Чтение онлайн

Войдя в спальню, чтобы попросить у нее прощения, он увидел, что жена ничком лежит на кровати и неожиданно в нем возникло сексуальное желание. И опять он повел себя неправильно. Почувствовав эрекцию, он повел себя почти как насильник. Дина рассказывала мне потом, что в первый момент просто растерялась, а потом хотела “спихнуть” мужа, но тот держал ее крепко. Через пару минут Виктор ее отпустил и заработал увесистую пощечину. Он почувствовал себя виноватым вдвойне - то обидел жену словесно, то вел себя как “грубый скот”. В обычном состоянии он неплох как сексуальный партнер, и Дина на него не жаловалась. Но такой “скотский секс” ей совершенно не понравился.

Потом они помирились, но еще не раз бывало так, что при отрицательных эмоциях Виктор искал спасения в сексе. А Дина каждый раз обижалась, что ее тело он использует как средство для разрядки.

В результате их частых ссор и продолжительного стресса (опасения Виктора все же оправдались - он остался без заработка, а Дина ему “проела плешь”, какой он упрямый, всегда все делает по-своему, ни разу не прислушался к здравым советам и т.д. и т.п.) у Виктора внизилось желание. Иногда в нем просыпался прежний инстинкт, но Дина была категорически против двухминутного полового акта, который ей ничего не дает. В результате они вообще отказались от интимной жизни. Через полгода она привела мужа на консультацию.

Так бывает нередко. Дина, как и многие другие женщины, которые жалуются, что мужчины используют их для снятия психического напряжения (“Будто я резиновая кукла из секс-шопа с дыркой между ног”, - так сказала одна моя пациентка”), - отчасти правы. Но лишь отчасти.

Действительно, занимаясь сексом в состоянии стресса, мужчина хочет снять эмоциональное напряжение. Но при этом он не относится к женщине потребительски, как к “средству для снятия напряжения” (если это нормальный мужчина. конечно). Если у партнеров хорошие отношения, то женщина - отнюдь не “резиновая кукла”. Она близкий человек, к которому мужчина устремляется в трудную для него минуту, чтобы обрести у нее эмоциональную поддержку.

Вся беда в том, что мужчины не умеют говорить о том, что в данный момент чувствуют.

Женщина, будь она на месте мужчины, - уже подробно рассказала бы ему обо всех своих печалях. Он бы ее пожалел, посочувствовал, и ей бы стало легче.

С точки зрения психиатрии, женщины в большей степени экставертированы, а мужчины инровертированы. В упрощенном понимании сие означает, что мужчины закрыты, скрытны, все носят в себе, а женщины открыты, и все, что у них на душе, - то и на языке.

И хотя это совершенно нормально, но на этой почве возникает множество размолвок. Женщины упрекают мужчин в скрытности, а те считают женщин чрезмерно болтливыми, несдержанными и эмоционально и словесно.

“Зачем она мне все это рассказывает?..” - с недоумением и тихой тоской вопрошает себя муж, когда супруга подробно излагает, что она “поцапалась” с приятельницей по телефону, что у секретарши шефа почти каждый день новая обновка, и как ее “затирают” на работе, как оскорбила соседка из квартиры этажом ниже, как нагрубила кассирша в магазине и тому подобные “новости”. Лично он вообще бы не стал обращать внимания на такую ерунду, а если бы даже его что-то и задело, - не стал бы целый час долдонить об этих мелких проблемках. “Все бабы дуры и проблемы у них куриные”, - в очередной раз решает он и утыкается в газету. А ведь жене нужно было всего лишь, чтобы он ее выслушал.

Но когда неприятности у самого мужчины, он предпочитает промолчать. “Что толку ей говорить, - думает он.
– Все равно она ничем не поможет, только раскудахчется. Потом придется ее успокаивать.”

Другие мужья думают о жене не столь уничижительно, но тоже предпочитают промолчать о своих неприятностях, потому что считают для себя невозможным показать свои огорчения, страхи и прочие отрицательные эмоции. Даже если в детстве его воспитывали не так, как Виктора из приведенного примера, все же многие мужчины бессознательно или осознанно придерживается именно таких принципов.

