Чтение онлайн

— Ты был великолепно подготовлен. Когда следующий матч?

Он набросал расписание турниров, которые отметил Хэм.

— Но я буду возвращаться постепенно. В этом году, думаю, уже опоздал, но в следующем, мне кажется, смогу произвести впечатление.

— Сколько раз ты выигрывал Большой шлем? — До того, как отправиться на Гавайи, Арден интересовалась, что это значит, и выяснила, что Большой шлем означает победу на открытых чемпионатах в Австралии, США, Уимблдоне и Париже.

— Дважды. С перерывом в два года. Я не смогу этого сделать еще раз, но это не имеет значения, Арден. Если я знаю, что играю в полную силу, победа не столь важна. Я уже выиграл главный матч своей жизни.

Арден протянула руку, чтобы дотронуться до его загорелой щеки. Теперь она ощущала его новую силу и уверенность в себе. Как только ее пальцы коснулись его подбородка, она вдруг чуть не подпрыгнула от удивления и даже негромко вскрикнула. Мэт случайно просунул руку за лиф ее платья, чтобы потрогать то, чего никогда раньше не видел. Он нащупал ее грудь и сосок. Это его заинтересовало. Он слегка зажал его пальцами.

— Пугвиса, пугвиса, — произнес он с гордостью.

— Мэтью! — только и выдохнула Арден, убирая его руку и поправляя платье.

Эндрю свалился на пол от хохота.

— Он общался со многими женщинами?

— Да ладно, Арден. Мэт просто увидел что-то новенькое и красивое и решил выяснить, что это такое.

— Может быть, раньше он и делал что-то подобное, но теперь ты должен поговорить с ним как мужчина с мужчиной.

Эндрю немедленно поднялся, взял мальчика на руки. Он отнес его к кроватке.

— Да, пожалуй, пора поговорить с ним. — Он наклонился к Мэту и сказал ему на ушко, но так, чтобы Арден могла услышать: — Сынок, у тебя прекрасный вкус, ты отлично разбираешься в женщинах.

Миссис Лаани накрыла стол в «обычной» столовой. Эндрю посмотрел на свою экономку, насупив брови, когда увидел на столе зажженные свечи. Она суетилась у стола, делая вид, что очень занята, и совсем не обращала внимания на его сердитый взгляд.

— Мне показалось, что здесь вам будет уютно и вы сможете отдохнуть после такого утомительного дня. Надеюсь, вы любите лосося, мисс Джентри.

— Да. Очень.

И действительно, холодный лосось с огурцом и укропным соусом, овощи и сладкий заварной крем на десерт, которые подала миссис Лаани, были очень вкусными. Но Арден лишь в малой степени получала удовольствие от еды, гораздо большее удовольствие ей доставлял мужчина, который не отрывал от нее глаз так же, как и она от него.

Глаза Эндрю блестели в пламени свечей, когда по ее просьбе он рассказывал Арден о матче. Казалось, что ему было приятно поговорить об этом. Смущаясь, она постепенно разговорила его, и теперь он делился с ней своими впечатлениями. Ему было приятно, что она смотрела матч очень внимательно и понимала, о каком ударе он говорил.

— И ты не сожалеешь, что проиграл?

— Я всегда сожалению о проигрыше, Арден. Я как-то говорил тебе том, что люблю выигрывать. Но если вынужден проиграть, хочу потерпеть поражение в честном бою. Сегодня была победа, несмотря на счет.

— Ты прав.

Он посмотрел ей в глаза:

— Я очень боялся, что не найду тебя, когда ты так сбежала из гостиницы.

— Я вовсе не сбежала, — ответила она уклончиво.

— Думаю, было случайностью, что я оказался в душе, когда ты вернулась в свою комнату, и оплошностью с твоей стороны, что ты не оставила записку, сообщая, где будешь, у миссис Лаани или у администратора.

Она провела большим и указательным пальцами по изящному подсвечнику.

— Ты прав, это невежливо с моей стороны, поскольку я ведь была твоей гостьей. Джерри Арнольд сказал, что ты был рассержен перед матчем. — В ее словах прозвучал вопрос.

