Чтение онлайн

— Все это напоминает южную Калифорнию — и климат, и ландшафт, сказал Гай Андрианне.

— Ты был там?

— В Калифорнии? Конечно. Мы с отцом ездили туда как минимум раз в год. У него масса друзей в Лос-Анджелесе. А ты?

Андрианна подумала, что сейчас самое время рассказать Гаю всю правду. Она вновь заколебалась и вновь передумала открывать ему то, что скрывала.

— Нет, я никогда не бывала в Калифорнии. Но я хотела бы побывать там — и в Калифорнии, и в Нью-Йорке.

— Ты увидишь и Калифорнию, и Нью-Йорк. Мы поедем туда вместе, — сказал Гай, снимая руку с руля и заставляя ее съежиться от страха.

— Гай! Смотри на дорогу!

— Ты права! Мне надо вести машину внимательнее. Но все по твоей вине.

— По моей вине?

— Конечно, ты меня отвлекаешь. Но мы можем это легко исправить. — С этими словами он расстегнул брюки, обнажив свой напряженный член. — Ну вот, теперь я буду смотреть на дорогу, держать обеими руками руль и наслаждаться твоим обществом.

Андрианна хихикнула. Он был неугомонный как всегда. Все разговоры с Гаем завершались одним и тем же. Точно так же все дороги ведут в Рим. Может быть, потому что Гай итальянец? Она начала ласкать его сначала медленно, потом более энергично, вдохновляемая его стонами, близкими к рыданиям. В экстазе он клялся ей, что всегда, всегда будет боготворить ее…

Неделю спустя они переехали из Марбелла-Клуба в Каса де Лас Палмас, жилище шведской актрисы Инги Стролман и ее мужа герцога Молино.

На герцогиню они натолкнулись случайно, в ночном казино. К удовольствию Андрианны, Гай выиграл несколько сотен песет… правда, еще несколько минут спустя он их все проиграл, опечалив свою подругу.

Актриса, очень высокая и белокурая, попыталась утешить Андрианну:

— Не принимай это так близко к сердцу, малышка. Это не большая сумма. Здесь надо привыкнуть жить по принципу: «Легко пришло — легко ушло».

Андрианна была скорее раздражена, чем утешена. Она нашла, что Инга Стролман говорит с ней покровительственно, а так как она сама была высокого роста, то не любила, когда ее называли малышкой.

Потом актриса повернулась к Гаю и сказала ему:

— Почему бы вам с вашей очаровательной подругой не переехать пожить у нас? Вы можете переселиться прямо завтра.

Хотя Андрианна за спиной Инги энергично замотала головой, Гай принял приглашение с такой готовностью, как будто предвидел его.

— У Инги самые лучшие гости, самая лучшая еда, самые веселые вечеринки во всей Марбелле, — объяснил он Андрианне, когда та стала жаловаться, что не хочет быть гостьей в доме Стролман. — Все рвутся к ней на вечеринки. У тебя какие-то веские причины, почему ты не хочешь остановиться в ее доме?

— Не знаю. Просто она мне не нравится. У меня предчувствие. Я думаю, что она просто положила на тебя глаз.

Гай рассмеялся.

— Не будь глупышкой. И не веди себя как малое дитя. Мы отлично проведем время.

Каса де Лас Палмас была построена на холмах, и с нее открывался прекрасный вид на Марбеллу. Вокруг росли пальмы, оливковые рощи, вниз сбегали террасы. Андрианна не могла не восхититься великолепием необычного строения. Публика со всех концов света, собравшаяся у актрисы, неискренне сравнивала ее дом с Калифорниа Пэлас, говоря, что это не средиземноморская вилла, а несбыточная мечта голливудской кинозвезды. Чего только там не было! И дворики с фонтанами, и ванны с золотыми кранами, и огромные холлы с мраморными полами и зеркальными стенами, и гардеробные величиной с жилую комнату, и потрясающая концертная установка, и бесчисленная обслуга.

