Чтение онлайн

Хотя нет, это была не совсем Нина. От моей спортивной, резвой подруги не осталось и следа. Стоявшая передо мной дама являла собой тревожный сон художника по историческому костюму. Платье радикального малинового цвета с корсетом до неузнаваемости изменило ее фигуру, лицо же скрывало боа в тон.

– Чихать хочется, – сказала дама и чихнула, – перья в нос лезут.

– Кто-то еще потешался над моей шляпкой с вуалью, – только и смогла произнести я.

– Как я тебе? – Нина начала уморительно вышагивать по квадрату, как бы репетируя некие одной ей ведомые па.

– Гламурненько, – фыркнула я. – Снимите это немедленно!

– Нет, ну почему? – Нина, казалось, вошла в роль. – Я могла бы это куда-нибудь надеть. Единожды. Или, скажем, даже дважды.

– Даже трижды. – Я перевернула ценник и ужаснулась: – По двадцать тысяч за раз!

– Снимаем. – Нина мухой метнулась в примерочную.

Я рассеянно разглядывала бесконечные ряды платьев, рубашек и юбок, следила за вылетавшими из примерочной предметами Нининого гардероба (всякий раз они ловко приземлялись, повисая на краю кабинки), и думала – как же я их люблю!

Моих невероятных, сумасшедших, совершенно удивительных подруг.

Катя... внезапно меня кольнуло чувство острой вины. Уже долгое время я была так увлечена собственными, высосанными из пальца трагедиями, что даже не пыталась поговорить с ней! А ведь наверняка я была нужна ей ничуть не меньше, чем она мне.

И стоило мне только так подумать, как тут же зазвонил телефон.

– Привет, дорогая! – В моем голосе была такая радость, что Катя заподозрила неладное.

– Что такое? Магазины сегодня раздают тряпье бесплатно? – поинтересовалась она.

– Нет, но все равно приезжай! Выпьем по чашке какао и съедим лучший в городе гаспачо в «Vogue Caf'e».

Простой, как все гениальное, суп из протертых помидоров стал камнем преткновения столичных кулинаров. Он присутствовал в каждом меню, но есть его можно было только в одном месте. Остальные рестораны, как сговорившись, подсовывали под видом гаспачо нечто водянистое, переперченное, напоминавшее результат неравного брака томатной пасты «Помидорка» и соуса «Табаско».

Через час, выманив отчаянно верещавшую Нину из примерочной, мы подходили к стеклянной двери «Vogue Caf'e».

– Смотри, смотри! – Усевшись, Нина тут же начала отчаянно вертеть головой. – Вон там сама пани Долецкая!

– Она прекрасно выглядит, правда? – Я рассеянно оторвалась от меню.

– Она трескает картошку с мясом! – Возмущению Нины не было предела.

Это была редкая удача – застукать одного из главных поставщиков идеи «90–60–90» и по совместительству бессменного главного редактора журнала «Vogue» за таким криминалом.

– Я сделаю фотографии, – заволновалась Нина, потянувшись за мобильным телефоном. – Опубликую их в блоге и сразу наберу тысячу друзей.

– Прекрати! – Я пыталась хохотать совершенно беззвучно, что получалось из рук вон плохо. – Мы не можем обвинять ее в том, что она – нормальный человек!

– А ты читала ее журнал? – не сдавалась Нина.

– Никогда. – Я посмотрела на подругу взглядом, полным искренней симпатии. – Разве кто-нибудь интересуется этим молодым региональным изданием?! Закажи себе лучше вот... лимонадик.

– И тортик! Два тортика, – оживилась Нина. – После того, что я только что узнала о своем кумире, я могу позволить себе все!

– Вы готовы сделать заказ? – Официант подкрался к Нине с тыла, и она вздрогнула от неожиданности.

– Да. Мне, пожалуйста, то же, что вон той даме в белом. – Нина показала мне язык. – Я фанатично следую советам культового журнала о моде.

Катя появилась прямо к горячему. Она, как и всегда, выглядела превосходно – белая юбка Moschino и туфли с лаковыми вишенками. На лице ее сияла улыбка.

Я обняла Катьку и протянула ей подарок – красиво упакованную коробочку с блеском для губ Vivienne Sabo. Отрывать любимый блеск от сердца было тяжеловато, но я надеялась, что так могу искупить свою вину.

– Спасибо! – просияла Катька. – Что это за блеск?

– Приносит счастье, – засмеялась я. – Мой любимый.

– Нина! Ты ешь картошку с мясом? – отметила Катя.

– О да, детка, это хит сезона. – Давясь и хихикая, Нина поведала Кате о маленьких страстишках большой звезды.

– Как ты, дорогая? Как твои дела? – Иногда эти вопросы задаешь именно для того, чтобы получить ответ, – и это был как раз такой случай.

– Отбой, – улыбнулась Катя, – ложная тревога. Все эти чеки на нижнее белье, странные исчезновения...

– Ну? – заинтересованно протянула Нина.

– Венечка покупал белье маме, – улыбнулась Катя. – Все сходится.

– Ты уже видела эту великую женщину? – спросила я.

– Нет, что ты! До тела допускаются лишь избранные. Я даже не знаю, в курсе ли она вообще, что у Венечки со мной серьезно. – Катя отпила холодного малинового лимонада из трубочки.

– Очаровать! Обаять! Обезвредить! – Нина размахивала в воздухе вилкой с наколотой на нее картофелиной.

– Действительно, Кать. Ты его... любишь?

– Я его понимаю. Может быть, это больше, чем... Девочки, я совсем запуталась.

– В любом случае, мне кажется, настал момент, чтобы войти в клетку с тигром.

– Иногда это бывает не так страшно, – уверила Нина. – Вдруг она тебя полюбит?

– Этого-то я и боюсь, у меня и так вечный перерасход по мобильному телефону, – засмеялась Катя. Смешок, впрочем, вышел какой-то нервный – слишком нервный, чтобы сказать, что она не кривит душой.

– Полюбит и начнет просить внуков.

– А тут ты...

– А тут Веня...

– А тут вы, ага!

– Девочки, прекратите! – Катя посмотрела на нас своим особенным взглядом, в котором читалось «стоп». – Вы сейчас напугаете меня до смерти.

Действительно, знакомство с родителями по шкале стресса стояло рядом с... концом календаря майя в 2012-м. Зачастую оно вполне заменяло этот самый конец, которого, кстати, никто не видел. А вот закончить любые отношения, даже самые перспективные, встреча с родителями вполне себе могла. Особенно такая.