— Да, очень. Когда я приехал в клуб, у него не было для тебя билета, ну, я и устроил скандал. Посоветовал найти для тебя самое лучшее место. Он быстро понял, что от него требуется. — Теперь его усмешка стала зловещей.

Арден наклонилась к нему:

— Знаешь что? Мне кажется, ты любишь заставлять других бояться тебя, подавлять их, выставлять себя этаким драчуном-задирой.

Эндрю хмыкнул:

— Да. Особенно если что-то имеет большое значение для меня. — И совершенно серьезно добавил: — Твое присутствие на матче значило для меня гораздо больше, чем ты можешь себе представить. Я чувствовал твою поддержку и одобрение.

Ее глаза стали круглыми от удивления.

— Но ты даже не посмотрел в мою сторону.

— А мне и не нужно было, я и так знал, что ты там, — сказал он таким тоном, что кровь бросилась ей в лицо.

Миссис Лаани нарушила интимную обстановку.

— Если вы не возражаете, мистер Маккэслин, я пойду спать, — сказала она, не входя в комнату. — Утром я все уберу. Комната мисс Джентри рядом с вашей. Вас так устроит?

— Отлично. Спасибо, миссис Лаани. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи. — Голос Арден прозвучал немного хрипло.

— Давай прогуляемся на пляж, — предложил Эндрю, помогая ей встать со стула. Он как бы случайно поцеловал ее в плечо. — Но ты бы лучше надела что-нибудь потеплее. Ветер становится прохладным после захода солнца.

Он ждал внизу у лестницы, когда она через пять минут спустилась, переодевшись в плотный хлопчатобумажный костюм цвета спелого абрикоса. Брюки были завязаны на щиколотках. Она была босиком. У нее были изящные ноги, а ногти на ногах тщательно обработаны. Он обратил внимание на то, что ее грудь не была стянута, а соблазнительно раскачивалась, скрытая ветровкой. Она не надела бюстгальтер. У него возникло очень сильное желание сжать ее грудь, чтобы ощутить, какая она мягкая и упругая, даже скрытая тканью. Он почувствовал, как кровь застучала в голове, а потом эхом отозвалась в нижней части тела.

— Ты точно не замерзнешь? — спросил он, стараясь не показывать своего волнения.

Арден кивнула. Он обнял ее за плечи и повел в залитую лунным светом ночь.

Казалось, что ей тоже стало трудно говорить и он был рад тому, что она не навязывала ему беседу. В ее глазах он читал, что она переживает, предвидя то, что может очень скоро произойти. Слова были бы лишними, их тела прекрасно понимали друг друга и так.

Они шли не спеша по постепенно снижающемуся склону превосходно ухоженной лужайки, перебрались через невысокую кирпичную стену и пошли к берегу. Пляж Эндрю располагался в небольшой полукруглой бухте. Волны накатывались, разбиваясь о куски лавы и теряя силу, катились по песку. Луна отражалась в водах океана, оставляя серебряную дорожку, ведущую от берега и теряющуюся где-то за горизонтом. Ее свет мерцал в поднимающихся и опускающихся гребешках волн. Шелестели под ветром широкие листья пальм. Картина была чарующей, завораживающей своей красотой.

Тысячи раз Эндрю сидел на этом пляже один и считал, что это место — волшебное, но теперь он понимал, что ему всегда станет не хватать чего-то, если рядом не будет Арден. Она превратила волшебство в реальность ощутимую и осязаемую. В лунном свете ее кожа выглядела светлее, а волосы казались черными, как эбеновое дерево. Звезды не сверкали гак ярко, как блестели ее изумрудные глаза.

Эндрю сел на хорошо утрамбованный песок и потянул Арден к себе, усадив рядом. Она опиралась спиной на его грудь. Некоторое время Эндрю не шевелился, не дотрагиваясь до нее и не произнося ни слова. В конце концов, он не знал, как она отнесется к тому, что он собирался сказать ей. И если испытал страх тогда, когда увидел Гонзалеса по другую сторону сетки, то сейчас испытывал ужас. Результат теннисного матча в действительности не был для него настолько важным, как то, что ждет его после беседы с Арден.