Но какие бы неискренние замечания Андрианна ни слышала в этом доме-дворце, одно было истиной: все стремились любым способом оказаться на вечеринке Инги. Почти каждую ночь Лас Палмас наполнялся изысканной публикой, которая хотя и была неискренна, но жаждала побывать в доме Инги, жаждала, чтобы ее увидели в этом доме, жаждала поужинать у Инги (она привезла с собой французского повара) и протанцевать всю ночь в этом великолепии. Обязательным номером было фламенко, танец, который Инга обожала. Музыканты играли, профессиональные танцоры танцевали и обучали начинающих, Инга настаивала на том, чтобы танцевали все.

В целом жизнь на вилле была изматывающей. Если у Инги не устраивался очередной прием, она ехала развлекаться и ужинать в ресторан или какой-нибудь другой дом. Потом они ехали попрыгать где-нибудь в баре или ночном клубе или даже в казино. Редкий день они ложились спать раньше шести утра. И не вставали раньше двух часов пополудни. Только тогда жизнь возобновлялась. Если же вечеринки были в доме Инги, то ужин подавали не раньше полуночи, а фламенко начиналось не раньше двух часов ночи.

Андрианна научилась танцевать фламенко так хорошо, что инструкторы говорили, они никогда в жизни не видели, чтобы англичанка так хорошо исполняла этот танец. Гай был доволен и гордился ее способностями. Он даже специально съездил в Севилью и купил ей платье для фламенко, безумно красивую кружевную мантилью и специальные туфли на высоком каблуке. Андрианна была так взволнована подарком, что разрыдалась, как будто Гай подарил ей огромный бриллиант или необыкновенный сапфир.

В ту ночь она особенно тщательно укладывала волосы и долго одевалась. Когда все приготовления были закончены, Андрианна решила, что сегодня ночью она сделает все, чтобы порадовать Гая — это все, что она могла сделать для него в обмен на доброту и любовь. Она будет танцевать так хорошо, как никогда.

Когда Андрианна сошла вниз по мраморной лестнице, вечер был в разгаре. На ней было желтое платье, пышные кружева сбегали от бедер вниз, тугой корсаж подчеркивал талию, ее черные волосы были гладко зачесаны вверх, а с затылка спускалась длинная мантилья, закрепленная серебряным гребнем. В ушах были крупные серебряные серьги. Когда она появилась — в зале воцарилось восхищенное молчание. Было впечатление, что со старинного полотна испанского художника прямо сюда сошла испанская принцесса.

Она исполнила сольный танец перед уже выдохшейся толпой гостей — когда она аккомпанировала себе серебряными кастаньетами, стояла такая торжественная тишина, которая была красноречивее хлопков и топота ног. В полной тишине, она скинула желтые туфли на каблуках и продолжила танцевать босая. Пробежала волна одобрения и восхищения. Наконец, раздалось финальное — оле! — минуту стояла тишина, и зал взорвался аплодисментами. Громче всех хлопал Гай. Он подбежал к Андрианне, обнял ее и нашептал ей на ухо сотню нежных итальянских слов.

Инга была потрясена:

— Браво, малышка! Это было превосходное зрелище, хотя ты еще и новичок во фламенко. — Она повернулась к Гаю. — Вы уверены, что в этой несколько чопорной английской оболочке нет хотя бы немного горячей испанской крови?

— Меня уже ничего в Энни не удивит после того, как я видел ее сегодняшнее фламенко! Она может делать все!

— Это хорошо! — сказала Инга и улыбнулась. — Когда у вас закончатся деньги, Энни сумеет, может быть, заработать на жизнь вам обоим своими танцами. Не в Испании, конечно. Здесь профессиональных танцоров фламенко больше, чем требуется. Зато в таких странах, как Англия или Швеция, Энни сможет иметь успех. Публику можно будет убедить, что она — испанская принцесса или еще кто-нибудь. Я уверена, там, где появится Энни — она сумеет обмануть всех.