Сделка леди Ромэйн
Шрифт:
— Дедушка, я…
— Что означает этот парад оборванцев? — спросил он, глядя мимо внучки.
Едва поблагодарив Грэндж и Тэчера кивком головы, герцог начал сыпать приказаниями:
— Встаньте прямо! Не ежьтесь, как сборище дураков! Где ты подобрала всех этих нищих? С какой целью ты это сделала, Ромэйн? Если они помогли тебе вернуться домой — я, клянусь тебе, предполагал, что подобное может случиться, — скажи Клэйсону, какая награда причитается каждому из них, и отошли их прочь.
Герцог взглянул на Эллен, как на пустое место, и девушка вопросительно посмотрела на Ромэйн.
— Дитя, побыстрее. Я не хочу, чтобы в доме появились блохи.
В холле воцарилось неловкое молчание. Нарушая его, Ромэйн мягко сказала:
— Дедушка, было бы мудро отложить этот разговор.
— Отложить? — недоуменно переспросил старик, и его седые кустистые брови сошлись на переносице.
— Пожалуйста, давай поговорим наедине. — Ромэйн бросила взгляд на Клэйсона, который прислушивался к разговору, даже не скрывая острого любопытства.
Герцог покачал головой:
— Я вовсе не желаю, чтобы эта свора бродяг слонялась по моему дому. Ромэйн, отделайся от них побыстрее и пойдем поговорим.
— Я не могу.
— Что?! — герцог в изумлении уставился на внучку.
Ромэйн читала мысли деда так легко, будто он произносил их вслух. Он не думал, что после долгого отсутствия его внучка будет вести себя с таким упрямством: ему было непонятно, какую власть имеют над ней незваные пришельцы. Ромэйн хотелось объясниться с дедушкой, но она не могла говорить о сложных и деликатных вопросах в присутствии слуг, которые разнесут сплетни о ее пребывании в Шотландии по всей округе. Лучше отложить этот разговор.
Повернувшись к нему спиной, Ромэйн нежным голосочком распорядилась:
— Клэйсон, пожалуйста, проведите мисс Данбар и ее матушку наверх. Грэндж поможет вам привести в порядок апартаменты, которые, по ее мнению, подойдут нашим гостям. — Тэчер, я знаю, что вы беспокоитесь о лошадях. Думаю, что вы можете найти в конюшне место для Ноккамса.
— Слушаюсь, леди Ромэйн, — ответил Тэчер, переводя взгляд с Ромэйн на герцога.
— Тогда выполняйте, — уколола его девушка.
Прочитав благодарность в глазах конюха, она поняла, что Тэчер признателен ей за то, что она избавила его от необходимости присутствовать при скандале, который вот-вот должен был разразиться.
Дверь за Тэчером захлопнулась.
— Ваша светлость, — обратился Клэйсон к хозяину за дальнейшими распоряжениями.
Ромэйн никогда раньше не замечала, чтобы у дворецкого тряслись руки.
На лице деда глубокими складками лежала печать оскорбленного негодования.
— Ромэйн, я бы предпочел, чтобы ты использовала свой язык для ответа, а не для распоряжений дворецкому.
— Пожалуйста, дедушка… — Она потянулась к его руке, но герцог отстранился, отнимая у девушки надежду уговорить себя. Ромэйн вздохнула и взглянула на Джеймса.
— Мы бы хотели поговорить с тобой без посторонних.
— Мы?!
— Пожалуйста, дедушка, — снова взмолилась Ромэйн.
Может, жалобный тон тронул старческое сердце, может быть, он устал ссориться с внучкой в присутствии слуг, но старик сжалился и кивнул. Он приказал Ромэйн следовать в библиотеку. Держась за плечо дюжего слуги, Вестхэмптон зашагал к лестнице, не оглядываясь на Ромэйн. Он был уверен, что она покорно последует за ним.
— Эллен, ступай с Грэндж, — прошептала Ромэйн девушке. — И возьми с собой тетушку Дору.
— Если ты хочешь, я пойду с тобой, — шепнула ей в ответ Эллен.
— Нет.
Ромэйн даже передернуло, когда она представила, как прогневается дедушка, если кто-нибудь без приглашения осмелится сопровождать его в библиотеку.
— Грэндж поможет вам устроиться. Если захотите принять ванну, позвоните.
— Так… мы остаемся? — неуверенно спросила Эллен.
Ромэйн не ответила. Она сделала знак Джеймсу следовать за ней. Ей показалось, что Маккиннон лениво прищурился. Пораженная его непочтительностью и беспечностью, Ромэйн все-таки надеялась, что ошиблась.
Герцог не вымолвил ни слова, когда Джеймс вошел за ним в тускло освещенную комнату. Старик безмолвствовал, глядя, как нежданный гость вслед за его внучкой пересек комнату по синему ковру и остановился возле камина. Сидя за рабочим столом, за которым он занимался государственными делами, Вестхэмптон молча ждал, когда слуга покинет комнату. Когда дверь за ним закрылась, старик поднял глаза на Джеймса.
— Как я понимаю, сэр, вы и есть часть того, что моя внучка хочет объяснить мне в отсутствие слуг, — усмехнулся он.
— Боюсь, что я не часть, а главное из того, о чем Ромэйн желает поведать вам, — в тон ему ответил Джеймс, не забыв ухмыльнуться.
— По вашему акценту я догадался, что вы из страны Фоморов.
Джеймс стиснул зубы, но тон его не изменился.
— Вы правы, если предполагаете, что я из Шотландии.
— Как вас зовут?
— Джеймс Маккиннон.
— А эти оборванцы? Это что… ваша семья?
— Да, ваша светлость. Моя тетушка, моя кузина, мой слуга — все мы находимся здесь по приглашению вашей внучки, — ухмыляясь, Джеймс обернулся к Ромэйн, которая, греясь возле камина, слушала разговор мужчин. Ах! Если бы было возможно так же просто победить холод, притаившийся внутри! Ромэйн всеми силами старалась выглядеть бесстрастной. Герцог Вестхэмптон ценил силу. Особенно в своей внучке.
— У тебя действительно были причины пригласить этих шотландских бродяг в наш дом? — спросил он, обращаясь к девушке.
Она вспыхнула:
— Да, дедушка. Джеймс спас мне жизнь, и …
— … и ты сочла себя обязанной притащить всю эту компанию в наш дом?
— Они не незнакомые люди. — Ромэйн глубоко вздохнула и, покоряясь неизбежному, выговорила: — Дедушка, они теперь и моя семья, потому что Джеймс — мой муж.
— Твой муж? Не смеши меня, Ромэйн. Ты моя внучка. Ты не можешь выйти замуж за неотесанного шотландца.
Ромэйн всеми силами старалась говорить спокойно.
— Джеймс мой муж, дедушка.