Чтение онлайн

— Не отдать, а продать! — грубо поправил Джесс. — Ты была готова продать пару лет своей жизни. А я всего лишь хочу продлить этот срок. Обещаю тебе, что все это окупится сторицей, о чем бы ни шла речь. Положение в обществе, деньги и тому подобное. А если у нас с тобой родится ребенок, ты обретешь уверенность, что Нелли может спать спокойно, где бы она ни находилась.

— Так я и клюнула на твою сентиментальную удочку! — взвилась Лаура с истерическими нотками в голосе. — Как можно думать, что я соглашусь зачать ребенка от человека, к которому не питаю никаких чувств? Уже не говоря о том, что он сам не отвечает мне взаимностью!..

— На этом пути ты рискуешь совершить непоправимую ошибку, — холодно возразил он. — Практика показала, что рассудочный, цивилизованный брак, создает куда лучшие условия для здоровья и благополучия супругов и, конечно, детей. В отличие от сожительства, основанного на таком метафизическом понятии, как любовь. — Джесс сделал паузу и равнодушно осмотрел ее с ног до головы. — Само собой, физическая совместимость — это лишний плюс для обоих партнеров. И не стану кривить душой, я не вижу у нас с тобой особых сложностей по этой части.

— Убирайся прочь! — Она тщетно пыталась вырваться из дьявольского капкана, взбешенная своим нежеланием замечать зародившееся в ней новое чувство, которое уже начинало мучить ее своей вязкой неотступностью. — Я не желаю обсуждать это!

— Вот незадача! А я как раз желаю, — гнул свое Джесс.

От его циничного взгляда все поплыло перед глазами. Отбросив неверным движением пышные волосы с пылающего лба, она почувствовала какую-то магическую силу, которая не позволяла бежать отсюда, хотя ее руки и ноги были свободны.

— У тебя не должно быть иллюзий относительно моего отношения… — еле слышно пыталась возражать она, вся дрожа от терпкости интимной подоплеки вопроса.

— Ты меня ни в грош не ставишь, я вижу. И продемонстрировала это достаточно ясно. — Он коротко рассмеялся, не обращая внимания на протестующий возглас. — Но не надо водить себя за нос, женушка. Отношение к человеку не имеет ничего общего со слиянием двух тел. Зов плоти — это химическая реакция, которая не подчиняется нормам морали. Все, что от тебя требуется, — желание. — Он залюбовался ее живописно растерзанным видом. — И, как бы ты ни старалась убедить меня в противном, думаю, ты действительно хочешь меня. Я чувствую, как твое тело отвечает мне, когда до тебя дотрагиваюсь. Когда я убрал руку с твоей руки, она же так и потянулась вслед!

— Нет… — почти застонала Лаура, чувствуя, как горячая волна прокатывается по всему телу.

— О, да, моя маленькая, — нежно продолжал он, не сводя глаз с ее вспыхнувшего лица. — Ты не создана для аскезы и умерщвления плоти. И прекрасно отдаешь себе в этом отчет. — Он поднял руку и тыльной стороной ладони легонько провел по ее щеке, усиливая действие парализующих чар.

— Прошлой ночью, — одними губами произнесла Лаура, — ты говорил…

— Той ночью мы были слишком утомлены, а ты предпочитала противиться правде. — Его глуховатый мурлыкающий голос удивительно приятно щекотал слух. — Можешь ненавидеть себя за это, но, правда проста. Ты так же мечтаешь отдаться мне, как я — овладеть тобой.

Глаза Лауры нарочито выражали несогласие, но влажное тепло губ Джесса, прикоснувшихся к мочке уха, отключило в ней что-то еще, лишив дара речи. Она смогла издать лишь слабый стон, когда от места первого поцелуя вниз, по направлению к ключицам, пролегла цепочка таких же волшебных прикосновений.

