Чтение онлайн

Эндрю прочитал поэму на четырех страницах, у него сжималось горло, когда он читал новую строку. Слова, очевидно, лились из ее души, и это было очень больно. Они были пронзительными, но не сентиментальными. Возвышенными, но не помпезными. Они выражали неизмеримую бессильную печаль родителя, наблюдающего, как медленно умирает ребенок. Последние строчки содержали признание в том, какое блаженство принес этот ребенок матери. В них выражалось то редкое счастье, которому можно только позавидовать. На глаза Эндрю навернулись слезы, когда он с благоговением закрыл блокнот, положил его на стол и подошел к Арден. Он обнял ее сзади и крепко прижал к себе, положив голову ей на плечо.

— Арден, это прекрасно.

— Ты правда так думаешь или просто из вежливости?

— Это — просто необыкновенно. Тебе не будет больно, если другие прочтут это?

— Ты считаешь, это можно опубликовать?

— Да.

— Это правда хорошо?

— О боже, конечно. Мне кажется, родители, любой родитель, независимо от того, терял он ребенка или нет, смогут понять тебя. В этом я не сомневаюсь. Я считаю, ты должна опубликовать это. И помочь тем, кто сейчас переживает то, что пришлось вынести тебе.

Она повернулась к нему и положила голову на грудь. Ей нравилось слушать, как ровно и сильно бьется его сердце.

— Жаль, что меня не было рядом с тобой, когда тебе была нужна поддержка. Ты была здесь ради меня, чтобы помочь выбраться из кризиса, но тебе самой пришлось пройти все круги ада. Мне так жаль, любовь моя. — Он произнес это с таким пылом и так нежно гладил ее по спине, что она ни на секунду не усомнилась в его искренности. — Пойдем, — сказал он. Он взял ее за руку и повел в спальню.

Эндрю сел на кровать и поставил ее перед собой. Она посмотрела на его лицо и разгладила пальцем морщинку на лбу.

— Мне так хочется смыть нашей любовью все, что гнетет тебя.

— И мне хочется освободить тебя от тяжести. Но это всегда будет с нами. Возможно, мы любим друг друга так, потому что в прошлом у нас были разочарования.

— Я только знаю, что люблю тебя больше, чем вообще возможно любить. — Его дыхание, прошедшее сквозь тонкий прозрачный материал, было теплым и влажным. Он потерся носом о ее грудь, ему было приятно ощущать ее тяжесть на своем лице. — Арден, ты же не пользуешься противозачаточными средствами. — Он поднял голову и посмотрел на нее.

Она покачала головой и с трудом ответила:

— Нет.

— Отлично. Пусть у нас будет ребенок. — Его руки нежно коснулись ее груди. Он внимательно обследовал размер и полноту, как будто прикасался к ней впервые. — Ты кормила грудью Джоу?

— Пока он не заболел.

Эндрю кивнул. Он ласкал пальцами ее соски, а когда они стали твердыми, уткнулся лицом в ее грудь, поворачивая голову направо и налево.

— Я хочу, чтобы у нас был ребенок. — Она обхватила его голову и положила ее на низ живота. — Ребенок, только твой и мой, которого мы создадим вместе.

Если бы только он знал, что говорит. Она понимала, почему он не чувствует, что Мэт — только его и Элли. Не пора ли рассказать ему, что у них есть общий ребенок, который был их творением, и ребенок получился замечательный? Может ли она сейчас все ему рассказать? Будет ли он также нежно целовать ее? Или он разлюбит ее, обвинит в том, что она намеренно манипулировала им? А это не прощается.

Она было приоткрыла губы, чтобы признаться, но упустила момент. Эндрю уже перешел от слов к делу и страстно целовал треугольник между бедрами, отдавая дань ее женственности губами, и руками, и словами любви. Он приподнял воздушный материал ее халата и собрал на талии. Уткнувшись лицом в тонкую материю, он с наслаждением вдыхал ее аромат.

Когда его губы коснулись ее кожи, Арден вздрогнула, предвкушая удовольствие, и положила руки ему плечи. Эндрю продолжал целовать ее страстно, опускаясь все ниже.

— Пусть у нас будет ребенок, Арден, — прошептал он. — Позволь мне сделать тебе этот бесценный подарок. — Его руки обвились вокруг нее, он обхватил ее бедра и притянул к себе, чтобы поцеловать.

— Эндрю, — выдохнула она. — Ты не можешь это сделать.

Он смог. И он это сделал. Все ее тело было объято огнем страсти. Его жаждущие губы посылали этот огонь, который, ворвавшись в ее чресла, проходил сквозь сердце и проникал прямо в душу. Она, не задумываясь, подчинилась ему, когда он уложил ее в постель, развел ее бедра и встал на колени между них.

— Я люблю тебя, Арден. Позволь мне избавить тебя от боли.

Он мастерски ласкал ее губами и языком. Целовал снова и снова. Язык — этот доставляющий невероятное наслаждение чертенок — двигался настолько умело, что она снова и снова чувствовала высшее блаженство, а затем полное умиротворение.

Почти теряя сознание, она взъерошила его волосы и притянула к себе его голову.

— Войди в меня. Пожалуйста, сейчас. — Она едва могла говорить, а судорога страсти снова сотрясла ее.

Эндрю каким-то образом умудрился освободиться от шорт. Это было всеобъемлющее теплое и жесткое давление, которое заполнило всю ее. Он двигался быстрее, чем обычно, ударяя по стенкам влагалища, выдерживал паузу и снова ударял, пока она не перестала чувствовать что-либо, кроме ритма его любви. Он снова и снова входил в нее очень глубоко, касаясь матки, как будто обещая что-то необыкновенное, и сдержал слово, когда одним ударом прогнал все ее страхи.

Когда он вышел из нее, Арден почувствовала, как ее тело налилось свинцом, ей не хотелось двигаться, и в то же время она ощущала легкость, как будто плыла куда-то. Эндрю снял одежду, которая еще оставалась на нем, потом стащил воздушный халат с ее блестящего от пота тела и лег рядом. С трудом найдя в себе силы говорить, она прошептала:

— Почему ты это сделал?

Он провел пальцем по ее животу и ниже туда, где темнел треугольник волос. Он проследил этот путь, а потом перевел взгляд на грудь, чтобы снова восхититься ею. Его глаза сияли внутренним светом, как у фаната, преклоняющегося перед божеством.

— Чтобы показать тебе, как сильно я люблю тебя, что у моей любви нет границ. Я слабею от любви к тебе. — Он нежно улыбнулся. — А ты придаешь мне силы. — Наклонив голову, он слегка захватил губами ее сосок и стал ласкать его языком. — Я так рад, что я — мужчина.

Ее пальцы вплелись в его светлые волосы.

— Ты думаешь, у нас… получился ребенок?

Эндрю тихо рассмеялся. Положив голову на подушку, он уютно устроился рядом с ней.

— Мы продолжим это занятие, пока не будет результатов.

Затем они уснули, и только алые лучи заката послужили им покрывалом.

— Вы — два сумасшедших, — позвала Арден двух профессионалов тенниса.

Эндрю и Гэри гоняли мяч туда-сюда через сетку, посылая его как можно выше. Они дурачились, развлекая Мэта, тот стоял рядом с кортом и хлопал в ладоши. Когда Эндрю развернулся и послал мяч в его сторону, Мэт радостно взвизгнул и запрыгал.

— Представление окончено, — сказала Арден, — а то вы получите травму, а мне придется сообщать Хэму, что вы — нетрудоспособны. Я забираю вашу группу поддержки домой. Может быть, тогда вы серьезно отнесетесь к тренировке.