В силу этих принципов, будучи в состоянии стресса, мужчина не может рассказать женщине о своих проблемах. Он эмоционально подавлен и ищет у нее утешения таким весьма своеобразным способом - через секс. На самом же деле ему нужна эмоциональная близость с женщиной, он хочет расслабиться и полагает, что самый короткий и эффективный способ - занятие любовью.

Для каждого психически нормального человека секс - это не инстинкт, а соединения с партнером, момент наивысшей близости с ним. Во время полового акта мужчина, если женщина хочет близости с ним, ощущает особые чувства. Недаром секс расценивается как проводник любви.

Для мужчины интимная близость с партнершей, когда он расстроен, - это выражение любви к ней и желание обрести уверенность, что и она его любит.

Конечно, было бы проще, если бы он сказал ей об этом, но он же мужчина... Он либо не может выразить свои чувства, либо не умеет говорить о них.

А женщина ждет от него иного поведения. Видя, что с ним что-то происходит, что муж напряжен и зол, она недоумевает: “Почему он мне ничего не расскажет?..”

Если бы она знала, какие чувства он в данный момент испытывает, не в силах о них сказать, - она наверняка расплакалась бы от сопереживания и кинулась ему на шею со словами сочувствия и ободрения. А в жизни она обижается на его скрытность, они ссорятся, непонимание между ними еще более углубляется. Если же мужчина ищет ее поддержки, склонив жену к “быстрому сексу”, то потом он испытывает чувство вины, а она - разочарование и недовольство.

Секс для мужчины - это своего рода проявление чувств.

Мужчина нередко расценивает секс как способ примирения.

Ира и Толя яростно поссорились. Как и положено в хорошей семейной сцене, они называли друг друга обидными словами, среди которых “дура”, “истеричка” и “подонок” были самыми мягкими.

Доходчиво объяснив супругу, почему она его ненавидит, Ира, кипя от обиды и негодования, удалилась в спальню, чтобы всласть порыдать. Пока она обливалась слезами и накручивала себя, какая она несчастная, Толя решил, что зря он погорячился. Теперь она проплачет весь вечер, а потом будет дуться еще неделю. А может быть и так, что сейчас соберет сумку и хлопнет дверью - такое тоже бывало. Потом ему придется разбираться с тещей, которая и так его не жалует, а тут опять начнет зудеть, что он Ире не нужен...

В общем, Толя решил, что “дешевле” помириться. К тому же он уже остыл. Толя вспыльчив, но отходчив, в отличие от Ирины, которая куксилась неделями. Он полагал, что тем самым жена добивается, чтобы муж на коленях вымаливал прощение. Не знал Толя, что супруга в этот момент ненавидела его лютой ненавистью и решала дилемму: то ли развестись, то ли завести любовника. Она не набивала себе цену, как думал супруг, просто была очень зла на него и не желала примирения.

Один из недостатков Толя (кстати, не единственный!) - его невоздержанный язык. Ссорясь, он не выбирал выражений, в том числе, использовал и непечатные. Интеллигентную Иру это так шокировало, что она долго не могла забыть и простить оскорблений. Потому и дулась подолгу. Толя же ко всему относился легко: “Ну подумаешь, назвал ее ... (или “послал” куда подальше). Это я сгоряча. Сама довела.”

В общем, решив, что они оба “выпустили пар” и лучше не затягивать сцену, а заняться любовью, чтобы все поскорее забылось, он прокрался в спальню и начал “приставать” к жене.

О, если бы мужья могли прочесть мысли своих жен в подобной ситуации! Возможно, это отвратило бы их от попыток склонить супругу к интимной близости сразу же после ссоры, которая оставила в ее душе лишь горечь и чувство обиды.

Мысли женщин примерно таковы (с некоторыми вариациями, но смысл один и тот же): “Я его ненавижу! Ненавижу!!! Убила бы его! Завтра же подаю на развод. Угораздило же выйти за этого придурка! Меня просто тошнит от него! Он что - совсем рехнулся, если надеется, что после всего, что он мне наговорил, я сейчас раздвину для него ноги?!”