Затем чувство стыда и унижения, в который раз наполнило ее, заставив одеревенеть все тело. Как она может отвечать на эгоистичные ласки Джесса, зная, что единственной его целью было утолить с ее помощью сексуальный голод, что его сердце по-прежнему принадлежит Элен де Буи.

Господи, где же выход из этого жуткого тупика? Тот давний идеал, который отнюдь не оказался поверженным идолом, незаметно привнес в душу куда более серьезное чувство. С упавшим сердцем Лаура поняла, что самообману приходит конец. Былая влюбленность переросла в любовь.

Принимая ее молчание за вынужденное согласие, Джесс явно не собирался останавливаться на достигнутом. С ненасытной жадностью он вновь овладел ее губами. В этом поцелуе была требовательная страстность. И что-то еще, напоминающее злость, обреченно подумала она. Но сопротивляться Лаура уже не пыталась.

Его пальцы с обольстительным проворством взбежали по ее спине, отточенными движениями расправляясь с застежками бюстгальтера, чтобы затем, сложившись в живые чашечки, вернуться к груди. Со счастливым вздохом Джесс принял в ладони это сокровище, упоенно лаская источающие сладострастие соски.

Затем, прежде чем Лаура догадалась о его намерениях, он одним движением окончательно избавил ее от блузки, осыпая беспрерывными поцелуями плечи, грудь, живот.

Последние проблески сознания катастрофически исчезали. Вцепившись руками в его плечи, она призывно изогнулась, влекомая всепоглощающей жаждой соития. Ничто из того, что Лаура читала, слышала или пережила до этого, не подготовило ее к пугающему пароксизму собственного возбуждения, ничто не предупредило о боли, неумолимо разливавшейся по телу.

Он оказался прав. Даже зная, что душа его отравлена предательством Элен, что его сердце не свободно, а все, что ему нужно — это ненадолго удовлетворить распаленную страсть, она постыдно хотела его, как никогда не хотела ни одного мужчину в своей жизни.

Время стянулось в точку. А ее языческий кумир, ее любимый вырос до размеров вселенной, заполнив своими прикосновениями, запахом, древними инстинктами охотника-мужчины все каналы восприятия. Он вновь опустил Лауру на их импровизированное лесное ложе, но на этот раз так бережно, что последние очаги сопротивления, которые могли еще тлеть в ее душе, были бы затоплены ласковой волной. Умолкло еще недавно неотступное сознание греховности происходящего. От мучительных терзаний сейчас не оставалось и следа!

Он мог бы взять ее прямо здесь, вдохнуть жизнь в их брак в этой волшебной роще, окутанной томными благовониями, под аккомпанемент невидимого оркестра цикад, и Лаура была бы благодарным партнером. Не только на эти мгновения, наполненные лихорадочным трепетом. На всю жизнь.

Мелодичный звон колокольчиков, сопровождаемый смутно знакомыми звуками, настиг их секунду спустя.

— Кто-то идет! — Лаура панически забилась в его объятиях, пытаясь на ощупь обнаружить хотя бы первостепенные детали своего скромного наряда. Спокойствие начало возвращаться только тогда, когда Джесс неохотно откатился в сторону, перекинув ей злополучную блузку.

— Это, должно быть, туристы, — дрожащим голоском произнесла Лаура, пытаясь взять себя в руки. Какой невообразимый позор, если бы кто-нибудь обнаружил их в лесу, в объятиях друг друга или в еще более компрометирующем положении! Ее словно обдало кипятком при мысли, какое зрелище мог застать случайный прохожий, если бы появился здесь на пару минут позднее.

— Овцы! — Джесс выразительно кашлянул. На его потемневшем лице отразились неописуемая досада и разочарование. — Это же просто несколько отбившихся от стада овец. Ну, ты даешь… — Он пробормотал что-то невнятное. — Итак, судьбе было угодно, чтобы моя едва начавшая складываться интимная жизнь была принесена в жертву овцам! Ты с ними что, сговорилась?