, она отвечала на вопросы, разговаривала, смеялась, шутила, но мысли ее плавали где-то очень далеко. Ошеломляющее начало вечера полностью затмило собой весь остаток вечера. В голове была какая-то мешанина из обрывков воспоминаний, раздумий и планов. Всё это сливалось в какую-то непонятную массу мыслей, которые начинали давить на нее, вызывая жуткую головную боль. На нее напала апатия, казалось, что она вообще ничего не чувствует. Дарья понимала, что это последствия нервного перенапряжения, просто организм пытается подавить все негативные эмоции, у нее был обычный шок. Все эти американские горки довели ее до состояния полного вакуума. Сейчас ей хотелось одного - просто уйти отсюда, закрыться в какой-нибудь маленькой комнатке и заснуть крепким сном без сновидений, но Даша тщательно играла роль светской львицы, демонстрируя полное игнорирование любопытных взглядов, направленных в ее сторону. Ей даже начало казаться, что ее рассматривают едва ли больше Дикой Орхидеи и это ее серьезно напрягало. И хотя Беляева умело прикрывалась высокомерной маской, всё внутри нее скручивалось в тугую спираль, казалось еще чуть-чуть и защитный кокон, которым она себя окружила, разлетится вдребезги, и Даша всё-таки сделает какую-нибудь глупость. Например, опрокинет фужер с красным вином на идеально выглаженную белоснежную рубашку Максимова. Зелёные глаза мужчины неотступно следили за ней на протяжении всего праздника, добавляя напряженности в итак напряженное душевное состояние Даши. После их крайне странного разговора Даша ощущала себя не в своей тарелке, создавалось впечатление, что на нее открыли охоту. Крайне не приятное ощущение, кстати сказать. Девушка кожей ощущала тяжелый, изучающий взгляд Беса, он словно бы высматривал ее уязвимые места, слабые точки, на которые потом сможет надавить. Видно мужчина решил, что может ее эффективно использовать в борьбе с Вороновым. Причём Даша не могла взять в толк, каким образом он хочет ее использовать. Беляева больше не была ни невестой Воронова, ни его возлюбленной. Она уже давно ничего не значит для Виталия, он это продемонстрировал крайне однозначно, отказавшись от нее в самый трудный момент ее жизни. Все сведения, которыми Даша обладала, были застарелыми, ведь информация о нынешнем Воронове у нее была лишь отрывочная. Неужели Максимов хочет, чтобы она добывала для него информацию? Тогда он и здесь просчитался. Виталий никогда не открывает полностью все свои планы, а те люди, которые ему необходимы для осуществления его идей, знают лишь краткий необходимый для работы набор информации. Именно его скрытность и осторожность гарантировали ему успех в бизнесе. Его было трудно подставить или просчитать, так как никто не знал его конечную цель, и какие козыри он скрывает в своем рукаве. Зачастую люди даже не подозревают, что играют на руку Виталию, действуют по его плану и узнают об этом только потом, когда нужная роль уже сыграна. Ворон был великолепным манипулятором и отлично умел блефовать. И Беляевой было до смерти обидно, ведь она была одной из его марионеток. Вит всегда знал все ее реакции. Порой Дарье казалось, что Воронов читает её мысли, инстинктивно Виталий угадывал ее настроение, зачастую девушке казалось, что их связь имеет какие-то мистические оттенки, ведь Воронов всегда знал, что сказать и сделать, чтобы поддержать и утешить, вселить в нее веру и... заставить делать то, что ему было необходимо. При этом он сам для нее всегда оставался загадкой. Даша никогда не знала его полностью, зачастую ей казалось, что Ворон ей не доверяет, так как Беляева не знала ничего о его деятельности, кроме сухих фактов. Девушка очень часто бесилась из-за этого факта, но сейчас почувствовала благодарность. В данный момент, Даша поняла, что это было необходимо. Конечно, Воронов это делал не из-за доброты душевной, но, тем не менее, этим он оградил ее от давления местных криминальных элементов и просто конкурентов по бизнесу. Ей совсем не хотелось быть похищенной ради информации об очередной задумке Виталия. В свое время ее бывший перешел дорогу многим довольно предприимчивым и ушлым дельцам, включая мелких местных рекетиров. После того, как "Виват" стал ресторанным лицом города, были проведены чистки в прилегающих к ресторану районах, в результате которых было засажено множество мелких дельцов. Не надо быть гением, чтобы догадаться по чьей наводке действовали правоохранительные органы. Надо отметить, что до того, как здесь появился "Виват", райончик входил в число самых опасных районов города, а после стал вполне респектабельным и обзавелся парочкой элитных заведений. Что касается Максимова, то поговаривали, что он был в довольно дружеских отношениях с костяком той самой криминальной части района. Возможно, он даже был в доле.

Даша не была наивной и прекрасно отдавала себе отчет в том, что она не знала и сотой доли информации о том, что в действительности происходило в те годы, когда происходил дележ территории. Но вполне могла предположить, что у Ворона есть завязки в самых верхах города, иначе бы "Виват" никогда бы не добился такого высокого статуса. Просто не дали бы. Задавили бы. Даша до сих пор с содроганием вспоминала тот день, когда "Виват" спалили до тла. Помнила, как Воронову было трудно восстановить свое детище из пепла, как катастрофически не хватало денег. Даше даже пришлось продать квартиру, которая досталась ей от матери. Эта мысль вызвала горькую усмешку. Какой глупышкой она была! В то время Дарья ради любимого была готова на всё, вот только такая отдача была не нужна ему. Виталий благосклонно принимал всё, что давала ему девушка, но ценил свои сексуальные эскапады куда больше самой Даши.